Чтение онлайн

— Служу Советскому Союзу!

— Пойдем товарищи, — он обернулся к Стаину и Ганину, — мне сегодня наркому докладывать, а у нас еще конь не валялся, — и он энергично рванул к штабу корпуса. Сашке с майором пришлось опять поспешать вслед за ним. Вот же человек, он вообще хоть что-нибудь спокойно делает?!

Весь остаток дня ушел на планирование операции. А уже рано утром следующего дня в расположение корпуса прибыла для тренировок группа майора Ганина — 28 человек, среди которых оказалось три девушки. Двое суток бойцы майора до изнеможения под руководством бойцов из взвода Тихонова отрабатывали высадку и боевое слаживание. Разведчиков корпуса было решено привлечь к операции, как резерв и прикрытие эвакуации. Технику решено было использовать тоже полностью. Сашка полетит на Ми-8, Весельская и Никифоров на привычных им «двадцатьчетверках». Их задача ждать на скрытых запасных позициях и вступить в бой в случае непредвиденных осложнений, ну и прикрытие отхода тоже на них. Пока Стаин подбирает группу Ганина с пленным оберштумбанфюрером, Никифоров с Весельской должны будут отсечь и уничтожить преследователей. Сашка предлагал потом еще пройтись штурмовым ударом по каким-нибудь стратегическим целям на территории оккупированной Белоруссии, но Сталин запретил, сказал, что риск и так слишком велик. Ну, нет, так нет. Начальству виднее.

Вылетели в ночь с 6-го на 7-е апреля. Бортстрелком с ними летела проевшая плешь командованию, медикам и даже руководству страны, но добившаяся своего настырная Воскобойникова. А в правой чашке наконец-то опять сидела полностью оправившаяся после перелома Настя, иногда счастливо поглядывающая на новенькие сержантские погоны, врученные им с Ленкой и парнями буквально за день до вылета, вместе с первыми выпускниками училища. Зинке тоже присвоили звание сержанта. Рановато, но держать их дальше в составе курсантов смысла не было, все равно они постоянно пропадали в корпусе, посещая только утренние теоретические занятия. Да и то с пятого на десятое. Выпуск прошел как-то совсем не торжественно и обыденно. Ну, оно естественно, после того, как их совсем недавно награждал сам товарищ Сталин. Девушки просто перебрались из казарм училища в казармы летного и технического состава корпуса. А их места тут же заняли прибывающие новые курсанты, только было их теперь больше, и среди них появились парни.

Никаких обмываний званий не было, в ночь надо было лететь. Те кто оставались в расположении, само собой, устроили небольшое чаепитие, но ребята в нем участия не принимали, готовясь к вылету, то есть отсыпаясь перед вылетом.

За линией фронта отвалились истребители сопровождения. Настя внимательно отслеживала точки на экране радара, но небо в этот раз было чистое. На фронте царило затишье, готовое вот-вот взорваться смертельным огнем и грохотом летней кампании 1942 года. Миновали Смоленск и, наконец, впереди замигали тусклые синие маячки посадочной площадки «Ковчега». Предупрежденные по рации их встречали.

Стоило покинуть салон вертолета, как в ноздри ударил теплый весенний воздух с запахом сосновой хвои, болота и авиационного выхлопа. Сашка глубоко вдохнул и с удовольствием до треска в позвоночнике потянулся.

— Как домой вернулся, — пробормотал он себе под нос, улыбнувшись.

— Ты что-то сказал? — тут же обернулась Настя.

— Хорошо тут, говорю, — погромче ответил ей Сашка, — воздух вкусный, лесной.

Настя пожала плечами.

— Обычный воздух. У нас в Люберцах такой же.

— Товарищи, покиньте, пожалуйста площадку, опускать будем вертолеты, — подошел к ним незнакомый парень в рабочем комбинезоне, — вход в бункер там, вас встретят и проводят — он махнул рукой в сторону строя бойцов Ганина, рядом с которыми маячили тени встречающих. Подошли Никифоров с Шадриной и Буниным, экипаж Весельской и Тихонов, бойцы которого гармонично вписались в группу майора. При этом Ленка с нетерпением вглядывалась в ночную тьму, выискивая глазами отца.

— Товарищ, — окликнул парня в спецовке Сашка, — а Волков где?

— Товарищ полковник государственной безопасности в бункере, — неодобрительно от такой фамильярности отозвался технарь, — у коменданта базы сеанс связи с Москвой.

Ага, значит, Волков уже докладывает Сталину, что они прибыли.

— Пойдем, Лен, — он дружески приобнял Ленку за плечи, — повидаетесь, успеете. Сама понимаешь, там ждать не будут. Волкова кивнула, с благодарностью посмотрев на парня блестящими влагой в темноте глазами. Прошли те времена, когда Лена от таких объятий могла и взбрыкнуть. И даже стоящий неподалеку Литвинов уже не стрелял грозно глазами на Стаина. Между ними давно все было решено, и устраивать детский цирк с конями никто не собирался. От яркого света бункера защипало глаза. Встречал их старый знакомый Кикин.

— Здравствуйте, товарищ подполковник, — с улыбкой поздоровался он, — с новым званием Вас.

— И тебя товарищ лейтенант госбезопасности, — улыбнулся в ответ Сашка. — Ты опять за встречающего?

— Мое дежурство, — развел руками Кикин, — пойдемте, покажу вам, ваши апартаменты.

— Раньше ты таких слов не знал, — усмехнулся Сашка.

— Раньше я был простой сержант госбезопасности. А теперь командир роты внутренней охраны, — важно поднял палец вверх Кикин. — Тут с нашими учеными и не такого нахватешься.

— Не связывайся с ними, — серьезно кивнул Сашка, — они хорошему не научат, — и не сдержавшись расхохотался.

— И не говорите, товарищ подполковник госбезопасности, — смеясь согласился Кикин, — вы надолго к нам? Мне на довольствие вас ставить, — пояснил он свое любопытство.

— Не знаю, не от меня зависит. Сутки точно пробудем, — днем Ганин должен был связаться с партизанами, действующими в районе Минска и договориться, когда они смогут принять вертолеты с диверсионной группой.

— Ну, вот и пришли, — сообщил лейтенант, когда они свернули в один из коридоров, — комнаты сами выбирайте, тут почти все свободные, там дальше, — он махнул рукой вглубь коридора ваши бойцы. Майор с ними остался, сказал с бойцам будет.

— Товарищ подполковник, я к своим, — тут же отозвался Тихонов.

— Давай, Леша. Как разместитесь, доложи, — махнул рукой Сашка.

— Обязательно, — и Тихонов тут же рванул в указанном лейтенантом направлении.

Едва разместились с Никифоровым в комнате, и скинули комбинезоны, оставшись в галифе и нательных рубахах, как из коридора раздался заполошный визг. Сашка с Петром тут же выскочили наружу и увидели, как Ленка висит на шее у отца, заполошно болтая разутыми ногами, на одной из которых развевается размотавшаяся портянка:

— Папка! Папочка! Как же я соскучилась! — причитала девушка, а полковник красный от смущения растерянно поглядывал на улыбающихся девушек и парней и прижимал дочь к груди, поглаживая дрожащей ладонью ее по голове.

— Сержант Волкова, почему не по уставу одеты?! — нашел выход из ситуации Владимир Викторович.

— Виновата, товарищ полковник госбезопасности! — радостно согласилась Ленка, отцепляясь от отцовской груди, — Зануда, ты папка! — она показала ему язык и скрылась у себя в комнате, крикнув на ходу: — Я сейчас!

А Волков уже повернулся к Сашке.

— Ну, привет, Александр, — он, прищурившись, оглядел парня, — скоро меня в званиях догонишь, — с ревностью констатировал полковник.

— Здравствуйте, Владимир Викторович, — Сашка пожал протянутую ему руку, — звания не самое главное. К нему бы еще знания и опыт.

— Это дело наживное, да и в порядке у тебя все с этим, — усмехнулся Волков, — повоевать уже успели? — он кивнул на комнату дочери.

— Успели, — согласился Сашка.

— Эх, не хотел я, чтоб она в армию шла. Упрямая девка, все по-своему сделает! Так это вы в радиоэфире воевали?