Чтение онлайн

Стоп, — оборвала гвалт в голове Елена, — экспедиция давно закончена, она успела и доклад сделать в СКИ. Сейчас она в отпуске. Перед мысленным взором замелькали картинки-эпизоды: Театр Теней, волшебная ночь с Мишей, полёт на Новую Европу, Буланов, возвращение на Землю, поиск инспектора Берга…

Елену обдало холодом. СБК! Они с ней что-то сделали, чтобы не совала нос не в своё дело. Она облизнула пересохшие губы и со страхом посмотрела на докторшу. Открыла рот, чтобы спросить, но тут пришли новые воспоминания: Крым, дом у моря, советник по внеземным цивилизациям, мамина комната, Диана, пикник в лесу, Брунхарты. И дальше — разговор с Ворониным, тренировочный лагерь, подготовка к полёту, старт. Значит, она вернулась и из следующей экспедиции? Но что же тогда случилось?

Пристинская напряглась, стараясь вспомнить всё до мельчайших подробностей. Планета Вашингтон. Высадка. Поездка в столицу на грязно-зелёном грузовозе с непристойными наклейками. Кофейня Эммы. Драка с местным пьянчужкой. Бегство от хулиганов. Гангстеры, перестрелка в каменном мешке. Библиотека конгресса, Луизиана, Питбуль, шериф Стюарт, опять бегство, бой в лесу, ранение Бардаша. Синий Ручей, Ледовый Барьер, домик на болоте, Елена Коцюба. Неужели это происходило в реальности? Пристинской казалось, что она смотрела боевик с лихо закрученным сюжетом… и собой в главной роли. А что было после Вашингтона? Она решила лететь на Горгону. Вдвоём с Мишей они разработали план. А потом… потом Воронин её предал. Он вернул корабль на Землю, объявив, что командир больна. Так вот почему она здесь! Но она же здорова, надо немедленно сказать об этом доктору!

«Стоп!» — снова остановила себя Елена. Воспоминания не закончились. План Воронина сорвался, так как Ленарт предупредил её. В стасис отправился навигатор, а она повела корабль на Горгону. Ей пришлось немало потрудиться, чтобы прорваться в локальное пространство звезды G00010496, но они всё-таки добрались! Что дальше? А дальше она очутилась здесь…

Пристинская с испугом посмотрела на доктора.

— Где я? Это Лунная База? Карантин?

— Совершенно верно, вы правильно догадались. Я следила, как меняется выражение вашего лица, — высокий звонкий голос докторши звучал ободряюще.

— Экспедиция закончилась? — «Дура, конечно закончилась, иначе как бы ты сюда попала!» — А где все? Где мой экипаж?

— Они прошли карантин и теперь на Земле в отпуске.

— Как это, «прошли карантин»? — не поняла Елена. — Когда они успели?

От внезапного понимания, что она потерялась во времени, по телу пробежала дрожь.

— Сколько дней прошло после возвращения экспедиции?!

— Вы, пожалуйста, не волнуйтесь! «Владимир Русанов» вернулся в локальное пространство Земли сорок три дня назад.

Пристинской показалось на секунду, что она ослышалась. Нет, доктор сказала чётко: «сорок три дня». С минуту Елена лежала молча, стараясь переварить неожиданное известие. Затем тихо спросила:

— Мне можно сесть? Неудобно лёжа с вами разговаривать.

— Если вы себя хорошо чувствуете, то почему бы и нет? Можете сесть, встать, делать всё, что вам захочется.

Елена осторожно села. Простыня тут же соскользнула, обнажила грудь. Пристинская вопросительно посмотрела на доктора.

— Где моя одежда?

— Ваша — в хранилище. А пижама в этом шкафчике.

Доктор встала, подошла к стене, нажала едва заметную кнопку. Панель бесшумно сдвинулась в сторону, открывая внутренности встроенного шкафа. Женщина взяла комплект белья с полки и подала пациентке.

Одевшись, Пристинская почувствовала себя немного увереннее.

— Доктор, что случилось? Почему меня вывели из стасиса так поздно?

Ржавикина вернулась в кресло, задумчиво посмотрела на собеседницу.

— Елена, а какие ваши последние воспоминания? Что вы делали до того, как заснули?

Последние воспоминания? Пристинская наморщила лоб. «Русанов» пробился в локальное пространство Горгоны. Но ведь это конфиденциальная информация, в отчёте сказано… Она замерла. Кажется, она не составила отчёт. Но это невозможно! Почему она ничего об этом не помнит? Что случилось на Горгоне?! Коцюба рассказывала, как у всех участников последней высадки в Кольце пропала память. А отсюда следует… На лбу выступила холодная испарина. Она вовсе не Елена Пристинская, она инопланетная подделка, двойник!

— Доктор, это место, где мы находимся… это сектор «сигма»?

— Да. Но вам не о чем беспокоиться!

— Понимаю… мне уже не о чем беспокоиться.

— Елена, вы не ответили на мой вопрос, — Ржавикина покачала головой. — Вижу, вам нужно подумать, разобраться в своих воспоминаниях. Я вас покину временно, поговорим позже. В палате вы найдёте всё необходимое. Здесь душ, туалет. Можете читать, смотреть видео, если проголодаетесь — здесь линия доставки из кафетерия. Вы меня слышите?

Елена не слышала. Она даже не заметила, как осталась в комнате одна. Мысли в голове вели сумасшедшую пляску. «Не человек», «подделка», «биоробот», «инопланетная игрушка», «лабораторная мышь», «подопытный кролик», «экспонат для Музея Миров» — самые мягкие из эпитетов, рождаемых фантазией. «Нельзя так!» — тряхнула она головой. Золотисто-песочные локоны взлетели и мягким дождём опали на лицо, плечи. «Нельзя? Нельзя-нельзя — можно! Всё можно! Кто ты такая? Елена Пристинская умерла, а ты украла её память! Но недолго тебе притворяться, учёные тебя быстро выпотрошат и чучело сделают!» Слёзы бессилья и отчаяния брызнули из глаз. Елена повалилась лицом в подушку, не в силах сдерживать накатывающую истерику. «Что же делать? Что теперь делать!?» — она уцепилась ногтями в подушку, конвульсии рыданий сотрясли тело. «Всё кончено! Лучше умереть, чем стать объектом экспериментов. Но как?!» Коцюба рассказывала, что инопланетное тело невозможно уничтожить. Значит, безропотно терпеть всё, что с ней будут проделывать?

Потом слёзы закончились, их все поглотил мягкий эластик подушки. Елена подняла голову, села. Бессильная ярость ушла заодно со слезами, уступив место опустошённости и безразличию. Пусть будет, что будет. В конце концов, Елену Пристинскую никто не заставлял соваться в пекло.

Дверь бесшумно открылась. Доктор Ржавикина вошла, улыбнулась. Это входит в её обязанности — улыбаться пациентам? Даже если они не люди. Или никто пока не знает, что она не человек?! — мелькнула спасительная мысль.

— Немножко разобрались с воспоминаниями?

— Отчасти.

— Так что вы делали перед тем как заснуть?

Что она делала? Высаживалась на Горгоне, это же очевидно! Очевидно? Пристинская постаралась вспомнить хоть что-то о высадке. В памяти мелькали кадры видеозаписей «Христофора Колумба». А её собственная экспедиция? Она сама была на планете?

Доктор Ржавикина терпеливо ждала, и Елена постаралась восстановить последовательность событий. Итак, «Русанов» вошёл в локальное пространство звезды G00010496. Настроили гипердвигатель на возвращение, весь экипаж лёг в стасис, а она повела корабль к Горгоне. Когда корабль вышел на орбиту, разбудила Воронина и, кажется, отправилась вниз, на планету. Кажется или отправилась? Странно, но Елена не могла с уверенностью ответить на этот вопрос. Даже полёт в локальном пространстве Горгоны воспринимался скорее сном, чем явью. Полностью она была уверенна лишь в том, что Манёвр Перехода они завершили успешно.

Пристинская повернула голову к собеседнице:

— Доктор, давайте вы сначала расскажите, что случилось после нашего возвращения. Почему меня так долго не выводили из стасиса?

Ржавикина вздохнула, задумчиво посмотрела на пациентку, потёрла кончик носа мизинцем.

— Боитесь о чём-то проговориться? Хорошо, думаю, хуже не будет. Когда «Владимир Русанов» вернулся в локальное пространство Земли и вышел на связь с санитарным постом, мы получили сообщение, что на борту двое пострадавших: у косморазведчика Бардаша проникающее осколочное ранение груди, а у командира Пристинской — неврологическое заболевание неизвестной природы.