Факультет судебной некромантии. Практика
Шрифт:
– И тут возникает вопрос, - потерла я подбородок.
– Сделаем все заранее - никто не скажет спасибо.
– Сделаем все потом, никто спасибо не скажет, но знать будут, - кивнул эльф.
– Вот и договорились, - удовлетворенно произнесла Кариса.
– Так что там с мини-лабораторией?
– Есть помещение для придворного мага. Его лаборатории, - Лий хитро улыбнулся, - надо бы изучить их подробней.
– Я тут вспомнила!
– Эту идею я вынашивала почти весь день.
– У нашей дружбы нет выходных и праздников. Мы - семья, может, как-то это уритуалим?
– Обожаю твое вольное отношение к языку, - хрюкнул эльф.
– Согласен. Есть эльфийский вариант привязки душ. Надо его переработать, и тогда, если мы будем возрождаться в одно и то же время, нас притянет друг к другу. И заранее будем благоприятно друг на друга настроены.
– Согласна, - коротко отозвалась Кариса.
– Согласен, - просиял Верен.
– Куда уж вы без меня, - усмехнулся Вьюга, - должен же кто-то вас прикрыть.
– А будет забавно, если Дар родится умником-дохликом, - мечтательно произнес Верен.
– Да не приведи ракшас, характер-то прежний останется. Так и будет искать несправедливость и учинять безобразия. Только побитым будет ходить он, а не его оппонент, - передернулась я.
Стук в дверь и дробный топот. Вьюга жизнерадостно пробасил:
– Обед!
– Мне кажется, кто-то подогревает страх поваров, - вздохнула Кариса.
Я безразлично пожала плечами. Лий клятвенно заверил меня, что снизит градус жестокости. Увы, я эгоист и, выбирая между комфортом друга и комфортом чужих мне людей... Ну понятно, да? Что, впрочем, не мешает мне стараться занять эльфа как можно сильнее - он пакостит, когда скучает. Или когда чувствует себя ненужным. Я стараюсь этого не допускать - синдром заботливой мамочки еще никто не отменял.
– Зато нас вкусно кормят, - пожал плечами Вьюга.
– А еще я слышал, как старший по кухне, уж не знаю, как он тут называется правильным словом, орал, что отправит всех к нам, если еще раз что-то там подгорит.
– Ценная информация, - хмыкнул Верен и достал бокалы.
– Вам не кажется, что с таким количеством вина мы сопьемся?
– Кувшин приносят на весь день. Надо разбавлять водой, - закатил глаза Лий и убрал вино в шкаф, - но мы этого делать не будем и выпьем нормального вина вечером.
– Я об этом и говорю, - вздохнул Верен.
Кариса махнула рукой и улыбнулась:
– Да ладно, пара бокалов хорошего вина не повредит, а за добавкой бежать некуда.
– Ладно, после обеда разведаем лабораторию, иначе кто-нибудь заметит, как хорошо и вольготно нам живется, - подытожила я.
И начала есть. Притащенная картина нервировала меня все сильнее. Мерещились тяжелые вздохи, во рту проявился солоноватый привкус. И выпученные глаза Верена настроение не подняли.
– Что?
– огрызнулась я.
– У тебя весь рот в крови, - выдавил фон Тарн.
– Не чувствуешь?
Я поспешно прижала ладонь к подбородку, провела пальцами по губам и была вынуждена признать - кровь. Хотя нет, не кровь. Но что-то похожее.
– По ощущениям - все в порядке, - успокоила я всполошившихся ребят.
Лий протянул руку и, мазнув пальцами по моему подбородку, хмыкнул:
– Привет от поваров.
– Краска? Но тогда было бы видно сразу, - удивилась Кариса.
– Не совсем.
– Верен нахмурился.
– Рысь, прополощи рот. Этот краситель используют алхимики - он алеет при соприкосновении со слюной.
– А еще?
– заинтересовался эльф.
– Или только со слюной?
– Синеет с мочой и зеленеет с другой, эм, телесной жидкостью. Отстань, Лий.
– Кажется, это война, - хищно улыбнулся эльф.
– А где мы есть будем? Если воевать с дворцовой кухней - значит, придется есть за пределами замка. И тут вопрос - где и на что?
– Верен покачал головой.
Тут уж я возмутилась:
– Но и оставлять это так нельзя!
Вьюга согласно кивнул:
– Лий виноват, но травить жратву - подлость.
– Все-таки война, - сам с собой вздохнул Верен.
Принесенную слугами еду есть никто не стал - дураков не нашлось. Вьюга и Лий пошли на кухню, вооружившись списком. Список набросал Верен - куда нельзя добавить краситель.
– Так может, у них еще что-то из пакостных зелий есть?
– хмыкнула Кариса.
– Вряд ли. Ингредиенты не дешевые, - пожал плечами Верен.
Едва только за спинами ребят закрылась дверь, в комнате материализовался вестник мастера:
– Прибыть в Оранжевую гостиную.
Встреченные нами дворцовые слуги еще долго не забудут дикой некромантской пробежки с адовыми воплями:
– Лий! Стой!
Эльф, когда мы догнали их с Вьюгой, посмеялся, и пообещал устроить нам полевые учения. Чтобы каждый из нас мог свободно ориентироваться во дворце.
В Оранжевой гостиной, действительно похожей на жерло активного вулкана, помимо декана находилась еще и леди Алое Платье. Мы синхронно поморщились - в ожидании неприятностей.
Здороваться с нами она не стала.
– Лаура фон Сгольц, вам оказана великая честь - войти в конкурсный состав невест.
– Сожалею, но мое сердце не свободно, - брякнула я.
– Это во-первых, а во-вторых, я дала кровную клятву не выходить замуж до тех пор, пока полностью не обуздаю свой дар.
– Это несущественно - монаршая помолвка длится достаточно долго. И далеко не факт, что вы станете выбором его высочества.
– Тогда зачем? Мастер?
– я пристально посмотрела на Данкварта.
– Ваша матушка.
– Рой пожал плечами.
– С момента вашего замужества прошло достаточно времени.
– Но я учусь!
– Место и время вашей практики совпадает с местом и временем отбора невест для его высочества.
Давно мне не было так страшно и противно одновременно.
– Ваша матушка ожидает вас в голубой гостиной.
Нам не было нужды сговариваться - мы синхронно поклонились и вышли.
– Вы же меня не бросите?
– И упустить цирк?
– усмехнулся Лий.
– Ни за что.
Моя мать сидела у окна в демонстративно-трагичной позе много пережившей женщины. Она, с тщательно выверенной дозой скорби, обратила свой взгляд на нас. Вот только у нашей компании на такие взгляды уже давно иммунитет. Особенно у Лия - на него без грусти не смотрел никто.