Чтение онлайн

Слова госпожи доносились будто издалека, Хиона всё ещё не могла до конца осознать того, что происходило. Девушка сидела, опустив глаза, и слушала, как госпожа монотонным голосом перечисляет её новые обязанности. Но думала Хиона о другом: «Может быть, господин Агафокл просто решил подшутить над нею? — девушка осторожно взглянула на Федру. — Но разве согласилась бы госпожа участвовать в этом нелепом розыгрыше?!»

А Федра всё говорила и говорила, не замечая потухших глаз своей воспитанницы.

— Андрон снова будет убирать Клития, я освобождаю тебя от этих обязанностей.

— И мне не позволено больше ходить к господину Идоменею? — встревоженно спросила рабыня.

— Нет, милая, если только он сам не позовёт тебя. Ты должна знать, что наш господин принимает деятельное участие в твоей судьбе. Перед свадьбой Идоменей подпишет вольную грамоту. Кроме этого, он обеспечит тебя приданым.

— Благодарю вас, госпожа, — ответила Хиона. — Мне бы хотелось поблагодарить и господина Идоменея…

— Думаю, такая возможность представится, — кивнула Федра. — Ну что ж, не хочу тебя больше утомлять. У нас ещё найдётся время для разговоров.

— Благодарю, госпожа, — Хиона поднялась со стула и направилась к двери.

— Пришли ко мне Пелопу, — сказала вдогонку Федра.

Пелопа

Хиона проскользнула мимо Галены, ожидавшей призыва госпожи в соседней комнате, и спустилась на первый этаж. Входная дверь гинекея была распахнута, на крыльце Хиона заметила Клитию и Пелопу.

— Тебя госпожа зовёт, — обратилась девушка к черноволосой рабыне.

Пелопа бегом кинулась к лестнице, ведущей к покоям Федры. Глядя ей вслед, Клития усмехнулась:

— Наша новая подружка до смерти хочет услужить хозяйке и остаться в гинекее.

— Её нельзя осуждать, — задумчиво проговорила Хиона. — Жизнь в верхнем Тритейлионе намного легче и приятнее, чем в посёлке рабов. Если ты — простая рабыня, а не невеста хозяйского племянника, — грустно закончила она.

— Расскажешь, о чём вы беседовали с госпожой? — полюбопытствовала Клития.

— Ах, Клития! — всхлипнула Хиона и закрыла лицо руками.

— Ты чего? — удивилась рыжеволосая рабыня.

— Мне больше нельзя приходить к господину Идоменею! Только если он сам захочет меня позвать!

— В этом ничего удивительного нет, — пожала плечами Клития. — Даже госпожа не посещает андрон без приглашения.

— А если он никогда не позовёт? — Хиона отняла руки от лица и с тревогой посмотрела в сторону андрона. — У господина столько дел и забот! Где ему помнить обо мне?!

— У тебя что — то важное к нему?

— Мне нужно срочно увидеться с ним! Меня пугает это замужество! — воскликнула девушка.

— Тише, — Клития приложила палец к губам и перевела взгляд на открытое окно хозяйских покоев. — Пойдём лучше в нашу комнату, там и поговорим.

Но уединиться подругам не удалось. В коридоре они столкнулись с возвращавшейся Пелопой. Рабыня остановилась напротив Хионы и, поклонившись, с запинкой проговорила:

— К ваше услука, хаспоша. Как будет прикзанья?

Хионой посмотрела на девушку и вздохнула.

__________________________________________________

Хиосского нектара — дорогой сорт вина.

Фракийское пойло — дешёвый сорт вина.

Серес — территория древнего Китая.

1.

Сельскохозяйственный год подходил к концу; несмотря на суровую весну, боги смилостивились к людям, и лето выдалось спокойным. Деметра, покровительница земледелия, позволила своим трудолюбивым детям собрать хороший урожай. Вовремя шли дожди, не давая полям иссохнуть, солнца было достаточно для того, чтобы семя, брошенное в землю, выпустило жизнеспособный росток. Лишь ветер, ничем не ограниченный на просторах полей, налетал то влажным бризом со стороны моря, то суховеем из степей. Но и эти дуновения были на пользу: морской бриз приносил необходимую влагу, а жаркие ветры степи, наоборот, прогоняли тяжёлые дождевые тучи, готовые пролиться на уже вызревшие хлеба. Теперь, после снятия урожая, у земледельцев была другая забота: сохранить плоды своего труда и выгодно продать излишки.

Идоменей снаряжал уже второй за декаду караван для отправки в Прекрасную Гавань. С первым в город уехал Нисифор — следить за погрузкой зерна на корабли, что готовились отплыть в далёкие Афины. Там лембы встретят сыновья Идоменея и перепродадут зерно дальше, в города Аттики и на острова Эгейского понта. Затем торговые суда вернутся в Прекрасную Гавань, гружённые разными товарами, а ещё мебелью и предметами интерьера для обустройства Белого особняка. Идоменей планировал следующей весной преподнести этот роскошный дом в дар супруге.

Утром, во время завтрака, у него мелькнула мысль: не отправиться ли в Прекрасную Гавань, переждать там зиму? Можно всё устроить так, что тоскливый сезон пролетит незаметно.

Прошлой зимой в Ольвии он проводил время совсем неплохо, правда, там была Эгла… Может, вызвать её? Снять для девушки уютный домик неподалёку от Храмовой улицы?..

— Подлить вина, господин?

Идоменей оторвался от размышлений и взглянул на стоящего перед его креслом слугу.

— Благодарю, Гектор, мне достаточно, — ответил, ставя на стол опустевший килик.

— Опять к амбарам пойдёте?

— Да. Нужно закончить с отгрузкой зерна.

— А Арах на что? Господское ли это дело — у амбаров целыми днями находиться? — проворчал старый слуга.

— Он не справится без меня, Гектор, — объяснил Идоменей. — Арах, хоть и хорош в роли помощника, но грамотой не владеет и поэтому учёт зерна вести не может.

— Так писарь ваш без дела околачивается, — не унимался ворчун. — Этот… как его…

— Зел, — скрывая улыбку, подсказал Идоменей.

Хозяин Тритейлиона частенько замечал, что Гектор избегает называть раба — библиотекаря по имени и не упускает возможности приписать ему несуществующие пороки: «Тих как мыша — замышляет что — то, не иначе»; «Взгляд либо испуганный, либо отрешённый. Иногда пять раз об одном спросишь, а он так и не ответит. Витает где — то… Непозволительно рабу думать о чём — то, кроме угождения господину!»

Причиной этих придирок, как догадывался Идоменей, была ревность старика к молодому рабу, претендующему на то, чтобы занять место подле господина. Возраст и хвори не позволяли Гектору прислуживать Идоменею с прежним усердием. И они оба понимали, что каждый день приближает момент расставания, когда окончательно одряхлевший слуга будет вынужден переселиться из андрона в посёлок рабов. Увы! Для смертных Хронос* неумолим. Идоменей уже договорился с Метидой, что она заберёт старика к себе и будет заботиться о нём до самой его смерти. Но пока ещё Гектор жил в андроне и не упускал случая выставить перед хозяином раба — библиотекаря в неблагоприятном свете.