Чтение онлайн

Пагуба дома Нор-Ата… Разрубающий вал…

Правда, стоило глефе опуститься к самому полу, как уже ко мне пришло странное осознание. Вместо того, чтобы попытаться уклониться, церковник в величественной манере решил принять удар на свою защиту.

– Твоя сила ничто против света Господнего!
– с фанатичным блеском в глазах высказался святоша.
– Сегодня я уничтожу тебя и очищу империю от средоточия зла!

– Ты не только глухой, - с насмешкой изрёк я, наблюдая за его манипуляциями.
– Но вдобавок еще и непроходимый идиот!

Серп разрубающего вала пришелся точно на левую часть купола церковника. Защиты Степана хватило на пару-тройку вдохов, далее лицо его исказилось в гримасе ужаса, тот успел бросить на меня ненавистный взгляд, но момент спустя полуразрушенная гостиная была оглушена мучительным криком, а еще секунду погодя архиерей собственным телом проломил стену и вылетел прочь на улицу. Туша старика прочертила борозду земли по идеально ровной лужайке и остановиться она смогло лишь у самых ворот. Но более меня порадовал его вид. На окровавленном лице не было более ничего, кроме боли, страданий и сочащейся злобы и зачатков страха, а левая рука и частично плечо были начисто отрублены. Ярко-белая же боевая церковная хламида Степана оказалась полностью пропитана кровью, а его самого с молниеносной скоростью обступили воители корпуса.

– Всем назад!
– скомандовал я бойцам, выбираясь наружу через проделанную дыру, а после взгляд зацепился за лисиц и регаццу, которые столпились на ступенях у главного входа в усадьбу.
– Рита, душа моя, лучше уведи Лизу, не нужно ей такого видеть. Хельга, боюсь, нам снова понадобится делать ремонт.

А после под множественными взглядами собравшихся подчиненных и прислуги, стал медленно пересекать лужайку.

Во имя Угорских Бесчинств! Говоря начистоту, я слегка устал от таких идиотов.

– Если честно, то меня не только забавляет, но уже изрядно напрягает такое пренебрежение, - тихо обронил я, наступая на свежую рану, из которой тотчас хлынула порция крови, сам же старик истошно завопил, а кончик копья надавил на его глотку.
– Но не иначе как порой. Теперь, если не хочешь сдохнуть, то ответь, твоё преосвященство, кто за тобой стоит? И кто тебя сюда прислал? Точнее к какой части церкви ты принадлежишь? Слышал у вас имеется группа радикалов, которые мною недовольны. Не из их ли ты числа?

– Думаешь, я тебе что-то скажу?! Давай, мелкий выродок, попробуй меня убить, - хрюкнул довольно Степан, сквозь позывы боли и страданий.
– Ты хоть знаешь, что с тобой будет за мою смерть? Я архиерей!

Сучья кровь! И вправду идиот.

Но на такое заявление старика я лишь довольно расхохотался. Ведь ситуация действительно была забавная.

– И что со мной будет… архиерей? Тебе отшибло память?
– усмехнулся злорадно я, смещая копьё в сторону и медленно пронзая правую руку архимагистра, отчего тот вновь вскрикнул.
– Или твоя жизнь важнее полумиллиона душ, которые я отнял у того никчемного сброда во время войны? Пора бы уже понять. Мне плевать. Глубоко плевать. Я убью столько, сколько понадобится. Зачем вы начали рыпаться? Хотя, ладно… Разговор у нас не задался с самого начала, то придется спрашивать у других. Прощайте, ваше преосвященство…

Однако в следующий миг всю располагающую атмосферу прервал спокойный и в то же время чуточку разочарованный голос Решетникова. Правда, судя по торопливости речи, капитан третьего отдела страшно спешил.

– Захар Александрович, на вашем месте я бы его не убивал. Само собой, вы вправе поступать как сочтете нужным, но позвольте нам разобраться в случившемся.

Странный он всё-таки мужик и мать его, бесшумный. Хотя вынужден согласиться, что в магии земли он любому даст фору.

Стоило на мгновение прикрыть веки и сразу их открыть, как за спиной жандарма, словно по волшебству, объявилась и машина третьего отдела. Из которой тотчас выскочили безумно радостный Кочкин и хмурый Федотов.

– Сергей Петрович, вы дадите слово, что действительно разберетесь в этом?
– спокойно спросил я, переводя на него взгляд.

– Даю, Захар Александрович. Будьте уверены, - твердо кивнул мужчина.

– Хорошо. Я верю вам, но… За всё нужно платить!
– колко изрёк я, медленно надавливая на копьё.

В очередной раз раздался утробный крик боли, и правая рука церковника с чавкающим и мерзким звуком резко отделилась от тела.

– Дрянной…. Щенок, - хрипло простонал архимагистр, начиная терять связь с реальностью.

– Хельга!
– громко окрикнул я девушку, глядя на Решетникова и не обращая никакого внимания на стенания Степана, а с пяток секунд спустя девушка оказалась подле меня.

– Как вы и просили, я прислушался к вашему совету, Сергей Петрович. Хельга, дорогая, - обратился я к женщине.
– Передай уважаемым жандарм все записи с камер в гостиной. Упростим им работу, - между делом наблюдая за тем, как на спокойном лице капитана засквозило удивление и даже облегчение.
– Если что, ваше сиятельство, то внутри еще два архимага. Мёртвых архимага. Точнее то, что от них осталось. На меня напали. Я лишь защищался. Более объяснять ничего не буду. Думаю, вы сами всё увидите. Само собой, звука там нет. Причина вам известна.

Теперь хрен кто докажет, что я кого-либо спровоцировал. В этом и плюс пологов тишины.

– Ах ты, щенок, да как ты только посмел!
– прокашлял архиерей.

– Что касательно тебя, старикан, - расслабленно изрёк я, развеивая громовое копьё и опуская взор себе под ноги, где и извивался святоша.
– Если кто-либо раньше времени узнает, что я князь, то я тебя найду и казню лично. Я ведь Палач, ты не забыл?

– Не бзди, Захар!
– весело отозвался Кочкин, с животным оскалом глядя на церковника.
– Этот теперь не расскажет.

Стоило штабс-капитану закончить, как вдали я смог разглядеть несколько дорогих машин с уже известными гербами. Потёмкины и Трубецкие направлялись в гости, а если точнее, то вероятнее всего, Алиша и Прасковья.

Поэтому в сторону усадьбы пришлось оборачиваться с непреодолимой болью и мучениями на сердце.

– Твою мать. Вот же… изуверы, - чуть не плача всхлипнул наигранно я.
– Всё ведь недавно починили.

***

Второе кольцо. Москва.

Рекламное агентство «Нетривиаль».

Час назад…

От тяжелых и в то же время приятных дум, которые посещали Алину на протяжении трёх последних месяцев, девушку отвлёк негромкий стук в дверь, а следом раздался тихий голос помощницы.

– Алина Юрьевна, прошу прощения за беспокойство. Но к вам с визитом Прасковья Олеговна. Пропустить?

– Леся, о таком могла бы и не спрашивать, - мягко усмехнулась княжна.
– Её могли сопроводить сразу.