Чтение онлайн

– Полундра! – вдруг белугой заорал Минору, пытаясь стряхнуть с себя десятка три юрких и очень цепких существ. Присмотревшись, Гарб с удивлением увидел в шеольном сумраке знакомые морды.

– Звоносл? – удивленно пробормотал гоблин. – Мирзиск? Зелва? Вы мне помогаете? Откуда вы тут?

– Как положено… нормальным мертвым гоблинам, мы… живем в мире духов, – ответил брату Звоносл, прерываясь на то время, пока Минору делал очередную попытку сбросить надоедливую мелюзгу.

Духи гоблинов впивались призрачными когтями и зубами глубоко в тело падшего бога, и все его попытки проваливались.

– Колдуй! Где твой посох? – прокричал Мирзиск. – Мы его так долго не удержим!

Минору принялся кататься по земле, и духам пришлось несладко, хотя хватки они не ослабили.

– Вызови его! Позови по имени! – подсказал шаману кто-то из сородичей.

– Ну, конечно! – Гарб хотел бы хлопнуть себя по лбу за то, что сам не догадался, но соль все еще сковывала ему лапы. – Гобмобом, явись на мой зов!

Чар не замедлил появиться, пускай не собственной персоной, а в виде шеольной проекции. Хоть здесь он и не разговаривал, но сразу же доказал, что все еще разумен, и двумя ударами раздолбил соль вокруг владельца. Выждав, пока Гарб поднимется, посох втиснулся шаману в ладонь и требовательно затанцевал. Гобмобом не ощущался плотным, но его осязаемость не вызывала сомнений.

– Да, дружок, – согласился гоблин. – Давай покажем ему, из чего сделаны дети Бирканитры. Услышь меня великая Праматерь…

Гимн-молитва произвел на духов поразительный эффект. Они заметно подросли, отчего Минору сразу потерял равновесие и упал, подминая под себя часть напавших призраков. Остальные принялись с остервенением рвать титана на части. Гарб подрос вместе с ними почти до шести футов. Великанская стать осталась для него в прошлом, и волшебная мантия волочилась по земле, оказавшись немного не впору.

Тело древнего конвульсивно встрепенулось, и темная вспышка расшвыряла всю гоблинскую рать в стороны. Минору поднялся и гулко заговорил. Каждое слово отзывалось в воздухе эхом, а выглядел он снова минотавром.

– Я пришел только за Каввелем, – произнес потусторонний голос с тихим шелестом, и до Гарба дошло, что слова исходят вовсе не от дракона.

Вселившаяся тень взяла верх над обессиленным и израненным титаном.

– Отдай мне предателя, и я пощажу их! Отдай мне братоубийцу! – добавил фантом в теле Минору, протягивая темные щупальца сразу ко всем сородичам Гарба.

Гоблины отчаянно заверещали, узнав отправившую их в ад тварь. Никто из них не успел избежать хватки порождения Умбры.

Шаман взглянул на друга, лежащего без сознания, перевел взгляд на вопящих от ужаса соплеменников и зарычал не хуже дракона. Посохом не дотянешься – расстояние футов тридцать. Магией бить долго и рискованно.

– Минору... аррригаурандар! – с трудом выговорил он, боясь ошибиться хоть в одном звуке.

Этого хватило, чтобы тело титана неподвижно застыло. Древний все еще сопротивлялся и охотно отозвался на свое имя.

– Пока рука смертного не остановит его, – процитировал с ухмылкой гоблин и метнул в дракона посох, как копье.

Гобмобом хоть и не был остро заточен и сбалансирован, но прилетел прямиком в лоб Минору. Теневые щупальца тут же вспыхнули яркими зелеными кострами и осыпались пеплом. Загорелось и тело дракона.

– Нет! – зарычал падший и исчез в клубах смрадного сизого дыма.

Посох самостоятельно вернулся в лапы Гарба, и шаман нежно погладил резную поверхность древесины. Гобмобом потерся о шерстку гоблина в ответ.

– Ну вот, а говорил, тобой драться нельзя, – с усмешкой произнес Гарб, пытаясь определить потери среди призрачного воинства.

Выяснилось, что никто серьезно не пострадал, и только Каввель все еще не пришел в себя.

– Стоп, какая еще рука? – запоздало удивился гобхат и недоверчиво посмотрел на свои ладони. – Лапа же!

***

Плато Тхирабшунг, разгар нападения драконов

– Так, источник запаха нашелся, – елейно произнесла Рахимана, глядя на бойню в долине впереди. – Я весьма счастлива, собрат алхаким, что ты привел нас в это место. Не кажется ли тебе, что, когда вон те милые ящерки покончат с пуутами, они еще не будут достаточно сытыми и займутся нами?

– Кажется, – смущенно буркнул Муфад'ал. – Предлагаешь поспешное тактическое отступление?

– Ты велик в своей мудрости, собрат алхаким, описывая спасительное бегство столь красивыми словами, – из-за шлема было невозможно понять, какое у серхенги в этот момент выражение лица, но произнесено все было совершенно серьезным тоном. – Прикажешь настроить портал домой?

– Если в такой ситуации ты не в состоянии принять правильное решение сама без прямого приказа, то…

– Обижаешь, повелитель, – хмыкнула дьяволица в зачарованных доспехах. – Пять попыток уже сделали, пока ты тут любовался побоищем.

Муфад'ала словно ужалил песчаный горихвост.

– П-п-попыток? – задрожала его нижняя губа.

Рахимана молча кивнула и оперлась обеими руками на длинный меч, воткнутый в каменистую почву. По оружию периодически пробегали зеленоватые всполохи, а камень возле лезвия зашипел и начал плавиться. Описание катастрофы не нуждалось в словах.

– Что мы еще можем предпринять? – робко спросил жахани.

Из-под забрала золотистого шлема не было видно лица, но серхенги позволила себе его представить и презрительно скривилась.

– Ты же алхаким этого круга, – напомнила Рахимана, пожав плечами. – Командуй. Мы готовы умереть за дело Эльжахима, но лично я предпочла бы пожить еще хотя бы пару тысяч циклов.

Муфад'ал сглотнул и затравленно посмотрел по сторонам. Темный густой лес справа казался едва ли не опасней драконов впереди и бурной реки позади. Влево уходила неширокая горная тропка, теряющаяся в туманной дымке.

– Я сгоняю туда на разведку, – махнул рукой алхаким. – Вы затаитесь здесь. Можете даже окопаться, если получится. В бой вступать только для самозащиты.

Серхенги слегка склонила голову в знак подчинения. Даже такое подобие решимости со стороны вчерашнего библиотекаря ей нравилось больше, чем его обычное поведение. Все-таки она ожидала от такого начитанного жахани большего. Хотя бы знания тактики и стратегии, что ли. Неужели он не читал учебников по военному делу?

***

Горы Твамкланг, разгар бойни

Хиенне стало хуже. Михель, позабыв обо всем на свете, усердно молился Вседержителю, стоя на коленях, но исцеление все никак не наступало. Мог ли Део отвернуться от своего служителя в наказание за нечестивый ритуал? Человек даже не желал думать о такой возможности. Не тот ли самый Создатель сам даровал ему силу на подобное? Михель продолжал неистово молиться несмотря ни на что. Или, прервался он на мгновение, это наказание за запретную любовь? Гнев потихоньку нарастал в монахе.