Чтение онлайн

— Предать — неподходящее слово, — ответил мужчина. — Я работаю с тобой больше месяца, но ты хотя бы знаешь мое имя?

Лавусай рядом с Такуко пошевелилась. Ее бесстрастное лицо не изменилось, когда она возразила:

— Господину не нужно запоминать фальшивое имя, которое ты назвал во время присоединения. Позывной в досье Нового военного альянса — тоже никому не интересен. Если хочешь представиться, то назови свое прозвище из мира боевых искусств, — Лавусай на мгновение замолчала и следом резко бросила: — Клановая шавка.

Какое-то время они ехали молча. Такуко и Лавусай не пытались помешать водителю доставить их в предполагаемую ловушку. В конце концов, что-то действительно серьезное они организовать не могли. Отец Такуко — слишком большой человек в подпольном мире. Любые операции с оружием — особенно с участием недавно присоединенных людей — тщательно контролируются. У армейцев, даже бывших, есть свои каналы, но это не тот случай. Конечно, этот водитель пришел к ним работать как отставной военный, но следы обучения у одного из кланов боевых искусств были слишком заметны. Его прикрытие провалилось мгновенно. Клановые мастера любят решать все кулаками и сверхспособностями, поэтому Такуко не чувствовал угрозы. Сам он без оружия даже в туалет не выходил. Это водителю с подельниками стоит беспокоиться, а не ему.

Такуко посмотрел на черный значок «Школы» при «Деким Холле». Ему нравилось ходить в форме учебного заведения, хотя семестр еще не начался. Невзрачный на вид, но очень дорогой значок с буквой «G» говорил о том, что Такуко приняли в класс гениев. У Лавусай был похожий, но яркий и сверкающий — из золота, платины и электрона с буквами «SSS». Забавно, что дорогое украшение стоило меньше невзрачного символа на его груди.

Лавусай не может понять его план. Он видел удивление в ее глазах всякий раз, когда в течение месяца скармливал водителю кусочки информации о своих будущих действиях. Конечно, у девушки были сомнения, но она не спрашивала, полностью доверяя его суждениям и выбору. Сам же Такуко хотел узнать, к какой стороне склоняются кланы боевых искусств. Выберут они поддержку плана правительства с полным контролем над сверхъестественными силами и их распределением среди обычных людей или предпочтут все же сохранить несколько теневых каналов, поддерживая представителей подпольного мира. Кланы боевых искусств могли остаться нейтральными или занять жесткую позицию. Сегодня Такуко должен узнать их решение. Или, по крайней мере, того клана, которому служит шпионящий водитель.

— Мое прозвище — Живое Огниво, — мужчина молчал так долго, что Такуко не сразу понял, к чему тот это сказал. Боец все же отреагировал на провокацию Лавусай и представился. В этом все кланники — высокомерие и пафос.

Автомобиль начал мягко замедляться. Через лобовое стекло Такуко заметил, что они въезжают на подземную парковку. Заброшенную, судя по виду.

— Я получил знания и навыки от клана Аки, — продолжил водитель степенным голосом, будто проводил церемонию перед официальной дуэлью. — Сегодня здесь также будут присутствовать ученики школы Ароматной земли.

Автомобиль проехал еще несколько поворотов, опускаясь на один из подземных этажей. Такуко спокойно вышел из машины, Лавусай и водитель — следом.

— Я не вижу здесь никаких бойцов, — лениво заметила девушка и начала разминаться. Форма «Школы» совершенно не стесняла ее движений.

— Они уже идут, — ответил Живое Огниво. — Такуко обо всем догадался, поэтому я перестал двигаться по обходному маршруту и приехал сюда напрямик.

— Поняла, — Лавусай кивнула и с легким шагом скользнула назад на несколько метров. Фигура девушки исчезла в темноте. — Господин, я разберусь с этим гостями, как только они появятся.

— Рассчитываю на тебя, — ответил Такуко.

— Бессмысленно задерживать остальных, ведь я всё ещё здесь, — Живое Огниво сделал широкий шаг вперед и с силой опустил ногу на бетонный пол. Под громкий топот из его стопы вырвались светло-алые искры и тут же с яркой вспышкой взорвались. Нога водителя до голени покрылась слоем розоватого барьера. На кромке защиты танцевало пламя. Оно понемногу скользило по телу Живого Огнива, оставляя за собой слой защиты. От середины голени до колена, бедра. Во взгляде воина появилось высокомерие. — Мир — кресало, воля — кремень, тело — трут.

— И всё? — Такуко тихо рассмеялся. — Ты уверен, что служишь клану боевых искусств, а не кому-то из этих геймеров? Твоя манипуляция аурой так похожа на архетип игрового берсерка.

— Всё произошло от боевых искусств, — не смутился водитель. — Игры лишь имитируют их, армия — попытка научить бою тех, кто не особо талантлив, чтобы количество в строю или слаженных группах превратилось в качество. Бойцы подпольного мира? Просто кучка неудачников, которым не хватает ни таланта, ни упорства для движения по традиционному пути. Именно поэтому они используют странные препараты.

— Да, неужели? — Такуко насмешливо улыбнулся, засунул руку в пиджак и вытащил внушительных размеров пистолет. — Мой талант, как ты говоришь, проявился с рождения.

— Ты — просто мутация, — возразил Живое Огниво. — Удачное второе поколение. Твой отец использовал препарат, а мать — вышла из клана боевых искусств. Из клана Аки, которому я служу. Мне доводилось встречать её. Ты гордишься своим слабым талантом? Смешно. Это у неё был талант. Настоящий. Могущественный. Если бы она видела тебя сейчас, то…

— Заткнись! — Такуко рассердился. Он демонстративно взвел курок пистолета и снял предохранитель. Пуля уже была в патроннике.

— Хорошо, я не буду затрагивать эту тему, — водитель легко согласился, — но ты правда думаешь, что пуля может мне угрожать? Все так одержимы рангами. «Слабый», «Сильный», «Могущественный», «Сильнейший»… Многие используют их как мерило. Может для геймеров или мафиози этого и достаточно, но знаешь… вы просто забыли очевидную истину. Важна только сила, но и способ её применения, а боевые искусства — это страшно.

Водитель так резко рванул вперед, что его фигура размылась. Его глаза не успевали за движениями Живого Огнива, но он ощущал покрытую энергией ногу. Такуко бросился в сторону.

— Ха! Твоя способность — призыв «слабых» духов, — водитель смотрел со стороны, не мешая Такуко подняться после кувырка. — Бесполезная в бою, но всё же она одарила тебя повышенной чувствительностью к чужой манипуляции аурой.

Водитель атаковал агрессивно. Махал руками и ногами, но при этом совершенно не выбивался сил. Такуко уклонялся, использовал чувство энергии, чтобы защититься от выпадов. И ждал. Начинать настоящий бой ещё рано. Пусть боец почувствует своё преимущество. Дать водителю насладиться своей гордыней и высокомерием — это ли не милосердие?

Боец с лихвой оправдал своё прозвище Живое Огниво. Он часто бил по колоннам и бетонным стенам, выбивая из них крошку. В то же время он всё больше покрывался красным свечением алого барьера. Воспитанник клана Аки был так хорошо натренирован, что загоняя Такуко в угол, успевал непринужденно болтать.

— Мы находимся на пороге изменения мира. То, что ты затеял — ребячество, — Живое Огниво взмахнул ногой. Алое послесвечение было ярче любого неонового стержня. — Я не могу позволить тебе закончить задуманное. Возвращайся со мной в клан Аки.