Чтение онлайн

Хрясь!

Впустую пробороздили стену когти Айвана Вольфа.

Бабах!

Слетели с петель выбитые дверные створки королевского кабинета.

Бдзынь!

Разбился о косяк брошенный казначеем и пролетевший мимо кувшин с водой.

Плюх!

Не ожидавший резвости от арестанта маркграф Швяльбе больно приложился копчиком о паркет.

— Не уйдёшь, собака! — маршал кинулся следом, с молодым азартом перепрыгивая через обломки двери и опрокинутую мебель.

Айван не мог оставить деда без помощи и присоединился к погоне. Королевский казначей и посланник Блумфонтейна переглянулись, и сделали вид, будто остались сидеть в засаде.

Юному графу погоня понравилась, хотя никак не удавалось снова выпустить когти, которыми так удобно цепляться за углы на поворотах. Увлекательнейшее занятие, как оказалось, ничем не хуже хорошей книги в библиотеке. Беги и кричи! Весело! Смешно!

Сбежавшему заговорщику только не очень смешно. Он не оборачивался, и с каждым криком Айвана всё прибавлял и прибавлял скорость. Люди не могут так быстро бегать, а этот негодяй бежит. Ломится через замковую кухню, как лось через весенний лес во время гона, разбрасывая в стороны поваров, кастрюли, котлы… Визжит, опрокидывая на себя кипящий суп, и бежит дальше. Иногда даже по стене делает несколько шагов, если пусть чем-то перекрыт.

Дед давно отстал. Вообще удивительно, что смог продержаться два этажа, кухню, конюшню, и половину подвала. Действительно принцесса сотворила чудо, изгнав болезнь и вернув старого вояку к жизни. Как молодой мчался со своей боевой тростью.

— Ловите его! — крикнул Айван стоявшим у винного подвала часовым. — Живьём брать!

Вообще-то изначально пост выставлялся у оружейки, но вчера из неё вытащили последние ржавые железяки, помнившие чуть ли не времена Великого Трека, и оружейное хранилище опустело. И само собой, часовых оставили для охраны ценного стратегического ресурса. Заступали сюда исключительно в качестве поощрения — сутки в карауле, сутки на опохмел. То есть, на отдых после службы.

Часовые меру знали, и в данный момент пребывали в блаженном состоянии любви к человечеству, что и спасло беглому заговорщику жизнь. В другой ситуации его бы просто зарубили несмотря на крики о задержании живьём, но тут обошлись древком гвизармы, ловко просунутой между ног проносящегося мимо на большой скорости беглеца. Тот кувыркнулся через голову, проехался на животе по гладким камням пола, и впечатался в дубовую дверь винного подвала многострадальной головой.

— Бум-с! — ответила дверь.

— Попался, гад! — обрадовался Айван.

— Здравия желаем вашему сиятельству! — дружно рявкнули охранники, а потом один из них сказал нормальным голосом. — Рекомендую красное полусладкое урожая прошлого года. С седьмой по двадцать третью бочки по левой стороне, или пятая и шестая полка с бутылками по правой стороне.

— Зачем мне вино? — не понял младший граф Вольф.

Простой вопрос поставил вояк в тупик. После довольно долгого молчания всё тот же стражник почесал небритую щёку и произнёс:

— Нешто вы его всухомятку будете, ваше сиятельство? Желудок попортите в молодом возрасте, потом всю жизнь страдать.

— К хоггам вино, — отмахнулся Айван. — НО за помощь в поимке опасного преступника можете сказать десятнику, что я взял две бутылки.

— Как же две, ваше сиятельство? Под такого борова…

— Четыре бутылки.

— Приятного аппетита, ваше сиятельство!

Слухи. Домыслы. Сплетни.

— Что, вот так прямо живьём и съел?

— Под хорошее вино? А что бы не съесть под хорошее-то вино? Вот мы как-то во время последней войны со Свазилендом в горах заблудились, а жрать нечего…

— Это когда вы ящериц ловили, да сапоги с ремнями съели?

— Ну да, тогда. И вообще никакого вина, представляешь?

— Нет, не представляю.

— И это хорошо! Никому не пожелаю так оголодать.

— А молодой граф оголодавшим не выглядит.

— И что?

— Бунтовщика-то целиком утащил. Нешто съел в одиночку?

— Так оборотень же! Да и с дедом наверняка поделился. Он юноша воспитанный и уважительный, про единственного родственника забыть не мог.

— Разве маршал тоже… того? Оборачивается?

— Вроде раньше не замечали, но как оно на самом деле? Сам же говоришь — родственники. Даже если и оборотень, так что с того?

— Так я же в хорошем смысле, я за маршала радуюсь. Оно даже неплохо, когда бунтовщиков есть куда потратить. А то повесят, и висит тот злодей неделю, да воняет гадостно.

— Ворон собой кормит.

— Ага, и какая польза от ворон?

— Это ты мне говоришь? Я. Между прочим, оборотней с детства уважаю, особенно обоих графов Вольфов.

— Да вроде недавно стало известно про оборотничество?

— Опытный человек заранее догадается. Вот повоюешь с моё, и тоже так будешь уметь.

— Маршал-то всяко больше тебя воюет.

— А я про что? Он воспитал внука правильно, потому что знал заранее. Человек с мечом, он завсегда умный!

Маршал кавалерии граф Лука Вольф.

— Ну и зачем ты его сюда притащил? — спросил дед у Айвана. — Прикопал бы где по дороге.

Юный маг пожал плечами и недовольно фыркнул. Сам бы ловил сбежавшего заговорщика, тогда бы и возмущаться не пришлось. Не нравится, видите ли, дедушке приведённый на верёвочке слюнявый идиот, радостно смеющийся и пускающий ртом пузыри. Ага, любой дураком станет, если столько раз стукнется головой о твёрдые поверхности.

— Не графское это дело, дед, трупы закапывать.

— Закапывать живьём, тем более не графское — сурово отрезал маршал. — Как ты его допрашивать собираешься?

— Я? — удивился Айван.

И тут в его голову пришла интересная мысль. Ведь недавно принцесса Илия говорила, что человеческий организм нуждается в железе… Это когда запретила маркграфу Швяльбе вытаскивать из груди метательные ножи. Они вроде как сами должны отвалиться. Когда организм усвоит нужное количество железа. Стало быть, оно там есть? И если попробовать применить к заговорщику ту же самую методу, что со стрелами у Южных ворот, то его разум для допроса и не нужен. Подумаешь, придурок с ушибленной головой… у стрел и арбалетных болтов мозгов вовсе нет, но, тем не менее, заклинание подчинения на них срабатывает.

Пробуем?

Пробуем!

Несколькими мгновениями позже старый маршал, королевский казначей и маркграф Хунтер Швяльбе с удивлением увидели, как злоумышленник медленно поднимается в воздух, так же медленно переворачивается, и вдруг стремительно вылетает из окна в ночную темноту. В неизвестность. К свободе!

Никто так и не узнал, что упавший в орочьем лагере заговорщик насмерть раздавил трёх шаманов и младшего брата верховного вождя, рикошетом отскочил от земли, и ушёл почти вертикально вверх. Больше его не видели.