Чтение онлайн

– Если правильно всё понял, то вы уже в курсе о том, что произошло между мной и Алиной, - сходу начал я, глядя точно в глаза старика, которые до сих пор были наполнены яростью.
– Что ж, тогда начну с главного, Михаил Валерьевич. Для начала хотел бы попросить прощения за то, что умолчал о произошедшем и обесчестил вашу внучку…

Стоило мне произнести данные слова, как необъятная аура Трубецкого вновь всколыхнулась с новой силой, но практически сразу та утихомирилась и вернулась обратно в недра стариковского тела.

– Я уважал тебя, Захар, а ты поступил как вор! Ты трижды её спас. Трижды! И я безмерно тебе благодарен. Даже сейчас… - холодно процедил тот со сталью в голосе.
– Приди ты ко мне с самого начала и попроси её руки, как подобает среди знати со всем официозом я был бы счастлив и горд отдать за тебя Алишу! Ты думаешь, я такой идиот, что ничего не вижу? Не вижу её отношения к тебе? Её страхов? Ведь любое свободное время вместе с Прасковьей она проводила здесь. В этом самом доме! Считаешь, я просто так отказал Акинфову? Из-за своих хотелок наплевал на Аксакова? Я стар и вспыльчив, Захар, но не глуп. Однако вместо признания ты умолчал обо всём и коварно обесчестил мою внучку. Не так делаются дела среди аристократов. Не так! Это ужаснейшее оскорбление, Захар. Ты предательски ударил меня в спину, пока я тебе доверял. Всё то время пока ты был в коме, лишь я, Потёмкин и еще несколько князей тебя защищали. Даже твой кровный отец от тебя отвернулся и лишь молча наблюдал. Сегодня же я тайно узнаю о том, что моя внучка уже далеко не девочка. А тем, кто посмел её тронуть, был ты. Так гадко я себя не ощущал очень давно. Я словно вылез из помойной ямы! Так объясни мне, Захар, - зло отчеканил старик.
– Почему ты не сделал всё, как подобает и поступил так подло?

Даже стыдно как-то стало. Правда, всего лишь слегка. Интересная новость всё-таки, но неужели он ничего не знает? Так даже лучше. Теперь можно решить этот вопрос. Вот ведь две никчемные курицы… Ладно, перевоспитанием моих будущих тещ пусть займется сам тесть. Мне туда лезть не следует…

– Михаил Валерьевич, скажите, а вы вообще в курсе, где и когда это произошло?
– вполне серьезно поинтересовался я.
– И что именно вам рассказали?

– Что ты несешь?
– внезапно взбеленился старик, вновь начиная заводиться.
– Совсем…

– В дикой стигме, - мгновенно перебил я Трубецкого и стоило прозвучать данным словам, как взгляд у того со взбешенного переменился на хмурый. Похоже, до него стало доходить.
– Это случилось именно там. Не здесь. Не под вашим боком. Не за вашей спиной. И поверьте, я более чем уважаю вас и ваши решения и благодарен за вашу протекцию.

Слегка привираю, но плевать. Я никогда не был чист на руку.

– Будь мы в империи я бы и пальцем её не тронул до свадьбы и сделал бы всё по устоявшимся обычаям, - не моргнув и глазом соврал я.
– В дикой стигме же мы могли умереть в любой момент. Мы даже не думали, что сможем вернуться назад. Как я понимаю, об этом вам никто не рассказал?

– Ах вы… Две стервы… - тихо прошипел старик, на миг уходя в себя.

– После возвращения я хотел отправиться сразу же к вам, но пришлось отбросить эту идею. Грубо говоря, тогда я был никем, так что пришлось умолчать об этом, чтобы не усугублять ситуацию.

Опять вру, но Бездна мне свидетель - эта ложь во благо.

– В своё оправдание честно вам признаюсь, так или иначе я всё равно добился бы руки Алины и взял бы её в жены. И её первый раз был бы обязательно моим.

В принципе и Прасковья теперь относится к этому стану. Ну и как говорят на Земле: «Куй железо пока горячо». Не думал, что когда-нибудь вновь произнесу такие слова. Странное и давно позабытое чувство.

– Ведь я… искренне уважаю и… люблю вашу внучку.

Стоило данным словам вырваться из моего рта, как брови старика стремительно взлетели наверх, а лицо просветлело и стало разглаживаться прямо на глазах.

Добить что ли его, чтобы поумерил свою вспыльчивость в будущем?

– И раз мы довели это дело до такой крайности, - с наигранно честным и раскаивающимся видом заявил я, а вкупе с моим нынешним состоянием всё это давало ошеломительный эффект.
– То, как и подобает аристократу Российской Империи, у главы рода Трубецких я прошу руки вашей внучки. Само собой, в течение полугода, когда смогу утрясти все возникшие проблемы, сделаю всё необходимое в официальной манере со всеми вытекающими дворянскими обычаями и устоями. Нужно будет лишь немного подождать.

Несколько долгих моментов старик со скрытым изумлением тщательно всматривался в мои глаза, словно пытался найти в них ответ на все свои вопросы.

– Даёшь слово?
– хриплым шепотом спросил он, наклонившись ближе ко мне.

– Столпа империи и дворянина, - спокойно кивнул я.
– Вы же дайте слово, что не будете препятствовать встречам с вашей внучкой.

Но уже в следующий миг вся серьезность с морщинистого лица Трубецкого резко сошла на нет и тот, обнажив зубы, расплылся в широкой улыбке. А еще миг спустя кости мои невольно хрустнули от медвежьих объятий мужика, и вся округа была оглушена его громовым и раскатистым хохотом.

До чего всё-таки пороховой мужик. Прямо… как я!

Именно таким незатейливым образом и в обнимку на глазах у ошеломленных наблюдателей мы и покинули наше своеобразное место для переговоров. Даже лицо Решетникова было озадачено произошедшим.

– Хорошо! Хорошо! Очень хорошо!
– довольно надрывался старик, весело подмигивая смертельно бледной и напряженной внучке.
– Буду ждать этого момента! Всё, Сергей, можешь забирать парня!
– с лучезарной улыбкой проговорил Трубецкой, передавая меня жандармам.

– Как понимаю, все недоразумения улажены?
– усмехнулся капитан третьего тайного отдела, оглядывая нас со стариком, а после и руины кабинета.

– Согласен, перестарался малость, - невольно скривившись, спокойно покаялся пожилой мужчина.
– В ближайшее время всё исправлю, - но уже миг спустя он обратил свой омрачившийся взор на побитого сына, которого всё еще поддерживали Кочкин и Федотов.
– Этого охламона можете отпустить. Получит еще от меня, раз за своими бабами уследить не может. За усадьбу прости, Захар, погорячился.

– Не стоит, Михаил Валерьевич, это пустое, - расслабленно махнул я рукой, продолжая опираться на трость.
– Хельга, ты за главную. Алина, Прасковья, - мой взгляд с озадаченной фон Тек перетек на всё таких же растерянных случившемся княжон.
– Скоро увидимся и нормально поговорим. Сергей Петрович, Илья, Женя, прошу вас, - указывая на дверь рукой, вежливо попросил я жандармов.
– Увы, выйти таким же маршрутом, каким вы сюда пришли не получится. Боюсь, что в нынешнем состоянии я могу в любой момент развалиться.

– Господа, дамы, - учтиво поклонился всем присутствующим Решетников вместе со своими подчиненными.
– Честь имею…

***

Первое кольцо. Москва.

Укрепленная часть централа.

На территории Московского централа, а точнее в укрепленной её части для содержания опаснейших магических преступников мы были уже час спустя. За всё же время поездки ни один из силовиков не проронил ни единого слова. Даже вечно говорливый и веселый Кочкин. Однако неугомонный вид выдавал того с потрохами. Жандарм постоянно силился что-то спросить, но под спокойным и в то же время безэмоциональном взглядом Решетникова парень тотчас осекался, а затем печально вздыхал и вновь продолжал молчать. На что его напарник Федотов лишь довольно скалился.