Чтение онлайн

Поток поздравлений (и подарков) закончился, лишь когда я покинул главный корпус МехМашИна.

Мы с Котовой задержались около вновь появившейся в апреле около института пивной бочки — Лена носовым платком стёрла с моих щёк разноцветные следы от губной помады.

Двадцатого числа я всем повторял, что не праздную свой день рождения в этот день. Для чёткого понимания моей логики сообщал: в один день со мной родился Адольф Гитлер. Пояснял, что опечален этим фактом. Говорил, что лучше уж «гульнуть» двадцать второго апреля. Ведь двадцать второго родился не только мой младший брат Кирилл, но и Владимир Ильич Ленин (об этом событии напоминали развешенные по институту плакаты).

Мои слова нашли понимание у студентов — в субботу вечером я преспокойно поехал к Светочке.

Пивом для подаривших мне рыбу соседей я проставился в воскресенье. Вместе с нами дегустировали «Жигулёвское» Паша Мраморов и Вова Красильников. Кир и Артурчик в этот вечер гуляли по городу со своими подружками.

А в понедельник утром (после пробежки) я подарил Кириллу магнитофон.

Мой младший брат больше минуты недоверчиво смотрел на картонную коробку с надписью «ВЕСНА. Кассетный малогабаритный магнитофон». Затем всё же подцепил пальцем крышку, аккуратно отложил её в сторону. Задержав дыхание, уставился на упакованное в коричневый кожаный футляр чудо советской техники (отчасти скопированное с голландского магнитофона Philips EL-3300).

Кирилл дрожащими от волнения руками вынул аппарат из коробки. Положил рядом с ним на кровать аудиокассеты, набор коммуникативных шнуров, выпрямитель электричества, набор запасных пассиков, микрофон с подставкой. Нервно закусил губу, будто сапёр перед разминированием незнакомого устройства; посмотрел на меня.

— Серый, — сказал он, — ты с ума сошёл? Сколько ж это всё стоило?

Я похлопал Кирилла по плечу, улыбнулся и сказал:

— С днём рождения, братишка.

Магнитофон «Десна» на всё утро завладел мыслями моего младшего брата. Поэтому Кир словно и не заметил, что поздравляли его сегодня не столь активно, как позавчера меня. Он получил подарки от Котовой, Рауде и Тороповой. Красильников и Мраморов пожали ему утром руку, похлопали по плечу. Девчонки в институте дарили моему брату открытки. Но собранная Киром к концу сегодняшнего дня коллекция поздравительных посланий была раз в пять жиже той стопки, которую Котова позавчера сложила из полученных мною открыток (Лена её оставила на тумбе около моей кровати).

Двадцать второго апреля я профинансировал поход в кафе «Весна». Отправились мы туда после занятий в институте. Нарядились, словно для похода на торжественный приём в Государственный Кремлёвский Дворец: даже я надел подаренный братом галстук.

Праздновали мы день рождения Кирилла относительно небольшой компанией. Помимо Кира с Ингой и Артурчика с Наташей, я пригласил в кафе Котову и Свету Миккоеву, Мраморова, Красильникова и их приятеля шахматиста (он весь вечер засматривался на Миккоеву).

Мы сдвинули столики. Пили шампанское, ели десерты и мороженное. Сегодня я впервые танцевал с Котовой — сжимал руками её талию, смотрел Лене в глаза. Вдыхал аромат её волос и духов. Ощущал на своём лице тепло её дыхания.

После медленного танца я наблюдал за тем, как Лена плясала под ритмичную музыку вместе с подругами. Признал, что она не напрасно с малых лет занималась хореографией. Рядом с ней на танцплощадке даже Рауде казалась неуклюжей.

В застольных беседах молодёжи я сегодня не участвовал: любимые темы для разговоров советской молодёжи у меня вызывали скуку и приступы зевоты. На вопросы отвечал короткими фразами. Изредка выполнял функции судьи в затянувшихся спорах.

Наблюдал за комсомольцами и комсомолками. Особое внимание уделил сегодня Котовой. Потому что заметил: в кафе поведение Лены напомнило мне о Маргарите Лаврентьевне Рамазановой — я невольно удивился этому открытию.

Присмотрелся к Котовой и понял: сегодня она была не строгой Бригадиршей, не прилежной студенткой и не боевой подругой — её сегодняшние повадки годились для образа светской львицы (как раз и навеявшего мне воспоминания о Марго).

Мы возвращались вечером в общежитие — Лена держала меня под руку.

Я спросил:

— Котова, почему ты не поступила в театральный институт? Ты хорошо танцуешь и поёшь, легко меняешь поведение в зависимости от ситуации и обстановки. Ты прирождённая актриса. Зачем тебе МехМашИн? Твоё место на сцене.

Лена прижалась к моему плечу.

— После того случая с самолётом… — произнесла она, — ты помнишь. Столько всего мы потеряли в тот день. Даже мой письменный стол превратился в щепки. На жизнь в столице у меня попросту не оказалось денег.

Котова посмотрела мне в лицо и сообщила:

— Стыдно сказать, но я этому безденежью даже обрадовалась. Ведь я трусиха. Всегда такой была. Только удачно это от всех скрывала. Папа рассказал мне о Москве. Я поняла, что буду там совсем одна. Даже без Наташки.

Котова усмехнулась, вздохнула.

— Поступление в театральный отменилось, когда я поняла: денег на учёбу и жизнь в столице у меня нет. Мои страхи перед поездкой в Москву закончились. Родители довольны, что я осталась. Да я ни о чём и не жалею… теперь.

Я заглянул в глаза Котовой, покачал головой.

Сказал:

— Лена, у тебя актёрский талант. Точно тебе говорю. Даже я едва не поверил в то, что тебе нравится учёба в МехМашИне.

В конце апреля староста и комсорг нашей группы озвучили предупреждения и угрозы в адрес тех, кто не пойдёт на первомайскую демонстрацию. Пообещали, что лишат «непослушных» стипендии и пропесочат на комсомольском собрании. Андрей Межуев и Инга Рауде грозили нам сейчас теми же карательными санкциями за «неявку», которыми пугали студентов и в прошлой моей жизни. Я не выудил из памяти сведения о том, воплотили ли они свои угрозы в жизнь «тогда». Даже не вспомнил, были ли в прошлой реальности «провинившиеся»: меня тогда подобные вопросы не интересовали.

Не озадачился я подобной проблемой и сейчас. Ещё тридцатого апреля заявил своему младшему брату и Котовой, что на первомайскую демонстрацию они пойдут без меня.

— Чёрный, — сказал Кирилл, — хочешь, чтобы Инге из-за тебя влетело?

— Поедешь к своей официантке? — спросила Лена.

Я усмехнулся и ответил:

— Не угадали, ребятки. Завтра у меня важная встреча. Вопрос жизни и смерти.

Я не вспомнил, чтобы о прыгнувшей с Калининского моста женщине упоминали, пока я шёл в составе колонны от нашего института (в прошлый раз: в «том» тысяча девятьсот семьдесят четвёртом году) на праздновании Дня международной солидарности трудящихся. Артурчик рассказывал, что Первомайская Джульетта упала с моста уже во время демонстрации. Её падение, по словам Прохорова, видели рыбачившие на берегу реки Волчья мальчишки — они попытались её спасти, но не смогли. От этой информации я и отталкивался, когда подгадывал время своей поездки к Калининскому мосту. Учитывал и тот факт, что первого мая автомобильного движения на проспекте Мира не будет, а салоны трамваев заполнятся спешащими к местам сборов своих колонн советскими гражданами.