Чтение онлайн

Едва зашли в кабинет, маршал тут же по-хозяйски отодвинул на край стола чернильницу и, достав из планшета карту, привычным движением развернул ее, придавив края с одной стороны чернильницей, а с другой, усмехнувшись, пустым стаканом в ажурном подстаканнике:

— Значит так, товарищи командиры, — Жуков руками оперся на столешницу и оглядел выстроившихся у стола подчиненных, — успехи наших войск на севере и на юге, создали благоприятные условия для стратегического наступления на центральном участке фронта силами Калининского, Западного и Брянского фронтов. Верховным Главнокомандованием поставлена задача окружить и разгромить Смоленскую группировку немцев с выходом на линию Могилев-Орша-Витебск, — в тишине кабинета послышался тройной изумленный выдох. Задача была поставлена сложная, амбициозная, в случае успеха группа армий «Центр», фактически перестанет существовать, а если учесть недавние победы на севере и юге от перспектив захватывало дух. А Жуков продолжил: — На Смоленском и Рославльском направлениях немцами создано несколько хорошо укрепленных эшелонированных оборонительных рубежей. Поэтому принято решение фланговыми ударами обойти оборону немцев, окружив смоленскую группировку. Ваша задача, — Жуков вперил тяжелый взгляд в Маргелова потом в Стаина, — осуществить высадку десанта сюда, — маршал ткнул заскорузлым пальцем в карту западнее Смоленска, — захватить рубеж Тишино-Архиповка-Воронино и удерживать его, до захвата войсками Калининского фронта Рудни. Таким образом вы перережете немцам пути снабжения по Минскому и Витебскому шоссе и железной дорогой.

Стаин смотрел на карту, а в груди росло особое, непонятное пока даже ему самому чувство. До боли знакомые названия, сто раз облетанные места. Там в ноябре сорок первого он приял свое первое боевое крещение. И там, совсем рядом, в нескольких десятках километров вглубь лесов и болот расположен «Ковчег». Наверняка один из поводов для такой масштабной и рискованной операции. Сталин пытается использовать первую появившуюся возможность, чтобы взять под контроль территорию с базой? А не авантюрно? Но командованию видней, да и Жуков, судя по всему, уверен в успехе.

— Вы что-то хотели сказать, товарищ Стаин?

Александр неуверенно помялся, но все-таки заговорил:

— Товарищ Жуков, в Надве, — он показал в точку на карте, — у немцев сильный гарнизон. По крайней мере, был в сорок первом. Не думаю, что что-то изменилось, учитывая, что фронт вплотную приблизился к Смоленску. Да еще из Рудни могут подтянуть войска. Сомнут там ребят с двух сторон.

— Не сомнут. Во время вашего десантирования, Надву должны будут атаковать партизаны и части Вяземской воздушно-десантной бригады, действующей в тылу у немцев. Все они на время операции подчиняются вам, товарищ Маргелов, взаимодействие наладите на месте, не мне вас учить. Корпус Стаина, так же поступает в ваше оперативное подчинение.

— Есть!

— Есть! — в унисон ответили гвардии полковники.

Георгий Константинович в раздражении поджал губы. Ему не понравились сомнения юного полковника, которые, судя по мимолетным взглядам, имели место быть и у Марегелова. Тем более в чем-то они были правы. Десантникам предстоит сражаться в очень не простых условиях. На этом Жуков особо заострил внимание во время планирования операции и совещания в Ставке. Однако, Сталин заверил, что бойцов Маргелова поддержат огнем и броней. Откуда в немецком тылу возьмется наша бронетехника, Верховный уточнять не стал. На прямой вопрос Сталин лишь усмехнулся в усы и сказал, что все будет. В душе Жукова снова полыхнуло обидой и раздражением. Опять какие-то секреты! А за операцию отвечать ему. Еще и Александр влез со своими сомнениями. И что ему отвечать. Маршал слегка пристукнул кулаком по столу и решил говорить, как есть:

— Ставка обещает помочь броней. Откуда она там возьмется, я не знаю, меня в известность не ставили, — Маргелов со Стаиным кивнули, приняв сказанное к сведению. Хотя, Александр начал догадываться, откуда может взяться такая помощь. И если его догадки верны, за Василия Филипповича можно быть спокойным. А Жуков продолжил: — Здесь и здесь, — он ткну в два небольших красных кружочка в глубине лесного массива, — партизанские аэродромы. Можете учитывать их при планировании операции. Тут тебе карты в руки, — он посмотрел на Стаина. Аэродромы эти были хорошо знакомы Александру. Один из них работал по заявкам Штаба партизанского движения, а второй служил для снабжения «Ковчега». Хотя, вроде как, с лета сорок второго, когда немцы усилили борьбу с партизанами, он был законсервирован. Наверное, в Ставке, решили, что пришла пора использовать все имеющиеся козыри. Значит, Сталин больше чем на сто процентов уверен в успехе. — Все, что есть по вашему театру, пришлю с фельдъегерем вместе с картами. Вопросы есть?

— Сколько планируется нам держаться до соединения с Калининским фронтом, — тут же спросил Маргелов.

— Столько, сколько потребуется, — отрезал Жуков, — не больше трех суток. Если за это время не возьмем Рудню, уйдете в леса. Ваша задача обрубить немцам снабжение, а не геройски умереть, удерживая три никому не нужных деревни. На Перекопе держались дольше. Со связью у вас как? — он посмотрел на обоих полковников.

— Обеспечен полностью, — кивнул Стаин.

— Тоже, — кратко ответил Маргелов и добавил, грустно усмехнувшись, — мне бы так в сорок первом под Шлиссельбургом.

— Это да, — неожиданно мягко и как-то поникнув плечами согласился маршал, — Стаин, у тебя есть вопросы?

— Нет, товарищ Жуков.

— Тогда оставайтесь, договаривайтесь, планируйте. Завтра жду ваши соображения. Доберешься сам, — Жуков обратился к Маргелову, — или вон друг твой отправит на своем роскошном автомобиле. У маршала такого нет, а у него есть, — Георгий Константинович о ли осуждающие то ли восхищенно покачал головой, — Все, — он хлопнул ладонью по столу и стал сворачивать карту. Вдруг, словно что-то вспомнив, замер и, широко улыбнувшись, посмотрел на Стаина, — И да, Александр, поздравляю.

— Спасибо, товарищ маршал, — приятно удивился Стаин, вроде специально никому не сообщал о свадьбе, а смотри-ка, все знают. Не зря говорят — слухи распространяются быстрей степного пожара, — Георгий Константинович, обед уже, девушки стол накрыли.

— Некогда, Саша, — по-простому отказался Жуков, засовывая сложенную карту в планшет. Но спустя мгновение махнул рукой, — Ай, черт с вами! Подождут! Только и жену позови. Я же ее еще по Ленинграду помню. Маленькая такая. Совсем девчонка, — Георгий Константинович тепло и немножко грустно улыбнулся.

— Конечно, — расплылся в улыбке Сашка, — махнув за спиной рукой Короткову, чтоб тот бежал вперед, распорядиться на счет обеда и Насти и проконтролировать все. Не хочется ударить в грязь лицом перед будущим маршалом Победы.

Отобедав и залихватски, словно самогон, махнув за товарища Сталина, молодых и победу марочного коньяка Жуков уехал. А Маргелов со Стаиным закрылись в кабинете у Александра, в ожидании начштаба Василия Филипповича. Заодно и усугубили. Без фанатизма. Им еще работать и работать. Завтра на доклад к маршалу с уже готовыми решениями по выполнению поставленной задачи. А это дело не простое и не быстрое. Благо у Короткова нашелся набор нужных карт, можно начинать, не дожидаясь фельдъегеря.

Вязьма. Славный город. Древний. Испокон веков вместе со Смоленском стоял ты на рубеже западных границ Руси. Сколько войн прокатилось через тебя, сколько захватчиков глумилось над тобой. Ты была в центре усобицы русско-литовской войны XV века и спустя сто лет «Смутного времени», полыхала, подожженная собственными жителями, чтобы не достаться врагу во время нашествия европейских орд Наполеона. И снова с Запада к тебе пришли захватчики, оставив после своего ухода лишь руины и страшные пропитанные запахом смерти, огороженные колючей проволокой черные бараки лагерей смерти [553] . Враг в бессильной злобе сжег, что горело, а что не смог сжечь, было безжалостно взорвано. Относительно целыми остались лишь здание вокзала, да маковки Свято-Троицкого собора и храма Фомы и Лавра возвышались над разрушенным городом. В нем-то и временно разместилась временно типография фронтовой газеты «Красноармейская правда» политуправления Западного фронта. Куда и приехали Стаин с Ивелич за, как объяснил замполит, агитационным материалом. Вот этого Саша в этом времени так и не понял и не осознал. Ну, какая польза от этих агитлистовок, если они тут же после раздачи политработниками в лучшем случае пускались бойцами на самокрутки, а в худшем, не смотря на грубоватую бумагу, по еще более приземленному назначению. Но политуправление упорно печатало и раздавало листовки на радость курящим и не только курящим бойцам. Может именно в этом и заключалась тайный смысл агитационных материалов, дабы в момент наивысшего раздумья, боец приобщился к глубокой мудрости ГлавПУРа.

Стаин стоял опершись на покатый капот штабного ГАЗика и с интересом глядел по сторонам. С Ивеличем он поехал без всякой цели, просто из интереса. Полки корпуса тайно, ночью переброшены и рассредоточены по аэродромам, взятым под охрану заградотрядов НКВД [554] , вертолеты и самолеты замаскированы, личный состав изучает карты театра боевых действий, особо не отсвечивая. Десантники Маргелова так же скрытно расположились неподалеку от аэродромов и в любой момент были готовы приступить к погрузкуе. Осталось только дождаться приказа к началу десантной операции. Вот это «дождаться» и выматывало больше всего.