Чтение онлайн

Граф опустил руки.

Тишину разорвали неожиданно громкие звуки утреннего леса. Оглушительно заржал вдали Вихрь. Внизу что-то крупное глухо упало на камни.

– Мразь, – гадливо произнесла Гермиона прошлого, опуская палочку. Она всё ещё смотрела вглубь пещеры туда, где покоилось сейчас умирающее со скоростью в сорок семь минут тело Драко Малфоя.

– Старый знакомый? – спросил спокойным голосом за спиной ведьмы призрачный граф, принимая обыкновенную позу.

– Учились вместе, – в тон ему ответила Гермиона прошлого, поворачиваясь. Она резким движением стащила с пальца прoклятый ободок золотого кольца и взглядом растворила его в вечности. – Благодарю вас, Ваше Сиятельство, – произнесла колдунья, – вы, кажется, спасли мою жизнь.

– Не стоит благодарности, миледи, – поклонился ей призрак. – Я джентльмен и дворянин, пускай и убийца, – не мог же я бросить в беде благородную даму?

– Я не забуду этого, – пообещала Гермиона прошлого. – Сейчас нужно спешить – мои дела ещё не закончены. Необходимо как можно скорее доставить лорда Генри в больницу святого Мунго, в Лондон. Но я скоро вернусь. Поверьте, Ваше Сиятельство, я умею быть благодарной.

– Признателен вам, миледи, – с какой-то едва заметной печалью сказал граф Серж.

– Что вы. Пустяки, по сравнению с тем, что вы сделали для меня.

Она протянула призраку руку, и тот притронулся к ней прозрачными губами. Ведьма трансгрессировала.

– Одна минута семнадцать секунд, – громко произнесла леди Малфой и, взмахнув палочкой, по невидимым ступеням спустилась вниз к графу. Тэо последовал за ней.

– Спасибо вам, Ваше Сиятельство. Вы сделали очень большое дело, – сказал маг. А Гермиона лишь по-волчьи смотрела на распростёртую в луже шипящего синего зелья фигуру Драко Малфоя. У неё в груди просыпался дракон.

Тэо взмахнул палочкой – безвольное тело поднялось и зависло в воздухе. Ещё один лёгкий пас – и у него открылись живые, беспокойно бегающие глаза.

– Наконец-то, – страшным голосом произнесла Гермиона. Ужас, бессилие, злоба во взгляде её врага сменились непониманием. – Радуйся, Малфой! – громко сказала ведьма, не отрываясь от этих белёсых глаз. – Пять с половиной лет я ждала этой мести. Но теперь ты сполна заплатишь мне за каждую из прошедших минут. Я пришла из будущего. Взгляни, – Гермиона вытянула вперёд левую руку и улыбнулась, – это кольцо, – сказала она, – надел на мой палец твой отец через два года после смерти своего сына. Твоя убитая горем мать нашла утешение в объятиях Северуса Снейпа. Перед тобой стоит законная леди Малфой. А в твоей старой спальне в Малфой-мэнор свалены теперь сломанные игрушки моей дочери. Порадуйся напоследок тому, чего добился! Я тебя поздравляю.

Она опустила руку.

Того, что сейчас горело в живых глазах умирающего тела Драко Малфоя, нельзя передать словами. В этом пламени раскололся железный обруч Гермионы, и, вдохнув полной грудью, она выпустила наружу плотоядную улыбку хищницы.

– У нас осталось сорок четыре минуты, – объявила ведьма.

Тэо поднял палочку, и, не переставая улыбаться, Гермиона почувствовала знакомое ощущение, когда всё её тело изменялось, трансформируясь в тело свирепого волка.

Она не отрывала глаз от лица своего врага. Она купалась в его взоре.

– Пойдёмте, граф, – услышала Гермиона голос Тэо д’Эмлеса, – оставим месть той, что её заслужила.

Вскоре волчица и её жертва оказались наедине…

Как часто нам кажется, что мы готовы разорвать кого-то своими руками? На мелкие кусочки, и по капле выпить отчаяние и боль. Но смогли ли бы мы осуществить подобный порыв по-настоящему хоть раз, представься действительно такая возможность?..

Есть разные степени убийства.

Осуществлённое чужими руками, оно почти неощутимо.

Можно самолично подсыпать яд в бокал своего врага и даже с наслаждением наблюдать за его предсмертными конвульсиями. Близость делает убийство глубже, но посредник – яд – создаёт между умирающим и его палачом пропасть.

Если ты сам заносишь палочку или спускаешь курок маггловского пистолета – ты тоже совершаешь убийство. Ты видишь глаза, и это делает чужую смерть частью тебя. Но всё равно остаётся расстояние.

Можно заколоть жертву кинжалом и обагрить руки её кровью. Но между зверем в твоём сердце и смертью живого существа останется закалённая сталь. Можно задушить своими руками: но ты не увидишь крови – подлинной души смерти.

Только разрывая чужую плоть своими когтями, своими собственными зубами человек сам надевает личину Мрачного Жнеца, уподобляется хищнику. Полностью воссоединяется с роком.

То, что оставалось от тела Драко Малфоя, было живо все сорок семь выигранных графом Сержем у Смерти минут. Он не смог даже потерять сознания и на исходе последнего мига умер от заклинания Авада Кедавра…

Волчица снова стала женщиной. Она стояла в пещере над растерзанными останками и улыбалась. Кровь испачкала белую парчу мантии.

– Нам нужно возвращаться, – сказал Тэо за её спиной. – Ты удовлетворена?

– Я счастлива, – тихо ответила Гермиона.

Маг подошёл сзади и накинул на её шею цепочку Маховика Времени. Гермиона обернулась. Он, не глядя ей в глаза, перевернул песочные часы пять с половиной раз, и схваченных платиновой петлёй подхватил безумный, мчащийся вперёд вихрь. Краски и цвета, блики и пятна – всё смешалось в какой-то бесконечный поток. Но вот вновь они двое оказались на твёрдой земле в полумраке, дрожащем от света далёкого огонька где-то внизу и серого утра где-то вдалеке.

Временная петля замкнулась.

Гермиона удивлённо огляделась: они с Тэо стояли в верхней пещере у провала, из которого пробивался слабый дрожащий свет свечи.

– Это ещё что такое? – выдохнула колдунья, направляя палочку вниз. – Кто может быть здесь сейчас?! – И она, скинув с шеи цепочку, поспешно спустилась вниз.

Скудная обстановка Драко Малфоя совсем обветшала от сырости, всё вокруг покрыли плесень и мох. Но Гермионе некогда было рассматривать нижнюю пещеру, в которой она только что была пять с половиной лет назад. Она вытаращила глаза и оторопела. На тюфяке покосившейся постели, прислонившись спиной к скалистой стене, сидел неподалёку от парящей в воздухе ярко пылающей свечи Лорд Волдеморт.

– Здравствуй, Кадмина, – задумчиво сказал Тёмный Лорд, и его глаза в мерцании свечи блеснули едва различимым багрянцем. – Поздравляю тебя с воплощением давних чаяний. Я ждал этого дня много лет.

* * *

В кабинете Волдеморта жарко пылал камин.

Гермиона, в очищенной заклинанием мантии, сидела в кресле и с глубоким вниманием слушала долгий рассказ своего отца.

Рассказ поначалу почти фантастический. Здесь, в этой комнате, куда они перенеслись из далёкой России, он с невозмутимостью непогрешимой уверенности стал напоминать Гермионе многочисленные легенды о Смертоносной палочке или Жезле судьбы. Артефакте, возникающем под разными именами в различные эпохи на протяжении столетий: как правило, в руках какого-нибудь тёмного волшебника, который хвастает им направо и налево. Леди Малфой были известны эти упоминания по историческим книгам и лекциям профессора Бинса в Хогвартсе. Легендарная палочка приносила невероятную силу своему владельцу, она делала его непобедимым и неуязвимым. Многие величайшие достижения магии, знаменательные победы и деяния волшебников различных эпох приписывали этому баснословному творению.