Чтение онлайн

– Значит, тебя всё устраивает?

– Из двух зол выбираю то, которое известно, – отрезала Гермиона. – Любой переворот – новая война. Тебе не кажется, что магический мир устал от войн?

– Скажи, – с каким-то горьким презрением спросил Фред Уизли, – а когда в юности мы сражались вместе с Орденом Феникса против зла, где же была ты с праведными речами о том, что нужно сложить оружие, сломить волшебные палочки и, заковав себя в цепи, пойти сдаваться Волдеморту и его шакалам?! Что-то я ничего такого от тебя не слышал, Гермиона.

– Мы тогда не знали, как поведёт себя mon Pere, – упрямо заявила ведьма. – Мы ожидали террора, массовых убийств магглов и непокорных волшебников, травлю магглорожденных, страшные расправы. Тёмная Революция – лучшее, что могло случиться в сложившейся ситуации. Альтернатива ей – бесконечная и бессмысленная война.

– Или смерть Волдеморта.

– Подумай сам, ты сейчас – сейчас, когда он у власти! – можешь говорить подобное, и ничего с тобой не произойдёт. Так ли страшен чёрт, как его малевали?

– А лишь слегка завуалированные расправы Беллатрисы Лестрейндж, или, как сейчас метко выдумали, Чёрной Вдовы? А беззакония, о которых говорят полушёпотом? Шаг в сторону – расстрел. Это – ничего страшного? Говорить, может, и можно – просто все только и делают, что разговаривают…

– Но, Фред, так было всегда. Более или менее скрыто, но всегда.

– У меня такое чувство, будто я разговариваю с заведённым болванчиком, – резко оборвал рыжий волшебник. – «Лучше-лучше-лучше», – передразнил он. – О чём мы говорим? Волдеморт властвует над миром! Или мы с тобой росли в разных измерениях…

– Но ведь ты пошёл же к нему работать, – попробовала с другой стороны Гермиона. – Ты тут, так близко от него. Тебе не кажется, что это идёт в разрез с твоей принципиальной позицией?

– Находясь тут, я могу следить за тем, что происходит в этой гимназии. Чему учат детей идиотов, которые их сюда послали

– А если тут начнут учить разделывать магглов столовыми приборами, что же ты сделаешь? – раздражённо спросила наследница Тёмного Лорда. – Тебе не нравится, что все только говорят, но ты же делаешь то же самое! Ни себе, ни людям, Фред! Может, хватит играть в шпионов, если это всё равно бессмысленно? И пришло время пожить для себя?

– Я уже давно не живу для себя. У меня – ничего не осталось.

– Глупости… Фред, ну что тебе делать в гимназии? Ты же… ты же не вознамерился спасти мир и геройски прикончить mon Pere, правда? – опасливо спросила она. Фред хмыкнул.

– Смешная Гермиона, а поверишь ли ты мне, когда я скажу: «конечно, нет!», скажу это его дочери, которая его защищает? Неважно. Если бы я мог – да, да, чёрт возьми! Я бы это сделал. Но я понимаю, что это глупо сейчас.

– Так ты ждёшь подходящего момента, что ли?

– Понимай, как хочешь.

– Но ведь он никогда не наступит, – с нотками отчаяния простонала ведьма. – Хорк… – и осеклась.

– Знаю, – буркнул Фред. И, поймав её удивлённый взгляд, быстро добавил, как будто оправдываясь: – Я вступил в Орден Феникса после того, как ты пропала. Я знаю о Хоркруксах Волдеморта.

– Тогда каких моментов, химерова кладка, ты поджидаешь тут, мрачнея день ото дня?!

– Это уже моё дело. Не лезь в него. Радуйся лучше, что твоему папочке ничего не грозит.

– Фред, ты раньше таким не был, – простонала Гермиона, сжимая руками голову.

– Некоторые события меняют, – отрезал колдун. – Ты, к слову, тоже раньше такой не была. Ступай, Гермиона, ты и так пропустила ужин за беседой с сумасшедшим.

– Благо, ты и это признаёшь, – мрачно сказала колдунья на прощание и скрылась во внутреннем дворике, не заметив, как Фред гадливо сплюнул на пол перед тем, как вернуться к своим мётлам.

Преподавательница легилименции поспешила в свой кабинет – она уже должна была заставить Женевьев себя ждать. Но в коридоре гимназистки не оказалось – она пришла только через пятнадцать минут.

– Простите, пожалуйста, мадам Малфой. Я сильно задержалась – помогала завхозу мистеру Уизли разобраться со Зловонными чарами, которыми окутали гостиную Грин, Гвинбург и Фицуолтер. Их было не так-то просто снять.

– Ничего, мисс Пуанкари. Я сама сегодня припозднилась.

– Всё в порядке, мадам Малфой? – встревоженно спросила юная волшебница, приглядевшись к своей преподавательнице. – Вы выглядите озабоченно.

– Всё хорошо. Просто возникли проблемы с добрыми намерениями. Не берите в голову. Давайте-ка лучше приступим к нашим занятиям…

Приподнятое возбуждённое настроение и несколько эксцентричных поступков – две недели, разделявшие Гермиону с её местью, пролетели головокружительно быстро. В последние дни особенно сильно молодую ведьму стали терзать безумные мысли. Настолько безумные, что она сама боялась всерьёз думать об этом.

Но всё равно думала.

Ведь когда они с Тэо перенесутся в прошлое, в тот момент там Генри будет ещё жив. И если не тратить время на Малфоя, а как можно скорее доставить отравленного в больницу – можно спасти его. Можно всё изменить.

Всё изменить настолько, что её самой, её теперешней, просто не станет.

Она не сделала этого тогда; если она сделает это, будущее будет невозможно, и она никогда не вернётся в прошлое, чтобы такое с ним сотворить. Временная петля не замкнётся.

Но что будет, соверши она всё-таки это безумство?..

За такие игры со временем волшебников истребляют без суда. И иногда даже без телесных исполнителей.

Целый год в юности Гермиона аккуратно пользовалась Маховиком Времени; она выслушала и прочитала миллион правил и предупреждений, изучила массу тонкостей работы со временем и ужасающих перспектив невыполнения этих правил. Гермиона знала о возвращениях в прошлое почти всё.

Минувшее нельзя менять. Если образуется временная петля, нужно воссоздавать её в точности. Для этого желательно, чтобы два «я» никогда не встречались лицом к лицу. Скорее всего, петля замкнётся сама.

Но всё же… Всё же она знала, что могла бы сделать. И она бы смогла.

Гермиона гнала эти мысли. Да и Тэо несколько раз проводил с ней очень серьёзный разговор на эту тему.

Она смогла убедить себя, что не сделает ничего безумного в прошлом. Она смогла убедить в этом Тэо.