Чтение онлайн

– Такие наработки мы делали, и готовы в течение 4-х месяцев предоставить вам образцы для испытаний.

– Спасибо, но вы опоздали. Эту работу выполнило ОКБ-500. Я привез новое задание, и если оно не будет выполнено, то извините, но я буду вынужден закрыть два неэффективных предприятия. Причем, именно, научно-исследовательские институты. Откроем их там, где сможем эффективно управлять исследованиями. Желающих получать такие зарплаты и пайки – хоть отбавляй.

– В чем оно состоит? – спросил Тиле. – Оно касается двигателей?

– Да, господин Тиле, двигателей, но об этом позже. Заканчивайте знакомство с машиной, и двинемся дальше. Я уже назвал цель моего визита.

– Генерал, а самолет осмотреть можно? Мы таких никогда не видели. Слухи ходили, что в Вунсторфе базировался полк каких-то странных машин весной 44-го, но их толком никто не видел, так как они летали только ночью.

– Да, дивизия таких самолетов базировалась под Ганновером, и входила в мою армию. На такой же машине мы выполнили последний боевой вылет в той войне. Только бортовой номер отличался: «чертова дюжина». О том, что война закончена мы узнали над Сиэтлом. Нас просили прекратить бомбардировку.

Кто-то из присутствующих немцев сказал: «Raupen» [7] . Явно это было сказано не про нас. Немцы прошли на самолет, долго и внимательно рассматривали пульт прицела, находившегося за спиной командира экипажа. Кто-то из них поинтересовался судьбой «дубль «H»», которые в Германию так и не вернулись.

– Работают под Москвой, работы у них много, так как требуется перевести управление ракетой на новую элементную базу. Ваши приборы управления значительно устарели и не соответствуют новым стандартам в СССР в отношении систем наведения и управления. Но специалисты они хорошие, сильные. В настоящее время работают в ОКБ-885 в отделе товарища Пилюгина. Вы его знаете, он здесь работал.

– Как это: устарели? – осторожно переспросил доктор Рудольф.

– Они у вас используют устаревшие электронные лампы с высоким напряжением на катодах. Мы от таких отказались еще в 38-м году. Ну, а сейчас и вовсе отказываемся от ламп в пользу других приборов, не вакуумных. Они слишком хрупкие и ненадежные.

Закончив осматривать машину выехали целой кавалькадой в соседний городок. Кстати, за оградой аэродрома, находилось достаточно большое количество людей, издали наблюдавших за происходящим. Это рядовые работники института и военнослужащие Советской армии, имеющие к нему отношение, пришли взглянуть и на новую машину, и на то, как проходит встреча «нового помела». Этот вопрос волновал многих! Жизнь и служба в Германии несколько отличалась от службы «дома». Здесь условия проживания были гораздо выше, по сравнению с разрушенными городами в СССР. И пайки были выше, для этих институтов денег и продовольствия не жалели. В этом Петр лично убедился на обеде, который обслуживало около тридцати официантов, в не слишком большом, но уютном ресторане. Говорят, что эти же люди здесь принимали всю верхушку рейха. И Болховитинов, и Гайдуков, и Тюлин, сохранили «традиции и церемонии» этого логова СС. А лагерь для заключенных – снесли. Вшей, говорят, много было, да и глаза мозолил. Там остался только камень, на котором выбиты фамилии тех, кто хотел оставить память о том, что сидел в этом лагере. Этим, видимо, два генерала и подполковник рассчитывали завоевать сердца бывших эсэсовцев.

Городок небольшой, крупных зданий всего шесть: электростанция, кислородный завод и три здания сборочного завода, разнесенных между собой, так, чтобы соблюсти маскировку. Все «ракетчики жили в городке Узедом-Норд. Неподалеку от жилого городка на 9-й испытательной площадке в лесу находилось здание самого института и циклопического размера кинотеатр, где и собрался весь коллектив. Пять ступеней вело к этому зданию. Справа и слева остались постаменты каких-то фигур, что-то из монументальной скульптуры, наверное, которую очень любил Гитлер, но самих фигур уже не было, и даже таблички были сбиты. Зал, около 1000 квадратных метров, имел хорошую акустику и аппаратуру для трансляции звука, и был разделен тремя проходами. Громкая команда «Встать! Смирно!», произнесенная по-немецки, создала неприятное ощущение между лопаток. Еще совсем недавно он видел этих людей только через коллиматорный прицел. И «товарищами» они не были. Привезенные с собой снимки и фильм, Петр через Гайдукова уже передал для оператора кинотеатра.

– А это – для особо бдительных, перевод моего доклада, согласованный с «самим». Вот, видите? – Гайдуков кивнул, и забрал несколько экземпляров, чтобы передать их полковнику Кутейникову и группе переводчиков, которые будут переводить все, что скажет Петр для советского персонала. Сам доклад был написан Петром по-немецки. Он приехал к ним, чтобы попытаться убедить их бросить валять дурочку. Впрочем, весть о том, что он сказал на аэродроме, уже разлетелась среди немцев, которые отчетливо понимали, что может последовать вслед за закрытием институтов. Работы в Германии было много только на разборе завалов и развалин в городах. И паек там был мизерный. И все зависело от выполнения неизвестного задания.

Доклад Петр начал лично с себя. Он представился, и сообщил о том, что назначен главным конструктором будущей новой ракеты.

– Немного о себе: закончил ускоренный курс высшего училища летчиков имени Сталина в 1939-м году. Имел отношение к изобретению и внедрению в радиопромышленность новых радиоламп, повышенной надежности и мощности, и созданию новейших образцов радиолокаторов, как наземных, так и воздушного базирования. В течение месяца принимал участие в боевых действиях против Финляндии, сбив лично и в группе 6 самолетов противника. Войну с Германией начал в звании старшего лейтенанта, и в должности командира звена разведывательных самолетов-истребителей в августе 1941 года. В том же месяце вступил в командование эскадрильей, созданных мной и инженером Сивковым новых истребителей «ЛаГГ-3М», с двигателем воздушного охлаждения, снятым с фронтового бомбардировщика «Су-2». Благодаря появлению этой эскадрильи под Черниговом, мы впервые заставили немецкие войска отойти и освободили город, не дав Гудериану окружить пять наших армий под Киевом. Эскадрилью переформировали в разведывательный полк, и перебросили под Ленинград. Где летчики этого полка сорвали планы группы армий «Север» взять вторую столицу России или удушить ее блокадой. Полк произвел разведку на участке прорыва и обеспечил успех операции. Затем действовал в составе Западного фронта на Московском направлении. С 4-го октября 1941 года я проводил войсковые испытания новой своей машины, созданной в конструкторском бюро «ЛаГГ» на основе моих предложений, набросков и эскизов. Машина называлась «ГГ-3С» и стала основным истребителем советских ВВС. К концу года на ней я довел свой личный счет до 48 сбитых. В следующем году принял смешанную дивизию на Крымском фронте. За половину 1942 года прибавил еще 97 сбитых, но был отозван с фронта и переведен на работу директором и главным конструктором заводов номер «30» и «381», где начали выпускать два новых истребителя, разработанных с моим участием. Это – ГС-5, совместно с товарищем Гудковым, и ПС-185, совместно с Поликарповым. Кроме того, мною был создан первый в мире самолет дальнего радиолокационного обзора – «PB4Y-1R», на базе бомбардировщиков «В-25» «Митчелл H и G» и «В-24» «Либерейтор». В том же 1942-м году под мое руководство был передан завод № 500, под Москвой, который теперь специализируется на выпуске ракет типа «Ха», зенитного и воздушного исполнения. В 1943 году получили указания начать строительство нового реактивного ракетоносца-бомбардировщика, известного сегодня как «ПС-4М», имеющего дальность 20 000 километров, с грузом 30 тонн, при крейсерской скорости 1050 километров в час. На котором я сегодня и прилетел к вам. А это – конец ноября 1943 года, мы показали эту машину главам стран, тогда «объединенных наций». Это Черчилль и Рузвельт в кабине моего самолета. Меня здесь немного видно. Это мы в воздухе над Тегераном. Вот там решалась судьба Германии. Было это на ужине в советском посольстве. Вот этот ужин, я сижу вон там на заднем плане слева. Рузвельт предложил разделить Германию на пять частей и полностью запретить ей производство стали, вооружений, танков, автомобилей и радиодеталей, так как в течение ХХ века именно Германия развязала две мировые войны. – зале возник шум, который с трудом удалось успокоить Дорнбергеру.

– У меня вопрос, господин генерал! Вы можете это доказать?

– Вас устроит подписанный всеми сторонами официальный протокол стенограммы этого дня переговоров?

– Конечно!

– Покажите снимок, а это – второй экземпляр, составленный и подписанный сторонами после ужина. И прочтите ответ товарища Сталина на это предложение.

– Господа! Здесь написано, что «гитлеры» приходят и уходят, а народ Германии остается. Речи о разделе Германии и быть не может.

– Именно поэтому мы так жестко отреагировали на нарушение «союзниками» договоренностей в Тегеране и заключение ими сепаратного соглашения с Гитлером и его «последышами». Несмотря на возникающую при этом высокую вероятность войны на два фронта для СССР. Вас эти машины не бомбили, хотя, откровенно говоря, я делал такое предложение Верховному, чтобы ускорить сдачу уже окруженного Берлина, но он запретил применение этих машин, и перебросил большую часть имеющихся ракетоносцев на Дальний Восток, где три из них приняли участие в первом и последнем боевом вылете на разведку и бомбардировку Аляски и штата Вашингтон. Получив безответные удары по собственной территории, противник понял, что эту войну он проиграл.

Что касается ваших настроений, что если бы Гитлер договорился с Западом, то вы бы смогли победить нас: не стройте иллюзий! Вы оказались не готовы к такому уровню потерь, и к такой интенсивности боевых действий. Вам вскружили голову легкие победы в Европе. Плюс вы, господа ракетчики, постарались и загрузили в голову Гитлера мысль о спасительном чудо-оружии, и, вместо того, чтобы реально оценить ситуацию, Гитлер вбухал в этот проект миллиарды марок. А эта ракета для войны абсолютно не годится. Увы! Она не обладает ни скрытностью, ни точностью. Стоит немереных денег, и уязвима на любом участке полета. Тем не менее мы нашли ей применение. Включите, пожалуйста, фильм! – последнюю фразу Петр сказал по-русски для киномеханика. Съемки проводились на полигоне № 1 в Капустином Яру. Сделаны они были таким образом, чтобы скрыть истинные размеры самой ракеты. А так как там – голая степь, то сделать это оказалось довольно просто. Стартовый стол и фермы обслуживания дети сделали очень тщательно, все было электрифицировано, и присутствующие просто обомлели, глядя на кучу абсолютно знакомых им двигателей первой ступени. Вновь возник шум в зале, возгласы, все показывают пальцем на рулевые двигатели и счетверенные камеры сгорания. Ракета поднялась, ее обхватили фермы обслуживания, началась заправка. А те, кто хоть раз видел: как заправляется жидкий кислород в ракету, тот никогда не перепутает этот процесс с другим. Зал притих, пошел обратный отсчет, камеры снимают ракету снизу, а там нет магниевого запального устройства. Опять крепкий шепот в зале, но из дюз одновременно вырывается поток пламени. Ракета «встала на хвост», разошлись удерживающие ее нижние фермы, и она пошла. Ровно, чисто и красиво. Отстрел пяти блоков первой ступени, и вспыхивает факел двигателей второй. День для пуска был выбран солнечный и безоблачный. Так как ракета очень легкая, то и пускали в ранние часы, когда ветер в степи «отдыхает». Отделение второй ступени видно, но ракета уже очень высоко! Сработала третья ступень и ракета пошла потихоньку уходить на заданную траекторию. Ее ведут и теодолиты, и радиолокаторы. Пошли доклады о пройденном расстоянии.

– Есть отделение третьей ступени. Боеголовка движется по баллистической кривой!

Когда перевалили за 270 километров, то все встали и зааплодировали! Немцы ли, русские, они все – ракетчики, и все прекрасно понимают, что произошло.

– Сработал тормозной двигатель! – доложил оператор. Немцы удивленно начали переглядываться.

– Есть выход вытяжного, есть выход стабилизирующего. Есть выход основного парашюта. Возвращаемая часть совершила мягкую посадку. Удаление 380 километров, цель № 4, отклонение – 4 километра.

Вновь аплодисменты, и только после этого Петр назвал размеры и остальные параметры ракеты. Малышка, по сравнению с гигантской «ФАУ», в 3.8 раза меньше по длине, летала дальше и точнее знаменитой «прародительницы».

– Это действующая модель будущей ракеты, предназначенной для исследования околоземного пространства и самой планеты Земля. Модель изготовлена в размере 1:10. При этом она показала феноменальную дальность полета, благодаря правильно подобранным мощностям и габаритам ступеней, из которых она состоит. Заводы комитета № 2 приступили к реализации проекта. Но, есть существенное отличие той модели, которая летала, от строящегося прототипа. У модели один турбонасос обеспечивает работу блока двигателей. Двигатели сделаны не в Германии. Немецкие аналоги имеют турбонасос на каждой камере сгорания. В результате имеется перевес в 400 килограммов сухого веса, ликвидировать который мы быстро не можем. Требуется изменить систему подачи топлива и окислителя, и поднять производительность насоса в 4 и 5 десятых раза, с тем, чтобы один турбонасос обслуживал 4 камеры сгорания, плюс две или четыре рулевых камеры. Задача ясна?