"Фантастика 2023-147. Книги 1-28
Шрифт:
– Принял.
«Мессы» – это неспроста. Надо полагать, причапали для «очистки воздуха». Это у них тактика такая – расчищать небеса от истребителей противника, чтобы те не мешали спокойно бомбить.
Стало быть, минут через десять и бомбовозы заявятся.
А вот и Днепр заблестел.
Над ним, словно мушня над вареньем, вились «Мессершмитты».
Шесть… Семь… Восемь… Десять штук.
– Группа, внимание. На два часа, двадцать градусов ниже – «худые». Атакуем!
«Мигари», как шли «этажеркой», так и пикировать стали.
«Мессеры» отвернули и, вытягиваясь в колонну пар, обошли «МиГи».
Правым разворотом с набором Иван устремился на последнюю «двойку», но «худые» резко свалились вниз, выходя из-под удара.
Ну, не хотите, как хотите.
Набирая высоту, Жилин зашел в хвост «Мессеру» с намалеванным зеленым сердечком и очередью разодрал ему оперение.
«Пущай теперь полетает, «зеленая задница»!
Бесхвостый истребитель ушел вниз, вращаясь, как семечко клена, да так и нырнул в Днепр. Пятьдесят первый, однако.
Взобравшись на высоту, Иван разглядел россыпь точек на горизонте – это шли бомбардировщики.
Ну, пока они еще подойдут…
– Командир! Два снизу!
– Ну это они зря…
«Мигарь» свалился в пике и заскользил навстречу фрицам.
Ведомый «месс» не выдержал и отвернул. Жилин достал его на ста метрах – очередь пробороздила борт, но не «убила», «ранила» только. Алхимов добавил – и загорелся «худой».
Гори, гори ясно…
У ведущего нервы были крепче. Вон, как носом заводил.
В прицел ловит, дойче швайне…
Иван дал короткую очередь и отвернул. Трассеры с «месса» прошли близко, но не задели «МиГ». Немецкому пилоту повезло куда меньше – радиаторы вдрызг, да и винт лишился лопасти, по-видимому. Вон как затрясся, вурдалак проклятый…
«Мессер» стал опрокидываться, показывая брюхо. Еще одна короткая очередь – по бензобаку. Ни вспышки, ни взрыва – робко затлел огонечек.
Жилин пронесся мимо, и лишь теперь бабахнуло.
– «Москаль», я – «Перевоз»! С запада идут две девятки «Ю-87»! Прикройте!
– Прикроем. Группа, внимание. «Лапти» с запада. Кончаем с «худыми».
– «Москаль», я – «Цагай»! Нас на подмогу выслали.
– Добро пожаловать, майор! Займитесь «лаптежниками», если не трудно.
– Добро! Я – «Цагай». Атакуем первую девятку. Бью ведущего. Вано, бей левого замыкающего, Руслан – правого. Взялись!
Сразу два «Мессершмитта» зарылись в днепровский берег, еще один потянул до дому, сея в воздухе белесую «морось» из бензина.
«Худые», что в остатке, не стали связываться и дунули в ту же сторону, обгоняя покалеченного камрада.
– Я – «Москаль»! Четверке Баукова – догнать и надавать пинделей. Но не увлекаться. Четверка Макаренко – атакуем вторую девятку «лаптежников». «Хмара», ты со мной, бьем ведущего.
– Есть!
«Юнкерсы» были уже совсем близко, когда «МиГи» накинулись на них, словно хищные кречеты на жирных гусей.
Нелепые стойки шасси, которое не убиралось, зато колеса укрывались обтекателями (за что, собственно, «Ю-87» и прозвали «лаптежниками»), да кривые, ломаные крылья не отвечали развитому эстетическому чувству.
Весь вид нагло прущих «лаптей» раздражал.
Курсовые пулеметы немецких бомбовозов тут же заработали, заплели в перекрест дымные трассы.
Жилин «перелез забор» огненного заслона, атакуя с вертикали, вколачивая очередь в кабину ведущего группы. «Юнкерс» будто просел, стрелок дал очередь, вот только не по цели, а куда-то в сторону запада, словно прощаясь с родным Фатерляндом.
Самолет командира группы скользнул на крыло и пошел к земле, где и грохнулся. Восемь бомберов, лишившись вожака, мигом потеряли строй, рассыпались, стали заворачивать прочь от Днепра. Бомбы, чтобы не мешали бегству, немецкие пилоты сбросили вниз, и те рванули на неубранном поле.
Лишь парочка «Юнкерсов» в той девятке, которую изничтожала 1-я эскадрилья, решила до конца исполнить свой долг перед рейхом – включив «певуна», они с завыванием ушли в пике.
Иван, закладывая вираж, обстрелял того «лапотника», что выл ближе к нему.
Попал.
«Юнкерс» продолжал выть, вот только выводить из пикирования было уже некому. Довыв свою привиденческую песнь, «лапоть» врезался в дно реки на мелководье, исчезая в двойной вспышке – рванули обе бомбы под крыльями.
Его напарник сбросил-таки фугаски, правда, вреда от них было мало – лишь волной качнуло понтоны, окатывая их сверху грязным душем.
– Я – «Москаль»! Бауков, как там «худые»?
– Двое ушли, командир.
– Да и черт с ними! Прекратить преследование.
– «Москаль»! А ты «эрэсами» пробовал?
– А у тебя есть? Надо было сразу, пока они кучей перли.
– Сейчас испытаю…
Юркий «МиГ», взбираясь на «горку», выпустил четыре реактивных снаряда. С замедлением на три секунды, два из них рванули выше улепетывавших «Юнкерсов», а другая парочка угодила прямо в цель, отсекая бомберу левое крыло и подрывая мотор.
– Есть!
Хватило бы и одного попадания – «лаптежник», закидывая хвост, закувыркался с высоты и ударился о землю плашмя, впечатываясь в нее крестом.
Аминь.
– Группа, внимание. Всем стать на свои места. Уходим.
В. Мельников:
«Танки «КВ» мы загнали в капониры, над уровнем земли осталась только башня, которая могла вращаться на 360 градусов. Замаскировали их хорошо. Командир роты Колобанов три танка поставил в районе Лужского шоссе, свой танк – около Войсковиц, а наш танк поставил недалеко от железной дороги. И стали мы ждать.
Лейтенант Сергеев передал, что вступил в бой с крупной группировкой, бой ведет успешно, подбили восемь танков.
Через некоторое время пошел авангард колонны: несколько мотоциклистов и бронемашин двигались по направлению к Войсковицам.
Я, будучи радистом, слышал, как комбат Шпиллер ругал Колобанова: «Что ты пропускаешь немцев?!»
А Колобанов ему даже ничего не ответил на это. Он был умный командир, знал, что сейчас пойдут танки. И действительно, вскоре они выдвинулись из-за леса. Насчитали 22 штуки.
И наводчик Андрюша Усов открыл огонь. Он с одного снаряда подбил первый танк. Тот загорелся, развернулся и запер всю колонну. Там были «Т-III», «Т-IV».
Потом Андрей подбил последний танк, тот тоже загорелся.
В общем, дорога оказалась заперта, немцам деваться было некуда. Справа болото и слева болото. И начался методичный расстрел всех танков. Немцы, конечно, открыли огонь, но они Колобанова не видели.
Потом обнаружили – было примерно 150 попаданий снарядов в его танк.
Бой закончился где-то часа через полтора. И все 22 немецких танка были подбиты!»
Глава 17
«Горбатые»
25 августа 19-я и 30-я армии ворвались в расположение немецких войск на левом крыле 8-го корпуса. Как со слезой записал в свой дневник генерал-фельдмаршал фон Бок, командующий группой армий «Центр», «161-я дивизия истекла кровью».
Прорыв на фронте 161-й дивизии оказался настолько серьезным, что «папаша Гот», временно командовавший 9-й армией, вызвал на подмогу свои последние резервы – 7-ю танковую и 14-ю моторизованную дивизии.
Контратака немецкой 7-й танковой дивизии на советскую ПТО в районе деревень Задняя и Потелица была отбита с большими потерями для немцев: на поле боя осталось около сорока танков и бронетранспортеров противника. А всего в результате двухдневных боев красноармейцы уничтожили почти сотню немецких танков.