Чтение онлайн

То, что отобрало Нистелроя у Капелло, а также у Алекса Фергюсона, который только что привел «Манчестер Юнайтед» к победе в Лиге чемпионов, было серьезной травмой. К марту в своем втором сезоне за ПСВ Нистелрой уже забил 29 голов, но ему пришлось оставить на время игру из-за проблем с коленом. «Рома» начала уклоняться от предложенной сделки, поскольку руководство клуба чувствовало, что не может рисковать серьезными деньгами, вкладывая их в игрока, чья физическая форма в будущем вызывала массу вопросов. Как и следовало ожидать, травма ван Нистелроя оказалась серьезной, но в конечном итоге он подписал контракт с «Манчестер Юнайтед», где продолжил карьеру и стал одним из величайших нападающих Европы. Капелло надо было быстро решать, как обострить свою атаку, потому что «Лацио», извечный римский «враг» «Ромы», стремительно брал верх в чемпионате.

В феврале разочарование, кипевшее в Капелло, вылилось наружу. Он решил, что решение судьи стоило «Роме» победы над «Перуджей». Капелло был удален с поля, но продолжал настаивать: «Я никого не оскорблял, я просто хотел, чтобы судья принял к сведению, какой причинил нам ущерб, придумав угловой, стоивший нам двух важных очков. Я протестовал цивилизованно, а судья выгнал меня с поля жестом, какой вы обычно показываете неразумным детям».

Со своего шестого места Фабио мог только завистливо наблюдать, как ненавидимый «Ромой» соперник, «Лацио», выигрывает скудетто под руководством Свена-Ёрана Эрикссона. Самые лучшие шансы на успех, какие только оставались у «Ромы» в этом сезоне, растворились в Йоркшире, где гол, забитый Гарри Кевеллом за «Лидс Юнайтед», оказался фатальным для всей компании команды Капелло в розыгрыше Кубка УЕФА. По крайней мере, в семье Капелло появился новый повод для радости: в начале февраля 2000 года Фабио впервые стал дедом – у его сына Эдуардо родился собственный сын. Фабио нравилось новое чувство, и он будет гордиться все больше и больше по мере того, как его семья будет разрастаться, а количество его наследников – увеличиваться.

Но для фанатов «Ромы» начало нового тысячелетия было печальным: город окрасился в небесно-голубые цвета ненавидимого ими соперника, «Лацио». Они хотели, чтобы Фабио нашел для них суперзвезду, которая сможет помочь им поменяться с «Лацио» ролями. Монтелла с 18-ю забитыми голами в Серии А стал лучшим бомбардиром «Ромы», кроме того, они с Франческо Тотти, местным героем, прекрасно понимали друг друга. Но Капелло хотел бы еще усилить огневую мощь.

Хотя «Рома» все еще не совершила убедительного прорыва в Серии А, как клуб она была довольно привлекательна. С помощью ее огромных финансовых возможностей можно было убеждать перспективных игроков в том, что они смогут стать чемпионами, если присоединятся к команде. Амбиции Капелло, деньги Сенси и шарм Бальдини начали приносить волшебные плоды, и в июне в клуб прибыл Вальтер Самуэль по прозвищу Стена. Мощный аргентинец будет вселять страх в атакующие ряды противника и уберегать команду от ненужных голов.

Однако Капелло чувствовал, что ему все еще нужен тот нападающий мирового класса, который сможет изменить все к лучшему, и тогда в игре «Ромы» наконец наступит перелом. Решение его проблемы находилось во «Фиорентине», где играл другой аргентинец, уже успевший покорить Италию. Габриэль Батистута тоже хотел бы что-нибудь выиграть, но не верил, что это возможно во «Фиорентине».

Подписать Батистуту стремились также «Манчестер Юнайтед» и «Интер Милан». Объединив усилия, Капелло и Бальдини уговаривали Батистуту, как короля, но именно Капелло сумел убедить Батигол, как прозвали аргентинца, в том, что если он присоединится к команде, у него появятся прекрасные шансы завоевать титул. Заключенная сделка оценивалась в круглую сумму – 54 миллиона долларов, что было почти чрезмерно для покупки любого игрока, не говоря уже об игроке, которому исполнился 31 год. Батистуту очень попросили соответствовать ценнику, на что он ответил с мужественной честностью. «Я могу только сказать, что если кто-нибудь хотел бы инвестировать деньги в будущее, то он не стал бы брать Батистуту. Тот, кто хочет выиграть немедленно, подписывает Батистуту. При Капелло «Рома» уже изменила свой характер, у них сейчас – хорошая команда. Сенси сделает и другие приобретения, и я думаю, что с ними и со мной клуб сможет завоевать титул. Я хочу выиграть скудетто, а Капелло всегда показывает хорошие результаты. Это я Капелло и сказал». И репутация Капелло как жесткого тренера не пугала суперзвезду. «Мне не нужен специалист по управлению людьми, – говорил он, – мной всегда было довольно просто управлять».

Итак, сцена для памятного сезона 2000 – 01 годов была развернута. А потом все полетело в тартарары практически еще до начала кампании. Играя с «Аталантой» в розыгрыше Кубка Италии, домашнюю встречу «Рома» провела вничью 1:1, а на выезде в Бергамо 22 октября была разбита: 4:2. После поражения Капелло обвинил во всем команду, но к всеобщему удивлению, ему публично и от лица всей команды ответил Тотти. «За произошедшее вина лежит на всех, – настаивал Тотти. – Вина и Капелло, и команды, а не только наша. Несерьезно и некрасиво обвинять только игроков, хотя мы и являемся теми людьми, которые в конечном итоге выходят на поле. Ответственность нужно разделить: 50 процентов – на игроках, 50 – на тренере. Единственный человек, который не заслуживает обвинений, – это президент клуба, Сенси. Теперь же нам потребуется характер. Любому, у кого его нет, не следует играть за «Рому».

Между Капелло и его командой начала образовываться опасная трещина, но ситуация становилась только хуже. Когда команда вернулась на тренировочную базу, «Тригорию», там началось настоящее светопреставление. И снова Фабио напомнили, что случается, когда тренер не в состоянии угодить футбольной публике. Охваченные общим яростным протестом против того, что происходит, болельщики распевали: «Ни голов, ни сердца, вы позорите «Рому».

А затем целью самых жестоких словесных оскорблений сделался Капелло: «Убирайся назад в Милан», – орали они на него. «Капелло, прислужник Берлускони!» – толпа свистела, толпа выкрикивала обвинения и в адрес человека, который его нанял. «Сенси, вон!» – наиболее печатный лозунг из всех, что они скандировали.

Франко Бальдини, нынешний помощник Капелло в сборной Англии, отважно шагнул вперед, в бурлящую массу болельщиков, чтобы попробовать вступить с ними в диалог, но безрезультатно. Тотти тоже говорил с разгневанными фанами по ту сторону ворот: «Вы имеете все права злиться, но прошу вас оставить нас в покое, потому что это единственный способ найти выход из сложившейся ситуации». Он попросил клуб открыть ворота, чтобы физический и психологический барьер между болельщиками и игроками мог быть убран. Клуб решил, что в такой взрывоопасной атмосфере это слишком рискованно.

В конце тренировки Капелло, Тотти и Батистута согласились поговорить с делегацией, состоящей из пяти человек, принадлежащих к основному ядру фанатских лидеров, которых пропустили на территорию тренировочного комплекса для оговоренной встречи. Удовлетворительного разрешения проблемы найдено не было: враждебность уже заявила о себе бессмысленным насилием. Говорят, что Винченцо Монтелла все еще был внутри своего «Ягуара», пытаясь уехать из «Тригории», когда его любимое средство передвижения было в буквальном смысле уничтожено фанатами. Машинам, принадлежащим Кафу, Антонио Заго, Паоло Поджи, Сергею Гуренко и Маркосу Ассунсао, были также нанесены серьезные повреждения, когда их хозяева безуспешно пытались уйти от гнева протестующих. И с этим резко контрастировали аплодисменты, которыми фанаты, оставшиеся за воротами, наградили Батистуту, Джанни Гигу, Абеля Бальбо и местного героя Тотти, сняв с них всю ответственность за произошедшее.

Капелло удалось уехать с места событий в целости, хотя когда он покидал базу, обстановка оставалась скверной. Вспоминая тот хаос в «Тригории», Фабио, глядя мне прямо в глаза, настаивал, что в тот момент не испытывал страха, что страх – не из тех эмоций, которые он в себе лелеет. Позднее он признается, что испытывает один скрытый страх, хотя все еще не допускает мысли о том, что его может испугать другое человеческое существо. Капелло сказал журналу Marie Claire Italia: «Мой самый большой страх – быть парализованным и оказаться в инвалидном кресле».

Те отморозки его не испугали. Тогда, в 2009 году, вместо страха он чувствовал злость на фанатов за их поведение. Ни один результат, показанный на футбольном поле, не оправдывает подобного насилия, считал Капелло. У фанатов была другая точка зрения, поскольку дело было не просто в единственном неудачном результате, а целой их череде, и они накапливались, пока болельщики не решили, что с них хватит. Фабио с своей стороны всегда стремился к тому, чтобы за него говорили его результаты, однако тогда они представляли собой печальное зрелище. С марта 2001 года Капелло выиграл только 11 из 29 официальных матчей, моральное состояние команды было низким, клуб был в кризисе.

Восстание болельщиков в «Тригории» могло бы стать последней каплей, оправданием для Капелло за желание двигаться дальше. На следующей неделе Кевин Киган покидал пост главного тренера сборной Англии после поражения 1:0 от сборной Германии на «Уэмбли». Это произошло 7 октября 2000 года, поиски преемника начались сразу. Исполнительным директором ФА был тогда шотландец Адам Крозьер, решивший поискать претендентов на желанную для многих позицию за пределами страны. В то время было почти немыслимо, чтобы сборную Англии, одной из лидирующих футбольных наций, возглавлял иностранный специалист.

Бесстрашный Крозьер начал приглядываться к двум сильным кандидатурам, и оба претендента были из города Рима. Первым был обладатель титула чемпиона Италии швед Свен-Ёран Эрикссон, уже хорошо говорящий по-английски. Вторым был человек, в 1990-х выигравший почти все, что стоило выигрывать на клубном уровне, Фабио Капелло. Его последние результаты несколько выбивались, но общая статистика тренерских достижений выглядела все же впечатляюще.

Меня попросили написать статью для Mail on Sunday, освещающую дилемму «Эрикссон или Капелло»: Капелло был суровым парнем, Эрикссон – более тонким, знающим к людям подход, оба – победители. Я даже говорил с Эрикссоном по телефону, после чего сообщил газете, что швед посылает отчетливо позитивный сигнал по поводу возможности своей работы в Англии, хотя для него было бы довольно трудно давать какие-либо обязательства посреди сезона.

Похоже, «Рома» к своему тренеру, Капелло, который не делал обескураживающих публичных признаний по поводу своего желания стать преемником Кигана, относилась бережнее. Но это не значит, что такого желания у Капелло не было вообще. За кулисами велись негласные переговоры, происходили контакты между заинтересованными сторонами. Если поговорить об этих днях, заполненных неизвестностью, с самим Капелло, то можно понять, что уже тогда он был готов отправиться в свое путешествие в Лондон. Мысли о новых задачах на посту тренера Англии приводили его в восторг. Я убежден, что он принял бы твердое предложение со стороны Англии, если бы можно было достигнуть договоренности с «Ромой». Источник внутри клуба говорил мне: «Я думаю, что англичане связывались с Капелло два или три раза в течение 2000 года. Ему было приятно, что они рассматривают его кандидатуру». Капелло было более чем приятно. Ему не терпелось сменить род деятельности. Он думал, что уже близок к получению работы в Англии, так близок, что готов был паковать чемоданы.

Многие спрашивали, почему Капелло не заинтересован в работе в качестве главного тренера своей любимой Италии. И недавно он признался: «Причина, по которой я не хочу тренировать сборную Италии, довольно проста – мне это неинтересно». В последний раз Италия побеждала на Кубке мира в 1982 году, и идея стать новым тренером из длинной череды выдающихся мастеров тактического искусства, тренировавших его страну, несильно привлекала Капелло. Главная тренерская позиция в сборной Италии принесла бы почет и уважение, но она не выделила бы Капелло из массы предшественников.

А вот стать первым иностранным тренером Англии, вот это сулило престиж совсем другого рода. Тут открывались задачи настолько привлекательные, насколько только можно себе представить. Капелло плыл бы против течения, делал бы вещи, неожиданные для многих, то есть занимался бы тем, чем ему всегда нравилось заниматься. Удовлетворение от работы было бы огромным, решение новых задач сопровождалось бы чистыми, неразбавленными эмоциями. К тому же тренеру нечего было терять, поскольку Англия не побеждала на Чемпионате мира с 1996 года. Фабио не смог бы показать худшего результата, чем показали некоторые его предшественники, но что было бы, если бы он добился большего? Вернуть Англию на позиции на вершине футбольного мира, где она была, когда Фабио еще только делал себе имя как игрок. Повести за собой страну, которой так восхищался отец Капелло за тот боевой дух, что присущ ее футболистам и ее народу. Привить сборной тактические и технические умения и навыки, качество игры, которое за прошедшие десятилетия команда очевидно растеряла. Вот это – захватывающие перспективы.

Поэтому вы можете себе представить разочарование Капелло, когда на этот раз английская мечта осталась для него вне пределов досягаемости. «Рома» знала, что ее тренера переманивают. Но официальные лица клуба не думали, что пришло нужное время для сделки, поскольку у Капелло оставались невыполненные перед командой обязательства. Руководство клуба чувствовало, что он все еще может завоевать итальянский титул, кроме того, они инвестировали большое количество денег в игроков, выбранных Капелло. И если бы даже Англия согласилась ждать до конца сезона перед тем, как объявить Капелло новым тренером ее сборной, Фабио все равно отвлекался бы на игры клуба, в чем «Рома» была уверена, особенно если новости просочились бы наружу раньше времени.

Капелло ждал, не будет ли ему дан зеленый свет. Но самой подходящей фигурой оказался Эрикссон: он был чемпионом Италии, а еще он был тем, кто с наименьшими трудностями прижился бы на сцене английского футбола, учитывая его североевропейские корни и полное преимущество над Капелло по части английского языка.

Позже Капелло расскажет: «Меня попросили взяться за работу в Англии еще до того, как они выбрали Эрикссона. Я был согласен, но потом они выбирают не меня. Я был очень близок к этой работе, однако все закончилось ничем. Почему? Вам следует спросить об этом тех людей, которые были в то время в Футбольной ассоциации, мне бы лично этого не хотелось бы говорить. Я действительно хотел эту работу, но президент ФА сказал, что ему нужен тренер нордического типа, говорящий по-английски. Я немного говорил, и люди могут учиться, но не думаю, что проблема была в этом». Исполнительный директор ФА, Адам Крозьер, в 2008 году отказался конкретизировать причины своего выбора, вежливо обойдя в разговоре вопросы футбольной истории, объяснив: «Я больше не даю интервью на футбольные темы».

Ближе к концу октября стало очевидно, что ФА не только выбрала Эрикссона, но уже приступила к серьезным переговорам. К 29 октября, когда сделка практически состоялась, Эрикссон начал задаваться вопросом, правильно ли он поступает, бросая «Лацио» в конце сезона. По необычайному стечению обстоятельств Капелло и Эрикссон в тот день работали вместе на стадионе «Олимпико», в Риме. В ходе празднования юбилея Римско-католической церкви был организован матч между национальной сборной Италии под руководством Джованни Трапаттони и сборной «всего остального мира», составленной из игроков Серии А под совместным руководством Капелло и Эрикссона. По словам Капелло, Эрикссон воспользовался возможностью, чтобы поделиться с Капелло своими переживаниями. Теоретически, Капелло мог бы вселить в душу Эрикссона дополнительные сомнения, а сделав это, возможно, вернуть себе шансы на получение работы его мечты. Вместо этого он повел себя как идеальный джентльмен.

«Я встретился с Эрикссоном на «Олимпико», чтобы вместе с ним принять участие в матче «Giubileo», – рассказывал Капелло. – У него были сомнения по поводу полученного им приглашения на должность в Англии. Я сказал ему: «Свен, езжай, это национальная сборная, к тому же – хорошая сборная». Результаты показали, что он был прав в своем выборе, а значит, и я тоже, в известном смысле».

Капелло совершил бескорыстный жест, жест, который идеально подходил к тому дню, когда ему повезло присутствовать на другой, более волнующей встрече – встрече с Папой Римским, Иоанном Павлом II. Как ревностный католик, Фабио всегда будет дорожить воспоминаниями о том дне, и даже в 2008 году мысли о нем все еще пробуждали к жизни сильные эмоции, которые он испытал, встретившись лицом к лицу с харизматическим лидером католической церкви. Он был не единственной фигурой из мира футбола, кто встречался в тот день с Папой, поскольку и Эрикссон, и Бальдини были в числе почетных гостей, ожидавших своей очереди. Иоанн Павел II, ревностный футбольный болельщик, даже игравший когда-то в Польше в футбол, возможно, сам в душе восхищался некоторыми из тех, кто ожидал позволения поцеловать его руку, за их спортивное мастерство, хорошо известное и в Ватикане. Для Фабио этот волшебный момент был не первым, до этого ему уже посчастливилось встречаться с римскими папами. В те дни, когда он еще был игроком, он встречался с Павлом II и Блаженным Иоанном XXIII. Но встречей с Иоанном Павлом II он дорожил особенно.