Чтение онлайн

Но «Милан» знал, что для того, чтобы победить в финале «Аякс» из Амстердама, ему снова придется очень сильно постараться. Молодые голландцы убедительно обыгрывали парней Капелло, победив их дважды на предварительном групповом этапе Лиги с одинаковым счетом 2:0 как дома, так и на выезде. Марко Симоне проводил за «красно-черных» прекрасный сезон, забив 17 голов в домашнем турнире. Однако Капелло подозревал, что если «Милан» собирается победить в Европе, ему понадобится вся волшебная изобретательность Деяна Савичевича. А у Деяна были проблемы. «За две недели до финала я получил травму, – объяснял он позднее, – я потянул мышцу бедра, но думал, что все прошло. Но за день до финала травма обострилась».

Когда Капелло мысленно возвращается к тому финалу, то до сих пор считает полученную травму Савичевичем тем, что имело критическое значение для последующих событий. Местные голландцы уже имели психологическое преимущество благодаря одержанным над «Миланом» победам и рекордной серии проведенных игр без поражений в этом розыгрыше Лиги чемпионов.

«Аякс» был просто блистателен. У него был Патрик Клюйверт, столь же изящный и смертельно опасный, как и любой топовый игрок того времени, хотя был он еще совсем мальчишкой. Затем у него были пугающие своей эффективностью братья де Бур, Рональд и Франк, преимущество которых прекрасно использовал Марк Овермарс, вингер, обладавший взрывной скоростью. В дополнение к этим талантам у «Аякса» был Кларенс Зеедорф, которому только исполнилось 19 лет, но который был на пути к тому, чтобы сделаться феноменом середины поля, а также Эдгар Давидс. Из опытных игроков у «Аякса» был даже бывший талисман Капелло, Франк Райкард, который вернулся в Нидерланды в 1993 году. Капитан Данни Блинд тоже был не без характера. У «Аякса» было все, и в ответном матче второго полуфинала он только что уничтожил мюнхенскую «Баварию» со счетом 5:2, продемонстрировав свою ускользающую непредсказуемость. Зеедорф позже вспоминал: «Да, это была невероятная команда – великое сочетание юности и опыта, все сошлось. Она была идеальна, и сезон 1994 – 95 выдался у нас прекрасный».

И вот, столкнувшись с такой задачей, Фабио использовал все свое тактическое искусство, чтобы с самого начала матча и почти до его конца связать «Аякс» по рукам и ногам, ликвидировав любую исходящую от него угрозу. Бобби Чарльтон назвал лучшим игроком матча Марселя Десайи, за продемонстрированные им командные действия. Даниеле Массаро был очень близок к тому, чтобы забить гол, который мог бы быть единственным голом в первом тайме, извернувшись и пробив рядом со штангой. Марко Симоне был столь же неудачлив. Но за пять минут до конца игры Клюйверт, которого тренер «Аякса», Луи ван Гал, не так давно выпустил на замену, насадил «Милан» на меч. Даниеле Массаро позднее скажет: «Мы не заслуживали такого конца, в той трудной игре мы играли действительно хорошо. Но потом наступил этот эпизод – и получился гол. Мяч пришел в зону, а за ним последовала огромная ошибка. Клюйверт уцепился за мяч и переправил его в сетку, вот и все».

«Эпизодом» была довольно шокирующая коллективная потеря концентрации, случившаяся, возможно, из-за усталости команды. Не менее четырех игроков «Милана» не смогли вовремя разглядеть зияющую брешь в обороне, когда Райкард, бывший игрок «Милана», выдавал простейший пас на ход Клюйверту. И в довершение ко всему Бобан и Барези не сумели помешать Клюйверту нанести совсем несильный удар в сетку ворот. По правде говоря, это была командная ошибка, и даже надежнейший Десайи где-то затерялся в самый неподходящий момент. Это была ошибка настолько элементарная, настолько бросающаяся в глаза, что Капелло оставалось только обхватить голову руками.

Но Бобан не жаловался: «Аякс» заслуживал победы, на этом турнире он уже побеждал нас дважды, он был полон желания победить, а мы уже приближались к окончанию тренерского цикла Капелло. Возможно, та брешь в обороне была следствием всего этого».

Кубок Лиги чемпионов отправлялся в «Аякс» впервые за последние 22 года – впервые с того вечера, который Капелло, будучи игроком «Ювентуса», провел на стороне побежденных.

В результате этого поражения «Милан» не смог попасть на отборочный турнир Лиги чемпионов следующего года. У Фабио оставалось не так много времени, чтобы доказать, что этот нежелательный шаг назад был всего лишь случайным сбоем в его тренерской карьере. В противном случае человека из Пьериса ждали бы большие неприятности.

18августа 1995 года «Милан» встречался с «Ювентусом» в традиционном открывающем сезон матче между этими командами, названном Кубком Луиджи Берлускони в честь отца Сильвио Берлускони. Матч проходил на стадионе «Сан-Сиро» перед лицом 85 000 зрителей. Но конкретно эта встреча не была бессмысленным шоу. Она запомнилась двумя принципиальными для футбола событиями: проводами из большого спорта Марка ван Бастена и плачущим Капелло.

Одетый в нарядный замшевый пиджак ван Бастен сумел пробежать трусцой по стадиону круг почета, приветствуя людское море болельщиков красно-черных, которые как один, аплодируя, встали. Это был очень эмоциональный момент, но большую часть времени ван Бастену удавалось сохранять самообладание. Когда руку ван Бастена тепло пожимал самый знаменитый в мире футбольный судья, лысоголовый Пьерлуиджи Коллина, голландец держался как человек, который знает, что его битва, наконец, окончена. На протяжении двух лет он сражался, чтобы спасти хоть что-нибудь, что осталось от его карьеры. Когда он играл в Мюнхене, в финале еврокубка против «Марселя», ему едва исполнилось 28, и никогда больше с того момента он не возвращался в большой футбол. Говорят, что нападающие достигают пика своей формы в 28 и играют наиболее эффективно до 30. Хотя ван Бастен уже вписал свое имя в книгу истории, имя одного из величайших футболистов всех времен, он пропустил время, которое должно было стать его лучшими годами.

Фабио Капелло, человек, знаменитый своей суровостью, не мог больше просто стоять у скамейки запасных стадиона «Сан-Сиро» и аплодировать вместе с остальными, потому что его захлестывали эмоции. Речь не шла о нескольких скупых слезах, затуманивших его глаза, так как Фабио ничего не делал наполовину. Нет, на стадионе был безутешно рыдающий человек, с искаженным лицом, с сотрясающимися плечами, человек, опустившийся на скамью, пряча лицо в тщетной попытке скрыть потерю контроля над своими чувствами. То, что случилось с ван Бастеном, глубоко тронуло Капелло, не в последнюю очередь потому, что сам он тоже страдал от незаживающей травмы практически всю свою карьеру игрока. Его больное колено во многом так же сократило его карьеру, как и больная лодыжка – карьеру ван Бастена, и он понимал, насколько жизнь в футболе зависит от поворота судьбы.

Фабио Капелло уверял меня, что к мучительным переживаниям, которые он испытывал из-за потери одного из самых великих игроков, наставником которых он когда-либо был, не примешивалось никакого чувства вины. Мы должны поверить ему, а также с вниманием мы должны отнестись к версии Фабио, заключающейся в том, что бедный ван Бастен невольно укоротил собственную карьеру, сделав выбор в пользу операции, не одобренной медицинскими специалистами «Милана». Все это никак не уменьшает симпатии, которую испытывал Фабио к своему игроку и которая выразилась столь нехарактерным для него излиянием спортивного горя. Позже Капелло скажет: «Марко ван Бастен был самым великим игроком из всех, кого я тренировал». И Фабио никогда не ощущал ни малейшего стыда по поводу пролитых им слез. «Эмоции были сильны, – объяснял он, – их не просто было заглушить. Иногда это невозможно. Я испытывал подобное только два или три раза в жизни».

Вы, должно быть, можете подумать, что если и было кому в тот день заливаться слезами, так это «Сан-Марко». Когда в августе 2008 г. ван Бастен вспоминал тот день, ту экстраординарную реакцию Капелло, то было заметно, что эти воспоминания его все еще трогают. Он на минуту оторвался от своих обязанностей тренера в амстердамском «Аяксе», чтобы поделиться следующим: «Момент для меня тоже был особым, все это прощание и тот факт, что Капелло плакал. У нас, у него и меня, были очень хорошие отношения, и нам обоим было немного больно, потому что у нас было всего полтора года для совместной настоящей работы в одной команде. Потом я перестал играть, и в этом не было его вины. В действительности он так болезненно реагировал на мою травму, поскольку сам страдал от проблем с коленом, когда еще был игроком. У меня всегда просыпаются теплые чувства, когда бы я ни встретил Фабио, хотя теперь это происходит не так часто, особенно после того, как он уехал в Англию».

За несколько месяцев до этого, перед началом Евро – 2008, ван Бастен, будучи тренером сборной Голландии, вернулся на тренировочную базу «Миланелло», где рассказал о своем времени, проведенном в «Милане»: «Я получил шанс поработать с великими игроками и великими тренерами. Этот опыт очень обогатил меня, благодаря ему я имею возможность делиться с другими игроками всем, что я знаю».

Итак, между Капелло и ван Бастеном с тех пор, как голландец покинул большой футбол, а Фабио остался, чтобы начать серьезно готовиться к сезону 1995 – 96 годов, сохранились только прекрасные воспоминания, взаимное уважение и любовь. Тосковал Фабио или нет, но теперь у него появилась новая атакующая единица в лице другого волшебника мяча, Роберто Баджо по прозвищу Божественный хвостик. Когда он не был травмирован, то выдавал потрясающую игру, благодаря которой «Ювентус» выиграл скудетто предыдущего года. Интенсивное давление, оказанное всемогущим президентом «Милана», обеспечило переход в его клуб самого ценного игрока итальянского футбола. Кроме того, в клуб прибыл Джордж Виа из «Пари Сен-Жермен», лучший игрок года в мире по версии ФИФА и лучший игрок года в Европе по версии УЕФА. С Савичевичем, остающимся в строю, Капелло, напрягающий все силы, чтобы вернуть себе титул чемпиона Италии, собирался спустить на команды Серии А самую талантливую атакующую дружину, которую когда-либо видел мир. С Марко Симоне, дышащим им в затылки, у игроков обновленной передней линии не было недостатка в мотивации.

Вливание в команду Виа и Баджо означало, что Капелло теперь не ограничен в выборе исполнителей и игровых схем. Арриго Сакки однажды отметил: «Полагаю, что Капелло всегда был фанатом британского футбола, особенно схемы 4-4-2». Теперь он мог играть в 4-4-2, если бы захотел, или даже одновременно оттянуть Баджо и Савичевича, оставив Виа на острие.

Однако для юного игрока «Милана», которого звали Патрик Виера, шансы заиграть в середине поля были ограничены, о чем Капелло будет позднее жалеть, хотя и утверждать при этом, что француз стал жертвой своего возраста и конкурентов, которые были на тот момент сильнее. Он объяснял: «Виера был очень молод, и путь ему в команду закрывали спины Десайи и Альбертини. Но вы уже тогда могли видеть, что он очень силен, в противном случае я бы не стал считать его наследником Райкарда».