Чтение онлайн

Позже Фабио утверждал, что все команды, которые он в качестве тренера приводил к успеху, являлись некоторым отражением его собственного характера. Кларенсу Зеедорфу характер Капелло передавался с большим трудом, хотя 20-летний юноша был в восторге от перехода в «Реал Мадрид» после годичного пребывания в несравненно меньшем клубе, «Сампдории». Он вспоминает: «Переход в «Реал», в то время – самый крупный клуб в мире, был сбывшейся мечтой, потому что с самого своего детства я следил за «Реалом». Поэтому подписание с ним контракта было для меня особым событием». Однако Зеедорф, как и Капелло, уже был победителем Лиги чемпионов, и поэтому вполне уверенно высказывал свою точку зрения, даже тогда, когда босс и не думал его спрашивать. Точно так же он мог задавать вопросы, когда было очевидно, что Капелло не хочет на них отвечать. Каждый раз, когда Капелло давал Кларенсу распоряжения, бывшая звезда «Аякса» вопрошала: «Хорошо, но почему?» В конце концов Капелло потерял терпение и предупредил Зеедорфа: «Просто оставь все «почему» мне! Мне за них деньги платят!»

В том сезоне Капелло разоткровенничался с голландскими журналистами: «Что бы я ни сказал, Зеедорф всегда со мной спорит. Это все голландцы такие?» Противостояние игрока и тренера могло бы привести к образованию кране опасной трещины между ними, но нет, этого не случилось. Наоборот, создаваемое ими напряжение имело созидательный характер, за что Зеедорф позже был благодарен. Например, Кларенс был убежден, что знает, как наносить удар, но Капелло напоминал ему, что тому существует много различных способов, что бить можно разными местами стопы, и все это необходимо постоянно отрабатывать. Позже Зеедорф объяснял: «Одним из главных качеств Капелло была способность реализовывать все самое лучшее в своих игроках, вовлекая каждого в исполнение главной цели команды – забить гол. Он был жестким парнем, очень сильным, очень образованным. Он был одним из лучших тренеров, с которыми я работал в своей карьере. Он был очень, очень конкретен в том, что хотел увидеть от каждого игрока. Иногда он действительно доводил вас до пределов возможностей, но это, разумеется, всегда показывало свою эффективность».

Но с другой стороны, такой подход не всегда показывал зрелищность, потому что Капелло не был готов разбазаривать шансы на победу, предоставляя своим талантливым звездам полную свободу действий. Вся ирония заключалась в том, что Капелло продолжал играть с тремя игроками в передней линии, используя тактику, которая, как он, возможно, думал, должна была принести ему благосклонность пуристов, а также медаль тренерского сообщества за обнаружение способа заставить работать вместе всех трех нападающих. Арриго Сакки, часто критикующий работу Капелло в Испании, подтверждал: «Я помню, как он тренировал «Реал» в первый раз, они играли с атакующей «Большой тройкой»: Миятович, Шукер и Рауль. Поверьте моим словам: все это проще сказать, чем сделать!»

С балансом сил в команде, которая продолжала усиливаться и в середине зимы, все обстояло хорошо. Капелло привел в Мадрид из «Милана» Кристиана Пануччи, элегантного правого защитника. Позже он скажет: «Кристиан Пануччи – единственный футболист, с которым я поддерживаю отношения за пределами футбольного поля». В середине поля надежной стабилизирующей силой выступал аргентинец Фернандо Редондо, а юный Гути наносил на полотно яркие мазки.

Такой звездный подбор игроков помогал Фабио выигрывать чаще, чем проигрывать. И правда, за сезон они уступили только в трех матчах. Однако работал Капелло на президента клуба Лоренцо Санса, который, возможно, был бы счастлив пережить больше поражений, если бы случавшиеся победы оказывались приятнее для глаз. Это был «Реал Мадрид». Болельщики ожидали зрелищности и футбольного волшебства.

В конце сезона ребята Капелло забьют в общей сложности 85 мячей, при этом в среднем в неделю за один матч они будут забивать более одного гола. Однако «Барселона» закончит сезон со 102 голами только в Испанской лиге, и ее ослепительный футбол в начале сезона совершенно выбьет из колеи клубных иерархов, которым не хотелось бы видеть, как их смертельные противники затмевают «Реал».

У себя в Англии мы имеем обыкновение говорить, что турнирная таблица не врет, однако в Испании в том сезоне, похоже, турнирная таблица вообще не имела никакого значения. Санса начал показывать свое недовольство и вести себя так, что Капелло почувствовал, что ему демонстративно отказывают в уважении. Позже Капелло расскажет: «Содержание всех разговоров, которые мы вели, на следующий день я находил в газетах, даже если мы разговаривали без свидетелей. И то же самое происходило у меня с другими боссами клуба».

Капелло потом признается, что был близок к тому, чтобы уйти в середине сезона. И хотя он продолжил работать, он довел до общественности, что работать ему в Испании в десять раз тяжелее, чем в Италии. Каждый раз, когда распространялись слухи о скором увольнении дона Фабио, болельщики «Реала» могли посмотреть на турнирную таблицу Лиги Испании и напомнить себе, что искрометный стиль в футболе – еще не все. Они разделяли любовь президента клуба к зрелищной игре, но они также хотели, чтобы в борьбе за титул эта блестящая «Барселона» была побеждена, и по этой причине большинство болельщиков хотело, чтобы Капелло остался.

В это время в Милане Сильвио Берлускони узнал, что положение его бывшего тренера весьма неустойчиво, и задумался над вопросом, возможно ли заполучить его обратно. Оскар Табарес оказался большим разочарованием, а пришедшему ему на смену легендарному Сакки так и не удалось вернуть волшебство прошлого. Футбольный клуб «Милан» в том сезоне готовился выиграть дырку от бублика, и ничего больше. «Ситуация не столь драматична, как говорят, – криво улыбаясь, уверял в то время Берлускони, хотя в глубине души он знал, что это правда. – Все, что нам нужно, это результат и немного удачи. Возможно, поездка в Лурд (один из центров паломничества. – Прим. перев. ) сможет нам помочь».

Но хотя святая и не смогла решить проблем Берлускони, Сильвио считал, что знает человека, который сможет. Он думал о Капелло, своем прирожденном победителе, и размышлял над тем, получится ли у него вернуть былые славные дни. Но у Капелло были другие идеи, поскольку сам он начал вести переговоры с «Лацио».

Однако в то время, о котором идет речь, Капелло решил сосредоточиться на событиях La Liga (Лиги Испании), хотя и продолжал жаловаться на то, что «невозможно прийти к согласию в разговорах с Сансой и его коллаборационистами».

Поскольку возвращение Капелло в «Милан» предсказывалось все чаще, Фабио отрицал, что уже готов переехать в свой старый дом, и пытался думать только о том, чтобы постараться отправить своего старого соперника, Робби Робсона, назад, в тень. В конце апреля «Реал Мадрид» возглавлял турнирную таблицу Ла Лиги с преимуществом в восемь очков над «Барселоной», идущей за ним следом. Когда Капелло среагировал на провокацию и практически против своей воли сделал объявление по поводу своего будущего, до конца чемпионата оставалось только семь матчей. Он услышал, что Санса уже переманивает в «Реал» тренера «Тенерифе», Хейнкенса Йозефа-Юппа.

По правде говоря, Капелло, возможно, ушел бы из «Реала» в любом случае, поскольку за кулисами «Лацио» прикладывал серьезные усилия, чтобы вернуть Фабио в Рим. Кроме того, ему не хотелось столкнуться с перспективой провести еще один сезон вместе с Сансой. Поэтому он публично заявил, что после окончания сезона покидает клуб. Когда фанаты «Реала» поняли, что Капелло уходит, они принялись осыпать его оскорблениями, не в последнюю очередь из-за неподходящего выбора времени для подобных заявлений. Они знали, что «Барселона» еще способна нагнать «Реал», и боялись, что из-за неопределенности в команде титул запросто уйдет в руки Робби Робсона и Роналдо. Капелло настаивал на том, что его команда проявит стойкость. «Игроки «Реала» – профессионалы, и мы останемся друг с другом вплоть до конца сезона», – убеждал он тех, кто был готов его слушать. А затем, говоря о себе в третьем лице, он добавил: «Проблемы Капелло – это его собственные проблемы, а не команды».

Но несмотря на все заверения Капелло, игроки, возможно, были раздосадованы или растревожены больше, чем он себе представлял, поскольку «Барселона», как и предсказывалось, начала продвигаться вперед. В конце турнира, однако, профессионализм Капелло одержал верх, его команда справилась с нервами и закончила сезон, опередив «Барселону» Робсона на два очка. Это было феноменальное достижение самого первого года, проведенного доном Фабио в Испании. Однако время покажет, что наследство, оставленное им «Реалу», оказалось еще более ценным.

Однако за кулисами футбольного мира разворачивались еще более драматичные события, закручиваясь вокруг тренерской карусели. Президент «Лацио» Серджо Краньотти приезжал в мадридский отель для встречи с Капелло, на которой пытался подписать с ним контракт на сезон 1997 – 98 годов. Он уехал, пребывая в уверенности, что получил практически все необходимое, и Капелло присоединиться к соперникам «Ромы», хотя на самом деле контракт он не подписал. Сын Серджо, Массимо Краньотти, бывший в то время исполнительным директором, вспоминал: «Мы думали, он приедет, он сказал, что хотел бы присоединиться к нам, и единственное, чего нам не хватало – его подписи на клочке бумаги. Мы даже приступили к обсуждению того, каких игроков он хотел бы купить на следующий сезон – это был целый проект».

Версия событий от Капелло несколько отличалась, поскольку в 2008 году его спросили об этом контракте, и он настаивал, что был в милях от того, чтобы подписывать с «Лацио» какие-либо соглашения. Насколько бы убедительной не была прелюдия «Лацио», она закончилась ничем: на сцену вступил Сильвио Берлускони. Человек, который дал Капелло возможность сделать первый шаг в тренерской работе, сумел задеть чувствительную струнку его души, проведя в уговорах 11 часов. Он рассказал Капелло, насколько сильно он нужен своему старому клубу, и не оставил у него никаких сомнений по поводу того, что пришло время отплатить за оказанную ему услугу: за то, что он получил шанс стать тренером. Человек из Пьериса в конце концов склонился перед волей Берлускони. Позже Капелло подтвердил: «Лацио» проявлял ко мне интерес, когда меня позвал мистер Берлускони, я, осознавая свои обязательства перед прошлым, согласился принять его предложение. Это было очень большой ошибкой, самой большой в моей карьере. Никогда не возвращайтесь назад, туда, где вы уже были».

Те, кто ошибочно думал, что Капелло согласился вернуться еще несколько месяцев назад, получили возможность утверждать, что они оказались все-таки правы. «Лацио» был ошеломлен поступившими новостями. «Мы были очень удивлены, когда узнали, что Капелло поменял свое решение, – заявил Массимо Краньотти. – Но мы не рассердились, поскольку понимали, что он сделал это в основном из-за оставшегося у него чувства долга перед Берлускони. Кроме того, на место Капелло мы сумели заполучить Свена-Ёрана Эрикссона. И он практически сразу начал выигрывать для нас трофеи».

Футбол, как говорится, – это забавная старая игра. Если бы Капелло отправился в «Лацио» вместо того, чтобы вернуться в «Милан», очевидно, Эрикссон никогда бы не получил возможность наслаждаться успехом, которого он достиг вместе с «Лацио». Поэтому результаты Эрикссона, возможно, были бы недостаточными для того, чтобы привлечь внимание Футбольной ассоциации Англии, и Свен мог бы никогда не стать тренером английской сборной. Стал бы в таком случае преемником Кевина Кигана Фабио Капелло? Возможно, Англия так и не свернула бы на спорный путь выбора иностранного специалиста на пост главного тренера национальной сборной.

В середине июня 1997 года Фабио был объявлен новым тренером футбольного клуба «Милан», договор с ним вступал в силу 1 июля. В команде оставалось еще много знакомых ему лиц, его ожидающих. Паоло Мальдини, Алессандро Костакурта, Деметрио Альбертини, Звонимир Бобан и другие игроки готовились к его возвращению. Удивительно, но Бобан говорил мне, будто самый жесткий человек футбольного мира в Испании, похоже, смягчился. «Физическая подготовка была недостаточной, – сказал Бобан. – Обычно мы тренировались интенсивнее и дольше. Но я думаю, что в «Реале» все делалось в другом ритме, «по-испански», и Капелло вернулся с несколько расслабленным отношением к физической подготовке команды. Мы не работали столько, сколько нам следовало бы, и вскоре дела пошли так, будто ситуация ускользает из-под контроля Капелло. Он не понимал, что происходит, и в этом заключалась одна из его ошибок. Однако, с моей точки зрения, «Милан» как команда никогда не отличался бойцовым характером, он всегда полагался на подготовку и профессионализм как на главные свои достоинства, а в том году их, очевидно, стало меньше».

Тренировочный режим, возможно, и казался более расслабленным молодым игрокам, но в команде был и Франко Барези, виртуозный свободный защитник, которому было уже 37 лет. Он должен был понимать, что его перспективы весьма туманны. У него не сохранилось приятных воспоминаний об этом периоде. «Для Капелло сезон 1997 – 98 годов не был удачным временем, мы потеряли некоторое «чувство», которое до этого имели. Но я сам понял, что настало для меня время уйти из игры. Это было мое решение, Фабио не нужно было принимать его за меня».

Итальянцы используют английское слово «feeling» (чувство), чтобы описать особую гармонию в отношениях или привязанность. Если Барези говорит, что оно ушло, с большой долей вероятности остальные ветераны «Милана» испытывали сходные ощущения. После ухода Барези капитаном команды стал Паоло Мальдини. Однако Бобан не был уверен в том, что будущая легенда готов столкнуться с теми же вызовами, с которыми разбирался человек, повесивший бутсы на гвоздь. «Паоло был молод, он не был прирожденным капитаном или же лидером от природы, – объяснял Звонимир. – Хотя позже он и станет великим капитаном. Первый год был трудным, поскольку он еще искал себя в роли лидера команды. Он еще не был тем, кем должен был стать, чтобы быть нашим лидером».

Игроки в раздевалке, судя по всему, больше не демонстрировали того стремления хорошо играть для Фабио, как это было в прошлом. Его возвращение в клуб воспринималось как шаг назад во всех отношениях. «Я никогда не был любителем разогретого супа, он всегда оказывается плох, – сказал Бобан. – И вы не можете просто вернуться туда, откуда ушли, включить свет и увидеть все на своих местах».

Очевидно, деньги тоже не были решением, потому что Берлускони, стараясь исправить ситуацию, в течение лета вложил в клуб большую сумму. К команде присоединился Патрик Клюйверт, блестящий молодой нападающий «Аякса», чей победный гол стоил «Милану» титула победителя Лиги чемпионов 1995 года. Но впечатлить элегантного защитника «Милана», Алессандро Костакурту, Патрику не удалось: «Клюйверт и Винстон Богард (земляк Клюйверта, новое приобретение «Милана») думали, что в футболе они уже профессора, но они ими не были». Джордж Веа все еще оставался в «Милане» и пытался вернуться на прошлые высоты, но давалось это ему с большим трудом. Бразильский ас Леонардо принес с собой нотку волшебства, но прибыл он с таким количеством других новичков, что команда начала терять собственную идентичность. Кристиан Циге, Андреас Андерссон, Йеспер Блумквист, Ибрагим Ба, Жампьеро Маини, Массимо Таиби, Штейнер Нильсен, Маурицио Ганц и Филиппо Маньеро – все они вошли в команду перед проблемным сезоном или в ходе его. Неудивительно, что команда никак не склеивалась.

Между некоторыми старыми игроками «Милана» и неожиданно появившимися новичками возникли некоторые трения. Позже Капелло вспоминал: «Я прибыл туда, оставив «Реал Мадрид», и нашел команду, которой я не строил. Дела здесь шли совсем не так. Я обнаружил себя тренирующим команду, которую создавали другие».

В октябре разочарование Капелло вырвалось наружу – он заработал дисквалификацию на один матч, как говорили, за то, что в конце встречи «Милана» с «Лечче» выкрикивал неуважительные замечания. Также он должен был заплатить штраф в размере 2000 фунтов, хотя и считал наказание несправедливым. В первую свою эру в «Милане» этот человек не сделал фактически ничего предосудительного, но теперь, похоже, он был менее счастлив на своей работе.

Однако у Кристиана Циге все же сохранились позитивные воспоминания о Капелло того времени. Он опровергает мнение о том, что брожение в команде началось из-за скучного футбола, исповедуемого Капелло. «Капелло любил, когда игроки понимали свои задачи в защите, – спорит он. – Но когда его команда атаковала, он ждал от них также и воплощения их собственных идей. Я, без сомнения, не могу согласиться с теми, кто утверждает, что команды Капелло лишены свободы самовыражения. Когда я играл в «Милане», у нас были Джордж Веа, Леонардо и Звонимир Бобан, футболисты, которые точно были способны внести в игру разнообразие».

Однако в тот сезон они этого не делали, и Циге, похоже, в своем восхищении боссом оказался в меньшинстве. Иногда самовыражение не ограничивалось пределами футбольного поля. За кулисами команды разгорались ссоры, оставляющие о себе незаживающие шрамы. Деян Савичевич, который в то время в команде практически не играл и должен был скоро ее покинуть, объясняет многое: «Фабио Капелло со многими был таким человеком, с которым вы могли сильно разругаться, на следующий день помириться и забыть обо всех обидах. Таким был он, таким был я, но в некоторых других случаях все происходило не так. Я не собираюсь называть имен, но не уверен, что взаимоотношения Капелло с некоторыми итальянскими игроками, сложившиеся в последний его год в «Милане», можно будет когда-нибудь исправить».

Одной из проблем Капелло был Эдгар Давидс, блестящий голландец, перешедший в «Милан» из «Аякса» в 1996 году. Из-за его гигантского самомнения он так и не стал любимым игроком своего тренера, а также и многих других членов команды. Костакурта однажды сказал: «С моей точки зрения, Давидс был одним из самых разочаровывающих игроков, пришедших в клуб, потому что он был одним из тех, кто труднее всего входил в коллектив». Слово «компромисс», похоже, было пропечатано в словаре Давидса не отчетливее, чем в словаре Капелло. Их рабочее сотрудничество продлилось всего несколько месяцев, и даже они были испорчены проблемами, вызванными травмой игрока. Капелло не думал, что Давидс готов добиться успеха, поскольку все еще с трудом восстанавливал форму, а полузащитника все больше и больше расстраивал и разочаровывал недостаточный его прогресс в клубе. Темпераментный Эдгар был продан в «Ювентус» в январе 1998 года, и словно для того, чтобы насолить Капелло, он прекрасно показал себя в новом клубе практически с самого своего там появления.

Капелло опровергал все предположения по поводу потери им авторитета в команде. Несмотря на наличие симптомов внутреннего разлада были и факты, свидетельствующие о том, что некоторые игроки продолжали полностью для него выкладываться. Вот один репортаж, датированный мартом 1998 года: «Джордж Веа отважно сражался, чтобы 200-й матч, проводимый Фабио Капелло на тренерской скамье «Милана», был отмечен победой в Брешии. Минута в минуту перед окончанием первого тайма он сравнял счет после забитого на 41-й минуте пенальти Дарио Хюбнером, набросившись на мяч, ушедший в результате неудачной попытки Джовани Червоне его удержать после удара Патрика Клюйверта. После перерыва Веа пробежал с мячом 40 метров, прежде чем добавить за «Милан» второй гол к общему счету. Однако либериец сбросил со счетов Патрика Биззаро, который забил свой первый гол в Серии А и сравнял счет на 70-х минутах встречи».