Чтение онлайн

Не то, видимо, произошло вчера между божьим одуванчиком Кристианом (который и прятал глаза и сиял как начищенный грош) и застенчивой тихушницей Марией (она, напротив, демонстрировала прежнюю выдержку — хотя опытный взгляд Сашки уловил легкую синеву ее век под глубже запавшими глазами) "Так это ж слава богу!" — порадовался за сиятельного пацана тертый калач. И тут же обеспокоился: "Как бы она его не окрутила….". Но до завтрака поговорить по существу с принцем не удалось, а после его тотчас забрали в свою карету хищницы. Сашку же взял в оборот барон, которого продолжала грызть неясность с происхождением молодцов, на которых готовы повеситься (готовы со слов жены) его авантюрные доченьки.

Ничего существенного Алекс Чихачев барону не выдал (еду по поручению своей императрицы, о котором рассказывать не имею права), и тут разговор обрел новый поворот: фон Поттены, оказывается, родом из-под Цербста и потому барон вправе поинтересоваться, как поживает в России принцесса Софи, их любимица.

— Она теперь любимица императрицы Елизаветы Петровны, — сообщил господин Чихачев. — И очень обрусела: знает такие архаизмы, которые и я, природный русак, не вполне понимаю.

— Но почему она до сих пор не рожает детей? Прошло девять лет со дня ее свадьбы с царевичем Петром…..

— Насколько я знаю, в данное время она беременна — дай Бог, чтобы разродилась удачно….

— Got sei Dank! — перекрестился барон. — Мы так за нее переживали….

— А знаете, почему она не могла забеременеть? — спросил с ноткой приватности Сашка, которого в очередной раз кольнуло шило в задницу. — Мне рассказывали гвардейцы, знакомые с камер-юнкером Салтыковым…. Будто бы ему пожаловался сам Петр о неладах со своим членом. Салтыков посмотрел, улыбнулся и заверил, что проблема устранима посредством очень простой операции, известной каждому мальчику в странах Востока. Достал кинжал и сам же ее провел. И вот результат.

(Впрочем, сам Сашка придерживался другой версии, в которой участие Салтыкова в рождении Павла признавалась более непосредственным. Он в ней еще уверился, когда увидел в Инете портреты Салтыкова и молодого Павла, нарисованные с одного ракурса: одно лицо! Но стоило ли давать иностранцу козыри для подозрения в нелегитимности последующих императоров России?).

— То есть он сделал ему обрезание, — с неожиданной для Сашки компетенцией заключил барон. — И Софи столько лет мучилась…. Будем надеяться, что одним ребенком они теперь не ограничатся. А каково здоровье Елизаветы Петровны?

"Ах ты, жук немецкий, — восстал в Сашке реликтовый патриотизм. — По сути ведь спрашивает, когда она собирается кони кинуть и место их Софи освободить…." И мстительно ответил:

— Пока, слава богу, танцует и веселится, фаворитов год от году меняет….

Так за разговорами они и доехали до красавицы Праги, обозначившей себя издали башнями Пражского града, Тына, Королевского моста и проч. и проч. Сашка боялся, что Кристиана дамы разоблачили от "а" до "я". Ан нет: перед ужином в Тыне (самом шикарном приюте путешественников на Староместской площади) они переговорили, и студент порадовался за своего подопечного: тот не отрицал перед дамами своего герцогского сияния, но умолял не расспрашивать его и вдруг заговорил как бы в волнении на итальянском языке!

— У дам глаза не выпали? — расхохотался Алекс Чихачев. — Но скажи: ты добился близости от Мари?

— Да, — признал Кристиан, мелко-мелко кивая, и добавил: — Она ангел!

— Вне всякого сомнения, — с серьезной миной согласился Сашка. — И черт: в одном флаконе. Но черт пока прячется за спиной ангела. Только дело не в этом, а в том, что ты забыл первую заповедь сиятельного самца. Какую, не напомнишь?

Кристиан поморщил лоб, но вспомнил: — Женщин много, а я один.

— Именно так, Ваше сиятельство. Вы можете влюбляться и волочиться сколько душе угодно, но на Ваших плечах (и братьев, конечно) лежит судьба рода Веттинов — и потому Вы не имеете права на морганатический брак. Только с равной Вам по положению девой, от которой Вам непременно надо добиться рождения 1-2-3 ребятенков мужского пола.

— Но я третий сын у отца и не смогу ему наследовать….

— Ваша держава особенная, она состоит из нескольких полусамостоятельных государств, которые в любой момент могут потребовать независимости и тогда им понадобятся короли и герцоги. Не скажу о Польше (там паны сильно самостоятельные), но какого Вы мнения о Курляндии? Не желаете утвердить свое седалище на ее герцогском троне?

— Курляндия? Это где-то между Россией и Пруссией? На побережье Балтики?

— В общем да. Ее столица — Митава.

— Совершенно не прельщает. Если бы этот трон, в самом деле, был в Италии….

После ужина в высокой и просторной ресторации Тына, который сопровождался чудесной скрипичной музыкой, обе молодые пары пошли гулять по Ратушной площади и даже зашли в костел святого Николая — но торжественность интерьера их настолько подавила, что они, прочтя молитву и поставив свечки, предпочли тихо-тихо ретироваться. К Тыну они подходили, лелея известные эротические помыслы, как вдруг своих дочерей перехватил на входе герр барон. Тщетны были их мольбы, что они просто еще немного погуляют, тщетны уверения кавалеров в невинности этих прогулок — барон смотрел яростно, никому не внимал и увел дщерей в свои аппартаменты. Тут только Сашка возблагодарил судьбу в лице спонтанно бдительного отца. Более того он стал уговаривать Кристиана (и еле уговорил) покинуть Тын с раннего утра и, оставив у одного из помощников хозяина записки для скрытой передачи Марии и Розалии, переехать в другую часть Праги: Нове место или Градчаны. Что они написали в записках? Свои горячие уверения, сожаления и надежды на встречу, но долг (!) не оставляет им возможности даже краткого пребывания в Праге. А так хотелось бы вместе…. И т. п.

Около недели несостоявшийся московский архивариус и принц саксонский прожили на постоялом дворе в Градчанах. В день первый Сашка посетил банк, учел свой вексель на 200 талеров и справился заодно, нет ли на его имя писем. Услышав "нет", отправился в Гильдию ремесленников с дрезденским патентом на рессору и прочие изобретения, а закончил день у нотариуса, принявшего от него на хранение новые патентные бумаги. Вернувшись же на постой, застал Карла Кристиана в самом минорном настроении. "Эге, — смекнул Сашка, — нейдет из его головы девочка Маша…. Как же его растормошить? Попробую проверенным методом: пищей".

— Ужасно хочу есть, — признался он, совершенно не кривя душой. — Умоляю, принц, составьте компанию.

— Мне не хочется, — проронил пару слов страдалец. — Только из уважения к Вам я посижу рядом в зале, но не принуждайте меня ужинать.

Ладно, спустились в таверну, прошли в отделение для благородных господ, и Сашка заказал себе удвоенную порцию гуляша, а к нему столько же жареной новомодной картошечки. Попросил и вторую тарелку — мол, не видишь, хлапик, в одну не убирается? А к пище присовокупил две литровые кружки пива, одну из которых подвинул Кристиану — маяча, что это же не еда, а всего лишь вода! Тот посмотрел с укоризной, но промолчал; Сашка же, похерив аристократизм, набросился на пищу с волчьим аппетитом. Но вот он смолотил бывшее на тарелке, подвинул к себе пиво и с сожалением отодвинул: — Нельзя…

— Почему нельзя? — удивился Кристиан.

— По китайской традиции "фэншуй" запивать еду водой сразу нельзя — только через четверть часа. Иначе проживешь на 10 лет меньше, чем отпущено природой.

— Как Вы сказали? Фэнфуй? Но откуда у Вас такие сведения? Вы же не бывали в Китае?

— Зато там был Марко Поло, да и некоторые китайские книги я читал. Их мудрость развилась лет на тысячу раньше греческой, поэтому я склонен ей верить.

— Очень помогла им эта мудрость. Кто их только не завоевывал: гунны, монголы, а теперь вот маньчжуры….