Чтение онлайн

– Подожди, - словно очнувшись, Эрударен резко шагнул вперед.
– Ты знаешь, как вернуть ей силы?

– Силы?
– вскинул бровь собеседник Руана.

– Да. Не знаю уж, результат ли это обряда ведьм или их Права Ночи, - мужчина недовольно поморщился, - или того, что инициировал я ее на алтаре, но она может нормально колдовать только рядом со мной. Ее силы заперты у меня, и хотя я могу понемногу ей их возвращать, однако, они надолго у Вир не задерживаются. Утекают, словно в песок. Так быть не должно.

Руан раздраженно дернул плечом. Нет, он прекрасно понимал, почему Виррин лишилась

сил: он был заведомо магически сильнее ее, и по праву сильнейшего он забрал у нее все до последней капли. Так было всегда, и странного в этом он ничего не видел. Вот только магия уже должна была вернуться к ней.

– У вас противоположные с ней силы. Я думал, ты вспомнишь об этом запрете, - нахмурился мужчина.
– Кому как не тебе.

О да, он знал об этом табу - не прикасаться к темным магам. Вот только темные, как ни странно, уже не рождались у них более тысячи лет. И это знание до сих пор было не более чем мертвым грузом, покоящимся где-то в самой глубине памяти. К тому же Руан был уверен, что этот запрет давно уже потерял свою силу.

– Тебе надо вернуть ей силы, причем, чем быстрее, тем лучше. Иначе ее тьма выжжет твой свет. Ведь ты чувствуешь уже это?

– Чувствую, - угрюмо огласился Руан.
– Что мне надо сделать?

– Есть два пути, - горькая усмешка скользнула по губам принца.
– Первый - так же, как ты их и забрал: переспать с ней. Причем ее выбор должен быть добровольным, а не под действием заклятий, заклятий или плетений.

– А второй?

– Избавится от ее силы. Убить ее, - коротко ответил молодой мужчина.
– Тогда ее сила рассеется.

Руан тяжело склонил голову.

– Как поступить - решать тебе, но учти, что времени у тебя осталось мало, - тихо произнес принц и, наконец, растворился во тьме, оставив неподвижно застывшего Эрударена одного.

Впрочем, осенний ветер недолго перебирал черные пряди. Едва заметно кивнув своим мыслям, Руан направился к оставленным под навесом седлам. Осторожно сдвинув в сторону одно из них, он отстегнул ножны с кинжалом - вечером он поленился это сделать, ведь в сумке, что сейчас отчасти заменяла Вир подушку, покоился брат близнец стилета.

Вынув клинок из ножен, мужчина скользнул пальцами по острию и, убедившись в его остроте, отбросил ненужные ножны и отправился обратно в дом.

Туда, где спала Вир.

Видимо, что-то из наших продуктов все же подпортилось: то ли не пережило близости нежити, то ли дневного перехода. А мы с Катрин по неопытности недосморели и бросили в котелок, где варился ужин. Потому как иначе объяснить, почему меня посреди ночи начало мутить, я не могла.

\endash пользу этой весьма неприятной гипотезы говорило и то, что Руана, на чьей постели я до этого мирно спала, рядом не было: видимо ему тоже стало плохо. Правда, можно было бы решить, что он вообще не ложился, вот только сквозь сон я нет-нет, да чувствовала близость мужского тела, легкий, пряный, чуть горьковатый, присущий только ему аромат и нежные, едва ощутимые прикосновения пальцев. А значит, он действительно ушел.

Подавив очередной приступ, я перекатилась на край постели и замерла в надежде, что хоть так мне станет легче и внезапно напавшая тошнота пройдет, но нет. Стоило лишь мне пошевелиться, как она вновь возвращалась.

– Да что же такое, - едва слышно простонала я и облизнула пересохшие губы: жарко накопленная Катрин комната явно не способствовала улучшению самочувствия. От духоты приступы становились лишь сильнее.

Пожалуй, стоит попробовать выбраться наружу: авось там станет получше. Ну или по крайней мере можно будет прочистить желудок, никому не помешав.

Решив так, я медленно, ну очень медленно села и осторожно опустила ноги на пол. Тоскливо окинула погруженную в полутьму комнату: дверь располагалась почти на другой стороне, - и зацепилась взглядом за свою сумку, оставленную Руаном на скамье у входа. Если мне не изменяет память, то пара снадобий на такой случай я захватила. Совсем немного и не особо сильные - все-таки надеялась, что с нами поедет Валадар. Да и как-то не рассчитывала, что они мне понадобятся - так, ради подстраховки взяла.

Осторожно поднялась, прислушалась к себе и, поборов очередной приступ, как была, босиком, в чужой всего лишь доходящей до середины бедра мужской рубашке, аккуратно направилась к двери. Несмотря на то, что дом находился в довольно хорошем состоянии, однако кое-где доски, застилающие пол, уже просели, так что вполне можно было напороться на торчащий гвоздь. Конечно, мне стоило натянуть сапоги, но почему-то мне небезосновательно казалось, что стоит лишь мне наклониться, как станет еще хуже. К тому же, я не собиралась совсем уж выходить на улицу. Только немного постоять на пороге, подышать свежим прохладным воздухом.

Обогнув стол, я подхватила сумку, но, быстро поняв, что в полутьме вряд ли что-то разгляжу, даже не стала ее открывать. Подобрав плащ, который Руан вчера бросил на скамью, накинула его на плечи: не хватало еще вдобавок к отравлению простудиться, - и толкнула дверь. Но в последний момент сумка, которую я забросила на плечо, решила соскользнуть, так что, в попытке ее поймать, я едва коснулась чуть рассохшихся досок. Тяжелая створка качнулась и приоткрылась. Недостаточно, чтобы выйти, но достаточно, чтобы разглядеть двор и... замереть, так и не отворив злосчастную дверь.

А все потому, что там, за порогом, всего в нескольких шагах от скрывшейся в тени меня стоял Руан и негромко с кем-то беседовал. С сотканным из ночных теней силуэтом, чей голос был и знаком мне, и незнаком. Было в нем что-то неуловимо чужое, искаженное, что не давало никак распознать владельца.

Я знала это заклинание, хотя никогда им не пользовалась. Сложное и довольно трудоемкое, оно позволяло не только услышать, но и увидеть собеседника. Однако сил оно тянуло немерено, так что маги, в основном, предпочитали пользоваться шарами, вроде того, что покоился у меня в комнате на столе. Или же зачаровывали какую-нибудь безделушку на ауры вполне конкретных людей.

Судя по всему, именно такой зачарованной вещицей и был кулон, цепочка от которого сейчас обвивала запястье мужчины. И, судя по тому, что Руан, как и я, был босиком, а рубашка была всего лишь накинута на плечи, молодого мужчину едва ли не с постели подняли. И как он только не мерз, стоя на по-осеннему холодном ветру и ледяной, покрытой тонкой изморозью, земле. Даже я, укутанная в теплый плащ, уже продрогла, а ведь я стояла в доме у самого порога. Хотя, надо сказать, холодный воздух помог - меня уже почти не мутило.