Чтение онлайн

– Все, - наконец отпустил меня Руан. Я тут же, кряхтя как бабка, села. А все потому, что боль не ушла. Более того, теперь болело абсолютно все! Ох... Собравшись с силами, я подняла свой плащ и повесила его сушиться у печки. Туда же отправилась куртка и жилетка. И я бы с удовольствием повесила бы рядом и рубашку со штанами, тем более, что последние неприятно липли к коже, так что от них побыстрее хотелось избавиться. Но вот только другой одежды у меня не было, а одежда Катрин мне не подходила - девушка была заметно худее меня.

– Растереть бы ее какой мазью, а то завтра снова придется так же разминать, - отозвалась от плиты Катрин, бросив на меня сочувственный взгляд.

Еще и завтра?! О нет, увольте, я живой в руки мужчины не дамся!

– Разотру на ночь, есть у меня один сбор, - отозвался Эрударен и, кинув свою куртку на колченогий стул, ушел во двор расседлывать и чистить коней.

Мы же с Катрин занялись готовкой и провозились вдвоем так долго, что Руан успел не только позаботиться о лошадях, но и принести и даже разложить вещи.

Наконец, скудный ужин был накрыт и мы уселись в полном молчании есть. Каждый думал

\endash своем. Я, например, о том, что вредный конь лишил меня всех моих вещей, в том числе и одеяла, и что надо теперь думать, как обустроить свой ночлег, тем более, что в сон клонит уже нещадно... Можно под голову вместо подушки свернуть куртку, а укрыться плащом. Правда, все еще сырое, но, думаю, за ночь-то не замерзну, тем более, что вон как печь жарко натопили...

– Вир, - негромко позвал меня Руан, прервав сладкие мысли о мягкой перине, - пойдем разотру поясницу, - махнул он рукой в сторону расстеленной кровати.

Он где-то умудрился найти вполне нормальное сено и, застелив его плащом, получил вполне сносный матрас. Сверху лежало то самое одеяло, что укрывало меня прошлой ночью.

Я осторожно села на край и хотела было задрать рубашку на пояснице, чтобы дать ему размять пострадавшую поясницу, как мужчина задумчиво протянул:

– Хотя нет, мазь жирная, всю рубашку испортим, и придется ее выбрасывать. Так что, пожалуй, не буду.

– Не будешь?
– обескураженно протянула я, с легким ужасом взглянув на мужчину. Это значит, что завтра меня опять разминать будут? Перекручивать каждую мышцы, чуть ли не ломать, судя по ощущением, каждую косточку... Ночь моя Хранительница, спаси меня!

– Не буду, тебе же надо в чем-то ехать, - подтвердил он.
– Хотя...
– меня с ног до головы окинули задумчивым взглядом.
– Есть у меня одна старая, ненужная рубашка. Я ее случайно прихватил, на тряпки.

– Давай, - вздохнула я и через минуты стала обладательницей вполне себе сносной темной рубашки. Ох, что-то мне кажется, что кто-то покривил душой, говоря, что она старая и ненужная. Впрочем, его дело. Я же отказываться от сухой одежки не собиралась.

Попросив его отвернуться, я быстро стянула свою. Чуть подольше пришлось повозиться с отсыревшим бельем, но уже через пару минут я закуталась в теплую, мягкую ткань рубашки, которая оказалась мне по середину бедра - все-таки мужчина был выше меня.

– Штаны, - мягко потребовал Руан, - а то кровать отсыреет. Если холодно, можно одеялом накрыться.

Спорить я не стала, тем более мне самой хотелось избавиться от промокшей вещи. Да и отказываться от одеяла тоже не сочла нужным: едва только кинула штаны на стул, как тут же забралась под меховое одеяло и улеглась на живот.

На этот раз прикосновения мужчины были намного нежнее и ласковее.

Настолько, что я вскоре, убаюканная их легкостью и неспешностью, так и заснула в чужой кровати.

Руан

Мужчине вновь не спалось. Только на этот раз виной тому была девушка, лежащая рядом и доверчиво прижавшаяся к нему. Короткая рубашка на ней задралась, обнажив стройное бедро, на которое так и хотелось положить ладонь и медленно, с наслаждением провести рукой.

Только вот к вполне понятному влечению подмешивалось еще и желание оберегать и защищать. Хотелось касаться ее не только жадно, собственнически, но и осторожно, нежно, едва уловимо. Хотелось легко коснуться волос, отвести непослушные пряди со щеки.

Руан перекатился на спину и, вскинув руку, взглянул на кулон, болтающийся на цепочке, зажатой в ладони. Камень медленно, но верно наливался цветом: его звали и ждали. Что ж...

Осторожно, чтобы не разбудить девушку, он поднялся с кровати. Поправил одеяло, чтобы Вир без него не замерзла и, накинув на плечи рубашку, тихо, как был босиком, вышел во двор. Который встретил абсолютной неестественной тишиной и ярким светом звезд на ночном небе.

– Руан.

Пять фигур одна за другой стали проявляться в ночной мгле, словно пятеро мужчин один за другим стали выходить из тьмы на свет.

– Я рад тебя видеть, Тиль, - чуть улыбнулся Эрударен своему другу. Нет, его здесь, конечно, не было. Как и остальных четверых: Ард, судя по влажным волосам, только вышел из ванны, близнецы, похоже, были в своей комнате, Тиль же все еще находился в лечебнице, а вот где был Арэт - Руан так и не понял.

– И я, - склонил голову Тиллион.

– У нас мало времени, - оборвал обмен приветствиями Ардалион.
– Эта тварь сбежала, Ран. Почувствовала, что мы серьезно взялись за поиски и...

– Давно?

– Незадолго до вашего отъезда.

– Мы думаем, - вмешался Сандр, - что пробуждение тех руин - ее рук дело.

– И скорее всего она попробует вас в них заманить, - продолжил за брата Алекс, - скорее всего она думает, что с вами будет не так сложно разделаться. И вчерашнее нападение лишь подтверждение тому.

– Ты уверен, - вопросительно взглянул на друга Ард, - что тебе не нужна помощь?

– Уверен, - твердо кивнул Руан и взглянул на тускнеющий кулон.
– Спасибо.

– Что ж... зови, если что, - отозвались тени, исчезая одна за другой.

Не став дожидаться, когда магия полностью рассеется, мужчина отвернулся, и собирался было уже шагнуть в дом, когда его вновь тихо позвали:

– Руан.

Эрударен обернулся и взглянул на силуэт.

– Ты помнишь, что мы сильны лишь до тех пор, пока нам не за кого бояться?
– тихо спросили у него.

– Помню, Ваше Высочество.

– Сможешь ли ты перешагнуть через того, кто тебе дорог? Оставить его, бросить, убить ради цели? Подумай, - принц внимательно взглянул на Руана.
– Твое молчание слишком о многом говорит, - так и не дождавшись ответа, склонил голову мужчина и шагнул обратно в тень, собираясь раствориться в ночной мгле.