Чтение онлайн

В космопорту делегацию встречал Джеймс Корриган, что Берг также предвидел. Правда, он рассчитывал на более торжественную и официальную встречу, раз приглашение поступило от правительства Лабиринта. Но нет, так нет. Корриган был само радушие, так и светился белозубой улыбкой. А белоснежный костюм смахивающего на комбинезон покроя, и впрямь, светился неоном.

— Ба, какие люди! Я и не рассчитывал на такой бонус — заполучить самого советника Берга!

— Заполучить? Я надеялся, правительство Лабиринта наделено благоразумием. Мы прибыли по вашему приглашению ознакомиться с технологией так называемого бессмертия. Если вместо этого…

— О, нет-нет! — Корриган энергично замотал головой. — Не беспокойтесь, никаких провокаций. Лабиринт не жадный. Мы научим вас всему, что обещали, коллега.

— Коллега? — Берг удивлённо посмотрел на него. — Вы занимаетесь внеземными цивилизациями?

— Иными цивилизациями, отличными от цивилизации Лабиринта. Например, вашей, земной.

— А вы себя наследниками земной цивилизации не считаете?

— Как сказать. Тысячелетия на Земле существовали параллельно две цивилизации. Вернее, одна вмещала другую, как в русской кукле «матрёшка». Но теперь наша цивилизация стала слишком велика, чтобы умещаться внутри вашей. Пути расходятся навсегда. Кстати, — Корриган внезапно поменял тему, — у нас принято обращение на «ты». Джеймс, Рихард — так ведь лучше? Попробуем?

— Не вижу необходимости.

— Обозначаете периметр, господин советник? Как хотите. Смотрю, вы и оружие с собой прихватили.

Берг невольно покосился на бластеры в руках Шпидлы и Ламонова.

— Требуете разоружить нашу охрану?

— Я говорю о настоящем оружии, действенном, — Корриган кивнул на поджидавшую чуть осторонь Паппе.

— А, — понял Берг. — Мы учли опыт Горгоны.

— Я так и понял. Но, знаете, когда нет навыка в обращении с оружием, оно может сработать в самое неподходящее время.

Их взгляды встретились на миг. И Берг окончательно понял — Паппе брать на Лабиринт не следовало. Но менять что-либо было поздно.

Анита Ржавикина не погрешила против истины, называя предстоящее мероприятие «семинаром». Именно так это и выглядело: встреча в космопорту, размещение в гостинице, обед, открытие. Правда, местных коллег пока что видно не было, семинар открывал некто Корриган, назвавшийся вице-президентом планеты Лабиринт. Он и Дженни Рейнфорд — вот и все «аборигены», каких Анита увидела в первый день. Возможно, здесь такие правила? К тому же Корриган объявил программу семинара: день первый — ознакомление с теоретическими материалами, день второй — демонстрация процессов, день третий — нечто вроде мастер-класса, где каждому семинаристу будет предоставлена возможность соучаствовать в процессе создания клона и переносе сознания в него из тела донора. Звучало заманчиво, хотя очень смахивало на профанацию.

Зато организовали семинар весьма достойно, без всякой профанации. Номера, в которых их расселили, были хоть и не громадными по размеру, но по комфортабельности превосходили любую гостиницу, где Ржавикиной доводилось останавливаться. Главное, она получила в своё распоряжение целый гардероб одежды! Не только пижама, но и набор разноцветных удобных комбинезонов, в каких щеголяли местные, и даже вечернее платье для завершающего банкета! И, разумеется, номер был одноместным. Хотя за пять дней полёта Анита успела привыкнуть к соседке, и постоянное молчаливое присутствие той больше не раздражало. Особенно после странного эпизода, когда корабль прыгнул из одного локального пространства в другое.

Что именно произошло, Анита не смогла до конца понять, потому и рассказывать никому не собиралась. Они улеглись на койки, как того и требовало распоряжение капитана, свет в каюте потускнел, потух. Или не потух? Анита вдруг осознала, что не лежит, а сидит на кровати. И Нина сидит перед ней — читает стихи на неизвестном языке. Но Анита понимала, о чём они! Слова складывались в образы не на уровне сознания, а где-то гораздо глубже. Это была баллада о героях, отправившихся на небеса, чтобы добыть для людей небесный огонь. Кажется, боги жестоко поглумились над смельчаками… но чем закончилась история, Анита не узнала. Свет в каюте вспыхнул, и слова превратились в звуки незнакомой речи. Нина запнулась, ошарашено уставилась на соседку. Затем проворно вскарабкалась к себе, улеглась, словно пойманная на горячем школьница, пытающаяся сделать вид, что ничего не было. Ржавикина тоже прилегла. И неожиданно ощутила — щёки мокры от слёз. Она успела понять, чем закончится баллада, просто забыла, когда включился свет.

Как ни хорош был гостиничный номер, но обед его превзошёл по всем показателям. Здесь уж точно Ржавикина могла поклясться: такой вкуснятины она не пробовала никогда. Горячие и холодные супы, с полдюжины разнообразных салатов, мясной и рыбный паштеты, фруктовый пудинг, сладости. Вкусовые рецепторы взбесились и не желали определять, какое из блюд вкуснее. Маленькие глазки Хао Зэна сверкали от восторга, он впихнул в себя столько пищи, что Анита начала опасаться за его здоровье. Даже Джаеш Тхакур поддался греху чревоугодия. Таналь Кассис и вовсе выглядел полубезумным — беспорядочно зачерпывал ложкой из всех блюд подряд, отправлял в рот, смаковал и бормотал что-то на своём языке.

— Что он говорит? — не выдержав, спросила Анита у Дорадо.

— Говорит, что узнаёт вкус ингредиентов, синтезированных на его фабрике. И что не понимает, как они попали сюда.

— Дамы и господа! — восседавший во главе стола Корриган будто услышал их перешёптывание. — Смею вас уверить, все блюда на столе — нашего производства.

— Это не есть правда! — безбожно коверкая английский, выкрикнул араб. — Это есть мой!

— Да, мы украли ваши рецептуры, господин Кассис, — на голубом глазу признался Корриган. — Если у вас возникнут финансовые претензии по этому поводу, мы с удовольствием возместим вам моральные издержки.

— Не есть правда! Много людей украл рецепт! Не есть воспроизвести! Это только мой, внутри!

— Дамы и господа! — Корриган поднял палец, требуя внимания, — Прошу запомнить эту фразу господина Кассиса. Завтра мы к ней вернёмся.

— Не есть можно воспроизвести! Шайтан помогать!

Время между официальным открытием семинара и ужином отводилось на ознакомление с набором документации. Здесь всё было честно, к материалу на английском прилагался русский перевод. Ржавикина добросовестно пролистала все гигабайты. И пришла к неутешительному выводу — девяносто процентов материала было вне её компетенции. На всякий случай заглянула в английский оригинал — перевод был безупречен, но что это меняло? Разумеется, по возвращению на Землю она передаст документацию специалистам. Но скажите на милость — что она будет делать на мастер-классе послезавтра? Опозорится, да и только.

Затем она подумала о китайском астрофизике, арабском кондитере, лингвистке из Акапулько. Что поняли они в методиках наносинтеза клона, ментоскопирования, записи квантового образа сознания в нейроны мозга? И если предположить, что гений кибернетики Джаеш Тхакур разобрался с половиной изложенного, то что он будет делать со второй? Либо Корриган со товарищи решил поиздеваться над землянами, либо…

Ужин уступал обеду по изобилию, но отнюдь не по качеству и разнообразию. Правда, вели себя делегаты заметно скромнее. Вернее, озабоченнее — все пятеро были серьёзными людьми, профессионалами, все прочли предоставленную информацию. И пришли к тому же выводу, что и Ржавикина. Это несколько успокаивало. Но не радовало.

После ужина в дверь номера постучали.

— Анита, можно вас побеспокоить? — донёсся голос Берга.

— Да, пожалуйста, входите, господин советник!

К главе делегации Ржавикина относилась настороженно. Хоть и старалась не вспоминать о давней истории с косморазведчицей Пристинской, а мысли нет-нет, да и возвращались туда. Получается, никто не собирался её разыгрывать и дурачить? Всё было серьёзно — секретная миссия, покушение, советник президента. Это она выставила себя на всеобщее посмешище, такая умная, всё понимающая, великий психолог! И оттого человек, ставший невольной причиной её глупый поступков, вызывал подсознательную неприязнь. Ржавикина боролась с ней как могла. Но догадывалась — Берг всё знает, не даром постоянно водит за собой эмпатку.