Чтение онлайн

Появление смешной пчелы в рыцарских доспехах не остановило побоище. Чего её бояться, если она прозрачная? Мало ли что она требует, размахивая светящимся мечом. Свет людей не убивает, а вампиры существуют только в сказках.

— Брегис, уходи! — крикнул маршал, и из его трости со щелчком выскочил отливающий синевой клинок. — Айван, прикрой короля!

Мальчик обернулся на крик деда, и старый граф вздрогнул — внук улыбался, и с длинных клыков на подбородок стекала яркая алая кровь. Айван вытер лицо рукавом и кивнул:

— Ага, сейчас.

Это сейчас растянулось на несколько долгих мгновений, за которые в короля успели прилететь два болта от засевших в укромных нишах арбалетчиков, дважды громко хлопнул какой-то артефакт в руке принцессы, а жужжание прозрачной пчелы нестерпимо ударило по ушам.

Звук прокатился по бальному залу, сшибая с ног людей и срывая со стен магические светильники. Всё заполнилось зелёным сиянием, обжигающим при любом резком движении. Тут же послышались крики боли и сдерживаемой ярости.

— Величество? — маршал обернулся к королю.

— Вроде живой, дядя Лука, — Брегис Четвёртый внимательно рассматривал лежащие на полу оплавленные металлические прутки, бывшие совсем недавно цельноковаными арбалетными болтами. — Представляешь, они остановились и повисли в воздухе!

— Представляю, — старший Вольф мотнул головой в сторону принцессы, державшей в правой руке какой-то небольшой предмет, отдалённо напоминающий фамильные реликвии времён Великого Трека. — И тебе не советую сомневаться в существовании божественной благодати.

Как оказалось, божественная благодать распространялась не только на Его Величество Брегиса Четвёртого — посланник Блумфонтейна маркграф Швяльбе пошевелился, поднялся на колени, и пальцем потрогал торчащие из груди рукояти метательных ножей:

— А вы знаете, господа, вроде уже и не больно.

Принцесса, убравшая непонятный предмет в специальный чехол на поясе, нахмурилась:

— Ну куда вы лезете грязными руками, минхеер Хунтер? Занесёте инфекцию, а от неё умрёте без нормального лечения.

— А от ножей?

— Организму нужно железо для восстановления кровопотери. Когда усвоится нужное количество, рукояти сами отвалятся.

— Оригинальный способ лечения, Ваше Императорское Высочество, за что примите моё почтеннейшее спасибо. И долго мне ещё так ходить? Уверяю, я нисколько не сомневаюсь в вашем могуществе, но вот эти пятна на камзоле сведут меня с ума.

— До вечера перетерпите, — принцесса пнула острым носком туфельки труп покушавшегося на короля тайного дознавателя. — А пока помогите навести здесь порядок.

— Таскать покойников?

— Кому нужны покойники? Помогите рассортировать живых на козлищ и агнцев.

Казначей, на которого тоже не подействовало обжигающая магия прозрачной пчелы-рыцаря, прижимал к рассечённой щеке платок, но тоже вызвался добровольцем:

— Я, Ваше Императорское Высочество, в юном возрасте во флоте служил, и узлы вязать умею. Упакуем злоумышленников в лучшем виде.

— Во флоте? — удивилась Илия. — Разве у королевства есть выход к морю?

— Пиратствовал он, — пояснил старый маршал. — А как задницу припекло, так в финансы и подался. Прикажете вздёрнуть на рее?

— Маршал шутит, — поспешил успокоить король своего казначея. — У нас будет кого вздёрнуть и без вас.

— Да я как-то не сомневался, — казначей нервно покрутил головой, будто его шея уже почувствовала петлю. — Предлагаю стоимость верёвок взыскивать с родственником повешенных.

Его Величество, вокруг которого начали собираться не попавшие под действие магии гвардейцы, принялся распоряжаться сортировкой заговорщиков. Этих вязать и в тюрьму, где подождут до утра, а других оттащить в сторону для вдумчивого допроса по горячим следам. Причём, в буквальном смысле по горячим — зелёное сияние избирательно обездвижило именно злоумышленников, удерживая их от неразумных поступков в очень тёплых объятиях. Кое-какая свобода движений оставалась, и самые беспокойные сейчас выли от боли многочисленных ожогов, добавляя себе новые из-за безуспешных попыток уползти от жгучего свечения куда-нибудь подальше. Благородные дамы на всякий случай до сих пор не приходили в сознание, только в беспамятстве внимательно следили за продуманным беспорядком юбок, задравшихся в падении ровно на грани приличий, не переходя за неё.

Из-за бархатных портьер, закрывающих так называемые «ниши для поцелуйчиков», за ноги вытащили двух мёртвых арбалетчиков, явно нанятых среди обитателей городского дна. Там изредка можно встретить наивных болванов, верящих в то, что исполнитель покушения на короля имеет хоть какой-нибудь шанс остаться живым и при деньгах. Правда, дорогущие арбалеты не являются их привычным оружием, но если учитывать участие Тайной канцелярии, в этом нет ничего удивительного.

— Хорошая магия, аккуратная, — заметил один из гвардейцев. — Маленькие дырочки во лбу, и никакой крови. А мы как бахнем болтом в башку, и мозги по стенам.

— Богиня же, — без всякого удивления пожал плечами его напарник. — Мозги по стенам ранят её чувство прекрасного. Возраст опять же…

— Она же бессмертная, — возразил первый гвардеец. — Ей и пять тысяч лет может быть.

— Может, — согласился второй. — Но там, на небесах. А тут она в человеческом обличье маленькой девочки, а они любят аккуратность и чистоту. У меня у самого три дочери чуть постарше.

Первый, у которого были только сыновья, промолчал.

А маркграфа Щвяльбе, как самого пострадавшего, поставили на самую лёгкую работу. Ему поручили выпроваживать из бального зала благородных дам, приводя их в чувство с помощью нюхательной соли и немногих оставшихся на ногах кавалеров. Почти тут же выяснилось, что это было не самым лучшим решением — очнувшиеся от обморока дамы открывали глаза и видели перед собой бледное напудренное лицо, голубой залитый кровью камзол, торчащие рукояти метательных ножей… От визга погасли ещё не погасшие магические светильники, и уже всерьёз впавших в беспамятство леди пришлось вытаскивать волоком и складывать в коридоре.

— Потом разберут, — успокоил маршал посланника. — Если будет кому разбирать. Кстати, вы женаты?

— Четвёртый раз. А почему вы это спрашиваете?

— Да мало ли, — усмехнулся старый граф. — Вы известный сторонник разнообразия.

— Когда это было? — притворно вздохнул посланник. — С тех пор я изрядно постарел, и женщины меня уже не так волнуют.

— Меньше, чем государственные тайны соседних стран?

— Примерно наравне, — улыбнулся маркграф. — Кстати, вам не нужна помощь в допросах заговорщиков?

— Желаете сунуть свой длинный нос в наше грязное бельё?

— Право слово, маршал, это же моя прямая обязанность!

— Вынужден огорчить, но мы постараемся справиться сами.

— И это замечательно! — иностранный дипломат с готовностью выпустил из рук очередную перетаскиваемую благородную даму, из-за чего гулко ударилась головой в пол. — Тем более я себя неважно чувствую после героической гибели при защите Её Императорского Высочества. Как вы думаете, граф, мне дадут орденскую цепь на шею?