Чтение онлайн

– Аля!
– Раздалось из-за занавески, только я опустил её.

– Чё?
– Перегнувшись через меня, Алия отодвинула шкуру, впуская рожу Жука внутрь.

Я толкнул девчонку в бок.

– Что?
– Сердито посмотрев на меня, поправилась она.

– Открой, я кашу принёс. Руки заняты.

Алия бесцеремонно протоптавшись коленями по мне, приподняла занавесь, закрепив верёвкой, и приняла от Жука две плошки:

– Ухаживаешь что ли?

– Да щас. Оруз сказал, что локоту вместе со всеми есть негоже.

– Ты смотрю и себя не забыл, - прокомментировал я третью посудину в его руках.

– Ага, - расплылся тот в улыбке, присаживаясь на край нашего топчана свесив ноги.
– Когда ещё с локотом поужинать удастся.

– Поужинать.... Хм.... Какие изречения! Раньше ты "пожрать" говорил. А отвар где?

– Позже принесу.

– Что там рупосовские?
– Понизив тон, поинтересовался я.

– Оруз сказал, что переговорит с ними.

– Аликсий!
– Раздался крик Слепого от входа в яму.
– Дома?!

– Дома он, дома, - пробурчал кто-то ему в ответ.

– Я не вовремя, - протиснувшись между топчанами, Торик, он же Слепой, откинул побольше занавесь и присел на топчан напротив.

– Да ладно. Поел уже?

– Я бы да не успел, - ухмыльнулся он.

Торик был ответственным за кухню, вернее выдачу продуктов для кухонь - готовить приходилось на такое количество народу в нескольких котлах, снятых с кораблей.

– Жук ты бы сгонял за отваром?
– предложил Торик, слегка толкнув ногой по меховому сапогу парня.

– Да чего вы затеяли! Отвар, отвар, - насупился парень.
– Дай поесть!

– Жук! Четвёртый раз за день! Не лопнешь?

– Ладно, ладно. Пошёл уже....

– В смысле четвёртый?
– поинтересовался я, когда мальчишка ушёл.

По заведённым традициям - голод всё-таки - готовили всего два раза.

– Да-а.... Жук ведь, - отмахнулся Торик.
– Я просто раз ловил его... дважды. Внушение, конечно, сделал, но думаю, не помогло. Я чего зашёл, - пересел на наш топчан Слепой.
– Санит с Долтом нервничают.

– То есть?

– Боятся, что их как наказанных....

– Санит то чего?
– слегка слукавил я.

И та и другая группы не пользовались особым уважением. И те и другие из касты надзирателей. И та и другая всего человек по двадцать. Но если санитовских всё равно побаивались, то на долтовских зуб точили многие и совсем нешуточно. Всё-таки бывшие надзиратели. Я и сам.... Не важно.

Вообще такого уж чёткого разделения не было. Но приверженцы определённых направлений были. Самыми серьёзными считались орузовские, поскольку на их стороне были корабельные, то есть Сухой.

– Хромой!..

– Ладно, не кричи на всю яму. Рассказывай дальше.

– Просили узнать, не примешь ли ты?

Я чуть плошку не выронил:

– А вот сейчас я не совсем понял.

– Ну.... К тебе хотят, - зашептал Слепой.

– Торик, ты объясни толком. Это куда ко мне?
– так же шепотом попытался я прояснить ситуацию.

– Ну... не к Орузу или Наину, а к тебе.

– Это...- дошла до меня подоплёка происходящего.
– Это вот у кого такие мысли?

– Ну... у Санита и Долта.

– Я не об этом. Я о том, что есть Наин, есть Оруз, а есть я.

– Так у всех.

– То есть?

– Ну.... Хромой! Ты вот чего словно комар до бабы. Все так говорят.

– Да что говорят то?!

– Что.... Да ну говорят и всё.

– Торик, вот!... Не зря тебя в честь топора прозвали. Ты толком объясни!

– Ну, раз ты сейчас локот, то Наин и Оруз захотят тоже стать.

– Так они же меня и поставили!

– Они, не они, а захотят. Кому ж локотом неохота быть?

– Хрень какая-то.... Мне как-то надо подумать.

– У меня там котлы надо проследить, чтобы вычистили. Ты мне толком скажи, что Саниту и Долту передать.

– Передай, что сам переговорю с ними.

– Ведьма ты у меня, - произнёс я присевшей в позе йоги за моей спиной девчонке, когда ушёл Торик - волны магии от её рук растекались по спине, даря расслабление и спокойствие.

– Кто такая ведьма?

– Волшебница. Магичка.

– Пф.... Это я и так знаю.

Вообще жизнь с Алиёй была в бытовом плане мёдом. Собственно именно из-за неё, наше скромное жилище было всю зиму отгорожено от остальных шкурами и тяжёлыми занавесками (с императорского утащили). Все пытались впустить к себе тепло от трёх раскиданных по яме печек, мы же грелись исключительно магией, которую Алия выпускала почти постоянно.

– А почему Оруз и Наин захотят стать локотами?
– Острый подбородок Алии упёрся в ямочку у ключицы.

– Прекрати.
– Убрал я плечо.

Она переложила голову чтобы не давить.

– Не знаю, - ответил я.
– Ещё не факт что захотят. Хотя могут....

– И что? Они убьют нас?

Сложность общения с Алиёй заключалась в том, что ей нельзя соврать. Алия по природе своей определяла, когда её обманывают.

А самое интересное, что я постепенно тоже начал ощущать, если мне лгут. Не уверен на все сто... Да и не всегда это действует... Но иногда... Нет, лампочки перед глазами нет. Только вот словно обухом по голове: "врёт собеседник". Просто возникает некая... неприязнь что ли... к человеку, который не совсем хорошо к тебе относится или обманывает. Обычно такое состояние у меня было с утра до обеда. Видимо за ночь магия Алии накапливалась во мне. По крайней мере, для себя я обосновал так.

Думаете, чудесное приобретение? Я имею в виду "детектор лжи". Безусловно, плюсы есть. Огромные. Как и минусы. А ведь люди врут! Причём регулярно. Знаете ли, слышать: "доброго утра, Хромой" и понимать, что человек то готов плюнуть тебе в спину, не самое приятное. И при этом тот же человек, скажем в полдень, мог предложить тебе вполне естественно отвару.

Тяжело. Правда, тяжело. Я вообще не сразу понял причину постоянной раздражённости. Потом уже, как-то разговорились с Алиёй и до меня допёрло: её магия потихоньку впитывается в меня!

– Зачем им это? Нет.

Алия слегка толкнула меня в спину.

– Не знаю Аль, - исправился я.

– Давай поговорим с ними.

– Я думаю, что и они сейчас не знают.

– Это как?

– Мысли людей меняются со временем. Сейчас они не хотят быть локотами, а завтра захотят.

– Ну чего снова закрылись?!
– раздался голос Жука за меховым пологом.
– Я отвар принёс!

– Амм! Хо!
– Проснулся я уже почти ночью от рыка Нумона.

Вот ещё одна выбешивающая привычка Алии. Она могла в любой момент усыпить меня. Буквально одним движением. Причём пользовалась этим регулярно, когда считала, что я устал. Бесило! Жуть как! Но она только улыбалась.