Чтение онлайн

Ну а время ожидания можно скрасить чем-нибудь полезным. Например, выкатить за ворота в средневековье четыре трехфунтовых единорога, сделанные по заказу Андрея Михайловича умельцами из Ворсмы, и привезённые в Любимовку в его отсутствие. Или вот железо… Кстати, а что железо? В наличии на приусадебном участке двухсот тонн стального проката нет никакого криминала. Железо не искуришь и по вене им не ширнёшься, так что пусть лежит себе спокойненько.

Четыреста пар кирзовых сапог в сарае? Какая мелочь, право слово! В деревне это чуть ли не всесезонная и частично парадно-выходная обувь, и любой грибник вам со знанием дела расскажет, что нет в лесу более надёжной и удобной обувки, чем старый добрый кирзовый сапог. Некоторые охотники могут возразить и покажут суперсовременные ботинки за восемь тысяч евро, но такие охотники с понтами до небес в Любимовке как-то не приживаются. Так что нет ничего удивительного в наличии четырёхсот пар — у справного хозяина должен быть небольшой запас на чёрный день. А если чёрный день затянется, то и такого количества не хватит.

Вот на этот случай валенки есть, но немного. Всего триста пар, зато с галошами. Если бы вы знали, как тяжело в наши дни найти галошу обыкновенную классическую, чтоб блестящая снаружи и красная внутри.

Что ещё есть? Воск не успел весь отправить, да тюки овечьей шерсти с лета зависли. Чёртов кризис заставляет людей экономить и покупать дешёвые тряпки из китайской химозы, игнорируя качественные материалы. Печально… Из-за этого и со льном Андрей Михайлович не работал, а о продаже конопляного сырья даже не заикался.

А вон там что лежит? Там стекло листовое в ящиках и зеркала. Тоже не криминал, с какой стороны не посмотри. Короче, чист Андрей Михайлович Самарин аки… аки… Да вот аки это стекло и чист.

Осталось только Филина вместе с пушками выставить за ворота — на его разбойную рожу у гостей из следственного комитета со стопроцентной вероятностью сработает хватательный рефлекс. Человек он такой — вроде обыкновенный, ничем не примечательный и немного даже благообразный, а как глянешь на него, так сразу хочется кошелёк отдать и постараться не встречаться тёмной ночью в узком переулке.

— А как же огневая поддержка, княже? — Филин с автоматом, в каске-сфере и надетой поверх бронежилета кольчуге выглядел очень воинственно. — Али рыло кому надо будет своротить? Невместно светлому князю руки мордобитием утруждать, у него для того верные люди имеются.

— Иди уж, — Самарин вытолкал любимовского старосту за ворота и упёрся взглядом в стоящие рядком трёхфунтовые единороги, про которые как-то забыл. Только-только вот помнил, и вдруг забыл! — Вот же чёрт…

Но подумал, и махнул рукой. Кто в наше время посчитает оружием бронзовые пушки? Предмет коллекционирования, часть ландшафтного дизайна… Вон люди даже танки в домашних музеях держат, а тут какие-то единороги. И вопросов не вызовут, разве что кто-нибудь проявит любопытство и уважительный интерес.

Микроавтобус следственной группы прибыл точно в указанное Виталиком время. Сам участковый ехал впереди на стареньком Уазе, перед воротами резко притормозил, разодрав подмёрзший, но ещё зелёный газон.

— Понаберут водятлов по объявлениям! — крикнул Самарин выскочившему из машины Виталику. — Тебя кто за руль пустил, муфлон ты неподкованный? Здесь же трава, природа родная, мать твоя, а ты по неё своими вредительскими колёсами. Сталина на тебя нет, Виталик! Да в тридцать седьмом году за такое торможение поехал бы ты в Салехард или Анадырь к пингвинам старшим участковым…

— В Анадыре нет пингвинов, Андрей Михайлович, — вместо приветствия начал оправдываться Виталик.

— Тогда на Кушку или в Мары! К зебрам и крокодилам! Весной приедешь и лично собственными вот этими вот твоими руками засеешь всё погубленное. Хочешь озимыми, хочешь яровыми, хоть кукурузу высаживай, но чтоб трава росла ровная, аккуратная и зелёная.

— Она вся зелёная.

— Мне всю не нужно, мне чтоб хорошую посеял. Я понятно объясняю, Виталий?

— Понятно, — кивнул участковый, и мотнул головой в сторону микроавтобуса, из которого уже выгружалась толпа человек в десять численностью. — Я сам гостей привёз, Андрей Михайлович.

— Незванный гость… — проворчал Самарин, и пошёл встречать следственную группу.

К его удивлению, возглавлял приехавших его давний знакомый, проходивший курс оздоровительных процедур ещё по рекламным ценам, значительно отличавшимся от сегодняшних.

— Сергей Сергеевич?

— Доброго дня, Андрей Михайлович. Вы уж не обижайтесь, но мы к вам с обыском. Сами понимаете, не мы такие — служба такая, — гость чуть отвлёкся, чтобы прикрикнуть на сунувшуюся к калитке девицу. — Любаша, какого хрена? Ты лезешь чёрт знает куда, а с меня потом за нарушенный эргегор начальство спросит.

— А что же делать, Сергей Сергеевич? — спросила растерявшаяся от начальственного рыка девица.

— Обыскивать, Люба! Обыскивать! — рассердился главный следователь. — Нас сюда с обыском послали? Вот и проводите соответствующие мероприятия, но не дай бог кто-то сунется на участок или тем более влезет в дом. Здесь тонкие флуктуации, а не хрен собачий. Понятые! Женя, ну что ты как маленький? Почему мангал до сих пор не разожгли?

— Уже достаём! — радостно откликнулись от микроавтобуса.

— Фёдор Лександрыч, — продолжил орать следственный начальник, — да оставь ты свою камеру и помоги участковому достать водку из его машины! Что? Лександрыч, ей богу, ты на восемь лет дольше меня служишь, а вопросы задаешь… Коньяк ты будешь пить дома из мамкиной титьки, а на работе все нормальные люди должны употреблять водку. Девочки, стажёров это тоже касается.

Перед воротами как-то сам собой образовался мангал, вспыхнули политые какой-то подозрительной жидкостью угли, а участковый Виталик при помощи двух интеллигентного вида понятых принялся насаживать куски мяса на шампуры. Из микроавтобуса вынесли раскладной столик, коробку с пластиковой и стеклянной посудой, несколько клетчатых сумок «мечта оккупанта», и четыре девушки, явные стажёрки, начали криво кромсать колбасу. Салаты привезли уже готовые.

— Хорошо тут у вас, Андрей Михайлович, — Сергей Сергеевич сел на лавку и откинулся на забор. — Спокойно очень, и дышится особенно легко.

— Это точно, — Самарин присел рядом и достал сигареты. — Здесь даже курение добавляет здоровья и излечивает от простатита. Угощайтесь.

— А давайте, — Сергей Сергеевич потянулся к пачке. — Так-то, Андрей Михайлович, после ваших чудодейственных бальзамов у меня всё в порядке, но если рекомендуете для профилактики… Всё равно бросить не получается.

Самарин щёлкнул зажигалкой и показал на стол с закуской и дымящийся мангал:

— Это точно обыск?

— Точнее не бывает! Был сигнал… Так вот, был сигнал, и мы на него обязаны отреагировать. Работаем как можем, а так как мы можем хорошо, то и работаем, как видите, неплохо. — Сергей Сергеевич опять отвлёкся на непосредственное руководство группой. — Женя, я тебя умоляю, зачем тебе шампанское? Кто-нибудь, заберите у товарища майора бутылку с шампанским!

— Сложная у вас работа.