Чтение онлайн

Перед тем как забраться в авиетку, Арман поинтересовалась:

— Может, сядешь за руль? Думаю, ты водишь эту штуку лучше меня. А то ребята могут попробовать перехватить нас в воздухе.

Пристинская укоризненно посмотрела на подругу.

— Ты же знаешь, у меня амнезия!

— Что, разучилась пилотировать?

— Не знаю! Я ни в чём сейчас не уверенна! Вдруг я забыла что-то важное? Я не собираюсь рисковать твоей жизнью.

— Извини, — Диана примирительно улыбнулась. — Залезай, покатаю тебя сегодня.

Советник Берг встречал их на крыльце. Как обычно в джинсах и рубашке с короткими рукавами, хоть весенний день был достаточно прохладным.

— Здравствуйте, Лена! С возвращением! — приветливо улыбаясь, советник отворил дверь. — Очень рад вас видеть. Проголодались в дороге? Пойдёмте в столовую, я там кое-что приготовил.

— Спасибо.

Она шла, оглядываясь по сторонам. Вроде бы ничего не забыла: гостиная, внутренний дворик с пальмой, ванна, столовая. На столе — банки с пивом, нарезанный хлеб, тарелки с дымящимися сосисками.

— Так-так! — Диана остановилась в дверях и, уперев руки в бока, укоризненно покачала головой. — Это называется «приготовил»! Мог бы хоть картошки нажарить или спагетти отварить!

Шутливая перебранка отца и дочери тоже как прежде. Будто лишь пару дней назад Елена закрыла калитку этого дома. Будто не было прыжка к Вашингтону, затем — к Горгоне… будто спала, а теперь проснулась.

— Представляешь, пришлось Ленку из-под носа у эсбэкашек стащить. У них и приказ есть, — принялась рассказывать Диана, едва они сели за стол.

— Я уже всё уладил. Как Янош не юлил, а пришлось ему согласиться, что это дело следует спускать на тормозах.

— Значит, дело закроют?

— Не совсем. Им же нужно соблюдать формальности. Елене придётся встретиться со следователем, ответить на некоторые вопросы. — Советник помолчал, дожёвывая сосиску и, взглянув на гостью, добавил: — Лучшим ответом будет «не помню». Мне так кажется.

— Ясно, — криво усмехнулась Пристинская. — Самое смешное, что мне и врать-то в этом не придётся. Кстати, я ещё не поблагодарила за то, что вытащили меня из карантина. Из сектора «сигма».

Берг смущённо развёл руками.

— Наверное, не сладко там было?

— Что вы, настоящий санаторий! Ешь, спи сколько хочешь, и никаких забот!

— Я понимаю ваш сарказм. Но подобраться к сектору «сигма» не так просто. И потом, до последнего времени не было уверенности, что вы не утратите память полностью.

— Вы хотите сказать, что я могла забыть всё? — Елена опустила вилку.

— Да. Вы могли разучиться не только читать и считать, но и ходить, и разговаривать. А может быть — и дышать. На счастье, обошлось. Ваш доктор настояла на применении неких… э-э-э… неапробированных лекарственных средств, и они сработали. Разумеется, от чего-то придётся отказаться. — Берг откупорил банку с пивом, пододвинул гостье: — От косморазведки.

У Пристинской спазм перехватил горло. Она не рассчитывала, что дела так плохи, Ржавикина в своих прогнозах была куда милосерднее. Выходит, не договаривала. Впрочем, обижаться на маленькую докторшу нельзя — кажется, она обязана ей жизнью.

Елена сделала несколько больших жадных глотков. Холодное пиво приглушило всколыхнувшуюся волну отчаяния. Итак, летать ей не позволят. Самое большее — лунные челноки, планетарный флот. Лучше уж на Земле сидеть. Однако киснуть по этому поводу она не собирается! Хуже нет, когда себя жалеть начинаешь.

Берг смотрел как она пьёт пиво с каким-то странным выражением на лице. Затем отодвинул пустую тарелку, поднялся из-за стола.

— Диана, убери посуду, пожалуйста, а мы с Леной поднимемся в кабинет.

Елена послушно встала, пошла следом. Вот и пришло время рассказать советнику, ради чего он гасит этот пожар. А рассказывать по большому счёту нечего. Обрывки, ускользающие образы, догадки.

Берг слушал молча, не перебивая, не задавая уточняющих вопросов. Сидел с полуопущенными веками в своём удобном кресле и, казалось, дремал. Пристинская старалась говорить не спеша, чтобы не сбиться, не пропустить что-нибудь важное. Рассказывала обо всём, что случилось с той самой минуты, когда фигурка Дианы осталась внизу, и аэротакси начало набирать высоту. Лишь когда закончила, Берг открыл глаза, пытливо посмотрел на собеседницу. Констатировал:

— Такая, значит, картина. В отчёте вашего навигатора всё описано несколько иначе. Забавный человек этот Воронин.

«Забавный»… Елена дёрнула плечом. Вспомнились бездонные серые глаза и нежные прикосновения рук. К чёрту!

— Выходит, Коцюба отдала свой дневник. Это поступок, учитывая, через что ей пришлось пройти тогда на Земле. Вы правильно догадались — дневник исчез. Ни в хранилище лунной базы, ни в вашей каюте его нет. «Русанова» проверили так, как не проверяли ни один корабль до этого.

— Получается, Воронин его забрал? Но зачем?

— Зачем… Кстати, Воронин случайно не знал об истинной цели экспедиции?

Советник спросил как бы между прочим, и Пристинская хотела сразу же отвергнуть такое предположение. Но вдруг? Она сосредоточенно наморщила лоб. Перед отлётом точно не сообщала, просто попросила довериться и помочь найти одного человека. А затем? Когда решила лететь на Горгону, рассказала или нет? Наверное нет, иначе Воронин не устроил бы тот неудавшийся бунт. Елена неуверенно пожала плечами.

— Я не помню, чтобы говорила… но ведь можно у него спросить? Потребовать объяснений!

Берг вздохнул.

— Что ж, давайте дальше разбираться. С Вашингтоном понятно, но Лена, зачем вы полетели на Горгону? Пытались выяснить, возвращалась ли ваша мама на Землю? Я очень уважаю вашу смелость и решительность, но поверьте, такие задачи с наскока не решают. Буду откровенным — предположение Коцюбы верно, феномен двойников имел место быть. Что из того? Как по-вашему, женщина, в доме которой вы ночевали на Вашингтоне, — человек? И как вы определяете, кто человек, а кто — нет? По хромосомам, что ли?

— Нет, конечно. Для того чтобы быть человеком, необходимо самому считать себя им, и чтобы другие люди воспринимали тебя так же.

— Ага, понятно. То-то мне вспомнилась охота на ведьм в средние века. Однако оставим философию на потом. Хорошо то, что хорошо заканчивается. Что бы там ни случилось, доберись вы до Горгоны, было бы куда хуже.

Елена вздрогнула. Воспоминания у неё стёрлись, но какое-то подсознательное ощущение…

— Вы уверенны, что я не была на Горгоне?

— Во всяком случае, нет ничего, что указывает на обратное. Судя по отчёту, вы заболели, когда корабль подходил к планете. Нет видеозаписей, информация в бортовом компьютере о выходе корабля на орбиту тоже отсутствует. Правда, её могли уничтожить. Или украсть. Исчезает информация из бортового компьютера, исчезают видеозаписи высадки, исчезает дневник Коцюбы. Исчезают ваши воспоминания, наконец. Да, забавный человек этот Воронин. Не доглядели мы за ним. Проворонили, извините за каламбур.