Чтение онлайн

Гермиона полоснула домовика проклятьем, и тот согнулся пополам.

Робби, всё это время не отрывавший взгляда от Кикимера, шарахнулся от неё в сторону и, пробормотав что-то невразумительное, снова во все глаза воззрился на злобного зеленовато-серого человечка.

– Я согласна заключить Непреложный Обет, – под протяжный стон Джинни сообщила Гермиона. – Где и когда? И помни, я хочу, чтобы Генриетта как можно скорее был со мной.

– Не торопись, дочь Тёмного Лорда, – прокряхтел старый эльф, потирая ушибленное место, – как следует обдумай свои условия. Не то начнёшь кусать локти, да время уйдёт! Сейчас половина четвёртого, солнце встаёт. В десять часов хозяин будет у тебя. Будь готова. И не вздумай швыряться проклятиями в моего господина, ведьма! – погрозил пальцем он.

– Я смотрю, у тебя проснулась нежная любовь к Гарри Поттеру! – не выдержала Джинни. – То-то ты раньше желал ему всех несчастий!

– Домовик верен своему господину! – огрызнулся эльф. – У меня хороший господин. Сильный. Он ещё всем вам покажет! – Кикимер обвёл присутствующих тусклым взглядом и блеснул глазами на Робби, после чего от души сплюнул на пол. – В десять часов, дочь Тёмного Лорда! Будь готова, – повторил эльф и щёлкнул скрюченными пальцами. В воздухе над столом появился свиток пергамента. Робби сдавленно охнул. – Там условия моего господина, – сказал Кикимер. – Обдумай свои, но не вздумай хитрить. И помни: если Тёмный Лорд пронюхает что-то, девчонка умрёт. Медленно. Со змеиным шипением!

Полетевшие из палочек обоих ведьм проклятия выбили глубокую дыру в плитняке на полу. Кикимер исчез, заливаясь злым насмешливым хохотом.

* * *

– Молчи, Робби, мне нужно подумать! – пробормотала Гермиона, в сотый раз преодолевая короткое пространство от одной стены до другой.

На улице уже совсем рассвело, и птицы громким щебетанием приветствовали яркий солнечный день. Все трое оставались на террасе дома Грэйнджеров. Робби наблюдал за постоянными перемещениями Гермионы в густом табачном дыму, а Джинни, закусив губу, что-то медленно писала шариковой ручкой в блокноте.

– Великий Мерлин, мне нужно человеческое перо! – внезапно взорвалась она, со всей силы запуская ручку в стену. Та разлетелась на куски.

– Не мешайте мне думать, – глухо попросила Гермиона, поджигая очередную сигарету.

Джинни хмуро посмотрела на неё и, вынув палочку, на глазах открывшего рот Робби, трансфигурировала полную окурков пепельницу в чернильницу с громадным гусиным пером.

– Отложенные проклятия, – остановилась на месте Гермиона. – Нужно оговорить, что на Етту не должно подействовать ничего с отсроченным эффектом. Запиши.

Она затянулась опять и снова принялась ходить по террасе. Джинни закашлялась, после чего усердно заскрипела пером.

– То есть всё, что вы оговорите, непременно сбудется? – нарушил воцарившуюся тишину Робби.

– Можно я его заколдую? – подала голос Джинни. – Просто Сонные чары. Никакого вреда.

– И ещё нужно оговорить некоторое время после заключения Обета, чтобы он не мог причинить Етте вреда уже потом, когда формально вернёт её и получит кулон, – не слушала Гермиона. Потом посмотрела на взъерошенного Робби и вздохнула. – Dormio! – велела она вполголоса, и друг детства мягко осел в кресле. – Было бы хорошо вообще оговорить безопасность Генриетты на будущее. Что он никогда больше не будет похищать её или каким-либо иным образом решать свои проблемы посредством моего ребёнка.

– На это он не согласится, – мрачно буркнула Джинни, – вот увидишь.

– Поглядим. Сколько осталось времени?

– Час.

– Думай, Вирджиния, думай! Мы не должны ничего упустить.

* * *

Когда до назначенного срока оставалось без малого десять минут, обе ведьмы перешли в просторную гостиную дома Грэйнджеров. Гермиона успела переодеться и теперь нервно теребила пальцами фестоны бежевой кофточки. Джинни ходила из стороны в сторону.

– Нужно было сообщить милорду, – опять завела она. – Случится что-то ужасное, я чувствую. Что-то пойдёт не так. Мы чего-то не учли, чего-то очень важного…

– Да замолчи ты! Без того тошно!

Цифровые часы на телевизоре показали 09:57. Гермиона закрыла глаза и глубоко вдохнула. Главное не сорваться сейчас, главное – ничем не повредить Генриетте.

Она найдёт Гарри потом. И тогда пускай молится всем богам и всем демонам разом.

10:00.

Джинни застыла в углу, Гермиона замерла у противоположной стенки. На полминуты воцарилась давящая, удушливая тишина. А потом с громким хлопком посреди комнаты появился Гарри Поттер.

При свете дня перемены, произошедшие с ним за последние годы, ещё сильнее бросались в глаза. Бледный до синевы, будто обескровленный, покрытый отвратительными шрамами и рубцами, с отрешённым взглядом выцветших зеленоватых глаз, с закреплённым на поясе мечом Гриффиндора в кожаных ножнах, Гарри напоминал мрачного демона, пришедшего из Царства Теней. Гермиона вздрогнула, увидев его снова.

Не бросив на Джинни, у которой от его вида вся кровь отхлынула от лица, даже мимолётного взгляда, Гарри Поттер пристально посмотрел на мать своей заложницы, и тень насмешки скривила его тонкие, синеватые губы.

– Где ты оставил моего ребёнка?! – с ледяной яростью спросила ведьма, стискивая кулаки так сильно, что ногти глубоко впились в ладони. – С этим убогим домовиком?! Он сумасшедший!

– Девочка с Роном, – не сводя с неё иронического и совершенно безжалостного взгляда, ответил Гарри. – Ты готова?

– Читай, – бросила Гермиона, боковым зрением отмечая гримасу, исказившую лицо Джинни при упоминании имени брата, и швырнула своему врагу под ноги блокнот с исписанным чернилами листом.

Гарри снова усмехнулся и поманил его с пола лёгким движением пальцев. Нужный лист оторвался от спирали и завис перед глазами гостя. Он быстро пробежал его взглядом и кивнул.

– Всё в порядке.

– В порядке? – скривившись, подала голос Джинни у него за спиной. – Немыслимо! В кого ты превратился?! Великий Мерлин, Гарри, посмотри на себя и подумай сам, что ты творишь! Всё это отвратительно!

– От тебя, – не поворачиваясь, перебил её гость, – нужно только скрепить Обет.

Гермиона видела, с какой смесью отвращения и ужаса Джинни посмотрела в спину того, кого когда-то любила, ради кого была готова на всё. Но она не сказала больше ни слова.

– Не будем терять времени, – выплюнула наследница Тёмного Лорда, делая шаг вперёд. – Но помни: тебе это с рук не сойдёт.

– Меньше слов, – обронил Гарри, протягивая правую руку. В левой, опущенной, он сжимал волшебную палочку.

Гермиона сделала ещё несколько шагов к нему и тоже протянула ладонь. Кожа Гарри Поттера оказалась ледяной и шершавой. Руку его, как и остальное тело, покрывали множественные шрамы – большие и маленькие, наспех залеченные небрежными чарами.

От его прикосновения грудь больно опалил серебряный кулон. Гарри сильнее сжал её пальцы, а Джинни через всю комнату подошла к ним и подняла палочку. Гарри смотрел прямо в глаза Гермионы застывшим, неподвижным взглядом.

– Ты сменила Нарекальные чары? – чуть прищуриваясь, спросил он.