Фальшивая принцесса
Шрифт:
— К-кто в-вы т-такой? — Голос девушки звучал жалко — в нём отчётливо слышался страх.
— А ты так и не догадалась? — Губы незнакомца растянулись в угрожающей улыбке, обнажив белые крупные зубы с заострёнными, как у зверя, клыками.
— Я н-не знаю… я во-вообще н-ничего не знаю… пожалуйста… не трогайте м-меня, я н-не должна быть здесь…
Из глаз Ангелины брызнули слёзы. Задыхаясь, она прикрыла рот обратной стороной ладони.
Бросив на неё равнодушный взгляд, мужчина молча подошёл к кровати и, отбросив заляпанное кровью покрывало, вытащил верхнее тёплое одеяло. Обойдя стороной застывшее в неестественно скрюченной позе тело, он присел перед рыдающей девушкой и, завернув её в одеяло, одним стремительным движением поднял на руки.
Не ожидавшая подобного Ангелина принялась активно сопротивляться, сопровождая свои действия истерическими выкриками:
— Нет!!! Пожалуйста… отпусти!!! Это не она, это не она!!! Это я!
Не обращая на её истерику никакого внимания, незнакомец, быстро вышел из комнаты, где его ждали двое облачённых в чёрную форму мужчин с охваченными чёрными светящимися нитями мечами. Кивнув им, он решительно подошёл к лестнице, быстро спускаясь по ступеням. Движения его были стремительными и выверенными — казалось, он изучил этот маршрут вдоль и поперёк прежде, чем прийти сюда.
Оказавшись внизу, он огляделся, удовлетворительно хмыкнув. Трапезная, будучи всего несколько минут назад средоточием веселья и радости, напоминала теперь поле брани. Некоторые из длинных тяжёлых столов оказались перевёрнуты. По всей комнате валялись изрезанные и окровавленные тела, а некоторые из них пожирало высвободившееся из разбитых масляных ламп пламя. Вино, залившее почти весь пол, смешиваясь с кровью, образовывало небольшие бордовые лужицы, в которых отражался тусклый свет оставшихся фонарей. Терпкий запах недавно бывшего здесь веселья едва заметно перебивался тошнотворным запахом железа — последствие произошедшей резни. По окунувшемуся в тишину помещению чёрно-серебристыми пятнами мелькали вооружённые мужчины. Оглядывая тела, они снимали с них украшения, а тех, которые оказывались живыми, либо добивали, либо, если те могли ходить, уводили за собой.
Ловко огибая лежащие на пути трупы, незнакомец покинул трапезную, мельком бросив взгляд на Ангелину. Притихшая, она неподвижной статуей застыла на руках у мужчины. Глаза её слипались, а тело, истерзанное всеми обрушившимися на неё переживаниями, настойчиво требовало отдыха, притупляя чувство самосохранения.
В конце концов, убаюканный спокойным дыханием мужчины, её мозг отключился.
Глава 5
— Госпожа… госпожа, просыпайтесь…
Голос Бронхилая, настойчивый и тихий, далёким эхом донёсся до сознания Ангелины. Ресницы её едва заметно дрогнули, сгоняя остатки крепкого сна. В нос тут же ударил уже ставший знакомым запах горелого масла.
Нехотя разлепив глаза, девушка повернула голову в сторону мужчины. Лекарь, весь помятый и тоже сонный, сидел неподалёку от неё. На его брюках — том единственном, что осталось от забавного канареечного костюма — отчётливо виднелись следы застывших крови и грязи. На лице мужчины Ангелина заметила небольшие кровоподтеки, из-за чего оно выглядело куда более опухшим, чем обычно. Руки Бронхилая оказались связаны вместе бечёвкой таким образом, что каждая нить оплетала поочерёдно все пальцы, создавая впечатление надетых на руку "верёвочных перчаток". Опустив глаза на свои ладони, девушка с удивлением обнаружила, что на её рукии тоже надели этот своеобразный аксессуар. Пошевелив пальцами, она обнаружила, что он полностью блокирует движение кистей, препятствуя, судя по всему, использованию магии.
— Вы проснулись, госпожа… слава Божеству, вы невредимы, а то я уж думал было, что этот паскудник Харальд с вами разделался уже…
— Ха-харальд? — Голос Ангелины был ещё хриплым от сна. — Так это был он? Что вообще произошло?
— Он, подлец… он, негодяй… — сплюнув на пол, с досадой произнёс Бронхилай. — Засада была, госпожа… каттегатский выродок, кажись, обманул всех… провёл, как детей малых, паскудник. Наши ребятки разведчики донесли, что он-де на север уехал, да часть войска своего с собой прихватил… ну, Её Величество и дала добро на отправку Её Высочества в Гуркуланум. Думала, что пока этот отщепенец, Великий Душитель его забери, занят, мы быстренько свадебку провернём, а потом уже дикарь этот южный проблемки все и порешает. А оказалось вона как — всех обхитрил поганец! Ох-хо-хо, чуяло моё сердечко, что не всё так гладко здесь, уж слишком благополучно всё складывалось… не зря не верил…
Облизнув пересохшие губы, Ангелина растерянно проговорила:
— Но как же теперь… что нам теперь делать? Они ведь все считают, что я Генриетта! Если… если она узнает о том, что произошло, — к горлу девушки подкатил ком, — то вернётся к своей матери и всё вскроется! Что со мной тогда сделают?
Бронхилай хрипло рассмеялся.
— Вернётся, как же. Неужто вы думали, госпожа, что она всерьёз это всё вам говорила? — Мужчина насмешливо помотал головой. — Наивное создание. Она и не собиралась возвращаться к этому сарайскому царьку!
— В к-каком это смысле, — в голосе девушки послышалась растерянность, — не собиралась?
— А в таком! — Подняв замурованные руки, Бронхилай суетливо провёл ими по лбу, убирая застилавший глаза пот. — Больно надо ей это! Вы разве не заметили? Она почти всё приданное, что ей Её Величество собрала, с собой утащила! Как думаете, госпожа, с чего вдруг?
Ангелина побледнела.
— Боже мой… — губы её задрожали, — вы хотите сказать, что она… как-то узнала о том, что должно случиться?
— Знала, как же, — лекарь снова сплюнул на пол. — Да не знала она ничего! Ветреная, прости меня, Божество, девчонка! Ей ни этот каган дикарский, ни норфолкское королевство сто лет в обед не сдались! Она ещё до всей этой истории с жениховством обдумывала, как бы ей деньжат побольше урвать да и от маменьки скрыться. Жить она привольно хотела, и чтоб обязательств никаких не было! — Тяжело перевалившись, мужчина громко икнул. — Она всю дорогу, — после небольшой паузы продолжил он, — только и думала, как бы ей сбежать незаметно со всеми своими цацками да золотишком… а тут вы удачно и подвернулись.
— А-ша-леть, — шокировано протянула Ангелина. Хоть она и не сомневалась в том, что принцесса не была полностью честна с ней, но ей и в голову не могло прийти, что та решит просто бросить её на амбразуру и, забрав всё приданное, укатить в закат навсегда! Просто немыслимо! И Ангелина ещё всерьёз верила, будто сможет провести Генриетту? Ха! Смешно! — Но почему же… почему вы не рассказали обо всём королеве?
— Так а какой в этом прок? — Возмущённо воскликнул Бронхилай. — Союз с Сараем есть? Есть. Каган Ротхен получил жену? Получил. А большее Её Величество и не заботит! Неужто вы, госпожа, и впрямь думаете, что королеве в радость свою дочь в постель дикарю отдавать было? Да тьфу на вас мильон раз!
— Супер. — Ангелина выпрямила связанные ноги, чтобы немного размять их. — И что же теперь делать? Узнав о смерти Ротхена Генриетта, скорее всего, вернётся к матери…
— Ну вот это уж навряд ли, — прыснул мужчина. — Теперь-то, когда у этого отребья Харальда в руках все козыри, соваться в Норфолк всё равно, что голову на плаху добровольно положить… особенно наследникам Её Величества. Каттегатский подонок просто так с рук не спустит королеве унижение его мамашки… со всей семьёй поквитается, помяните моё слово. Тут не ровен час и Его Высочество с Её Величеством дёру из страны дадут, прихватив с собой всю казну…