Чтение онлайн

— С чего ты взяла, что я шучу? — удивился Леонард. — Я абсолютно серьёзен. Почему я должен помогать задарма? Тоже мне нашли доброго самаритянина. Нет уж, хотите помощи демона — извольте заплатить.

— А как насчёт человеческой помощи? — я сразу же зацепилась за словосочетание “помощь демона” и решила прояснить несколько нюансов. — На безвозмездную помощь Николая мы с Сёмой можем рассчитывать?

— Разумеется, — важно кивнул демон. — Николай с готовностью поможет, что своему другу, что любимой женщине. Только вот, сама понимаешь, возможности простого фельдшера весьма ограничены.

— Ничего, уверена, нам хватит.

— Ты сошла с ума, — слова Семёна прозвучали глухо и обречённо. — Женя, ты, в самом деле, собираешься общаться вот с этим существом? Он демон! Выходец из Преисподней!

— И? — я вопросительно приподняла бровь. — Не вижу пока причин для паники. Демон и демон, у каждого свои недостатки.

Леонард коротко рассмеялся, похоже, оценив отсылку к фильму “В джазе только девушки”.

— Ты ненормальная, — констатировал Семён и неожиданно расслабился. — Впрочем, чему я удивляюсь? Ты всегда такой была.

— Ничего себе заявления! — возмущённо воскликнула я, внутренне ликуя: похоже, приятель сдался и перестал изображать из себя воинствующего христианина. — Когда это я демонстрировала свою ненормальность?

— Дай-ка подумаю… — Сёма сделал вид, что задумался. — А не ты ли в восьмилетнем возрасте отправилась ночью на озеро искать русалок и чуть не утонула?

— Я была крайне любопытным ребёнком, — развела я руками. — Все в детстве делают глупости.

— Ты была трусливым зайцем, которого легко было взять “на слабо”, — усмехнувшись, легко парировал Семён. — Впрочем, сейчас, зная, что в твоём роду была целая куча ведьм, меня больше не удивляет твоя тяга к потустороннему — видимо, это у тебя в крови.

Мне нечего было по этому поводу сказать.

— Не думаю, что дело тут в родстве с ведьмами, — заметил Леонард. Повернувшись, я заметила крохотную улыбку, промелькнувшую на его лице. — Просто у Жени авантюрный склад характера. Таких людей во все времена тянет к приключениям.

— Это точно не про меня, — покачала я головой. — Я предпочитаю спокойную, размеренную жизнь безо всяких этих потрясений.

— Да неужели? — Леонард чуть подался вперёд и пристально посмотрел мне в глаза. — И именно поэтому ты с готовностью пошла бродить по ночному кладбищу вместе со мной и Семёном, стоило только появиться намёку на что-то потустороннее? Должно быть, тяга к спокойствию заставила тебя влезть в горящую церковь? Или жажда обыденности помогает тебе без тени страха сидеть рядом с демоном с таким видом, будто это для тебя в порядке вещей?

У меня перехватило дыхание: взгляд сам собой переместился от глаз с вертикальным зрачком к острым клакам, слегка выступающим из-под верхней губы, а затем к изящным рогам. Леонард был прав: я не испытывала и тени страха по отношению к нему. Только чистое, незамутнённое любопытство, приправленное изрядной порцией возбуждения.

— Можно потрогать?

Зрачки Леонарда резко расширились, полностью затопив радужку цвета гречишного мёда. Несколько томительных мгновений он смотрел мне прямо в глаза, а затем слегка склонил голову, давая безмолвное позволение. Я тут же встала на колени и точно ребёнок, увидевший незнакомую игрушку, потянулась к рогам. Мои пальцы невесомо прошлись от основания до кончика, вызвав у демона тихий вздох.

— Кхм, я вам не мешаю? — возмущённый голос Семёна заставил меня недовольно скривиться. В данный момент я бы предпочла изучать особенности демонической анатомии, нежели продолжать бессмысленный спор.

— На самом деле, очень мешаешь, — развернувшись к другу лицом, честно ответила я. — Лично я не понимаю, чего ты сейчас хочешь. Да, Николай — демон по имени Леонард. А я ведьма. И бабушка моя ведьма. И двоюродная прабабушка тоже ведьма. Только вот я почему-то не делаю из всего этого трагедии вселенского масштаба. Да, мир оказался чуточку сложнее, чем мы с тобой привыкли представлять. Да, как оказалось, демоны, ведьмы, призраки и ещё чёрт знает что, существуют. Изменить это ни ты, ни я не можем. Остаётся только два выхода: смириться, либо сделать вид, что всё это тебе померещилось.

— Если выберешь второй вариант, я охотно сотру тебе память, — подал голос Леонард. — Заметь, совершенно бесплатно.

— Да пошли вы!

Зло сверкнув на нас глазами, Семён стремительно покинул дом, громко хлопнув напоследок дверью.

— Я предупреждал, что так будет, — заметил демон равнодушным голосом. — В отличие от тебя, Сёма не отличается широтой взглядов. Как любой деревенский парень, он привык жить в определённых рамках. И вытащить его за их пределы практически невозможно.

— Тем хуже для него, — пожала я плечами, возвращаясь к прерванному занятию, а именно к ощупыванию демонических рогов. — Лично меня пока всё устраивает.

— Ключевое слово “пока”.

Проводив “Николая” в семь утра на работу, я, после недолгого колебания, решила навестить бабушку — пришло время нам с ней поговорить по душам.

Подойдя к бабушкиному дому, я с изумлением обнаружила небольшую галдящую толпу, — преимущественно состоящую из женщин, — возле её калитки.

— Что здесь происходит? — я была вынуждена повысить голос, чтобы перекричать бессмысленный гвалт, напоминавший собрание в курятнике.

— О, ведьмина внучка пожаловала! — дородная женщина лет пятидесяти в стёганой телогрейке окинула меня откровенно враждебным взглядом. — А ведь пока она не приехала, в деревне всё спокойно было!

— Точно! Вот именно! — поддержал её нестройный хор голосов.

— Это она отца Никодима убила! — неожиданно уверенно заявила знакомая мне продавщица местного сельпо.

— Сжечь ведьму, — закончила я за них твёрдым голосом. Несмотря на весьма сложную ситуацию, я не испытывала ни тени страха. Впрочем, чему тут удивляться? После ночи, проведённой в объятиях самого настоящего демона, небольшое крестьянское восстание не кажется чем-то таким уж пугающим. — Вы ведь за этим тут столпились? Решили устроить самосуд?

Моё холодное спокойствие, как ни странно, возымело эффект: гонору у дамочек заметно поубавилось.

— Это твоя бабка сожгла церковь! — заявила старушка в телогрейке.

— Чушь, — просто ответила я. — Никто церковь не сжигал. Отцу Никодиму, скорее всего, просто стало плохо, он упал и уронил свечу, от неё всё и вспыхнуло, церковь всё-таки деревянная.

Это была ложь чистой воды. Даже если бы у старика, действительно, например, случился сердечный приступ, и он случайно опрокинул подставку со свечами, их пламени не хватило бы для того, чтобы церковь вспыхнула, словно факел. Если, конечно, её предварительно щедро не полили бензином. Только вот местное малообразованное население вряд ли это понимает — одного взгляда на их безумные глаза достаточно, чтобы понять, что они недалеко ушли от средневекового мракобесия.