Чтение онлайн

— Так — нет. Первый раз, честно… Я что, действительно тебя не слышал?

— Да. Что это?

— Ната, что-то грядет… Что-то очень серьезное. Раньше я мог заметить опасность, примерно понимая, чего ожидать. Но это…

— Что, Дар? — Ната чуть ли не плача смотрела мне в глаза.

— Не знаю… Я ничего не понимаю. Посмотри на собаку — Угар никуда не стремится больше. Он сидит и ждет… Он знает — то, что будет, будет таким большим, таким огромным, что от него никуда не убежать и не спрятаться. И это не ливень. Наточка… Я не знаю.

Она неожиданно скривила лицо…

— Ты что?

— Ты… Угар. Вы оба стали чужие. А я — одна. Случайно попавшая… Вы пугаете меня! И ты… Ты бы видел свои глаза, когда рванулся к вожаку! Они стали, как…

— Глаза? Ната, что ты… — я крепко ее обнял. — Чего ты испугалась? Я прежний, прежний Дар. И мы с тобой…

Протяжный вой собаки прервал мои слова. Угар вытянулся в струну, выпуская предчувствие чего-то страшного… Все замерло — ни единого шороха не раздавалось возле нас, и мы слышали собственное дыхание! Я схватил Нату за плечо. Девушка вырвалась, испуганно отбегая от нас с собакой — и не видя, что позади нее начинается крутой откос!

— Стой!

Я скорее рявкнул, чем нормально произнес это слово. Ната еще больше попятилась. А в следующую секунду раздался грохот — и будто само небо упало вместе с ним на землю!

Ната широко раскрыла рот, но я ничего не слышал, оглохнув от неимоверного раската! Она нелепо взмахнула руками и вдруг, покачнувшись, стала падать вниз — с откоса в реку. Угар, сбив меня с ног, одним прыжком оказался на краю и, клацнув зубами, успел ухватить девушку за ремни мешка. Она уже скрылась за обрывом, а пес, упираясь лапами и скользя вслед за ней, пытался удержать их обоих от падения. Я кинулся к ним, одновременно выхватывая из-за плеча топор. Одной рукой схватил собаку за заднюю лапу, а второй вбил топор в землю — это было единственное, что еще можно было придумать в эти секунды! Слишком большой вес собаки не давал возможности вытащить их наверх — я мог только сдерживать их падение, скользя рукой по топорищу. Лапа собаки выскользнула из моей руки. Угар сразу съехал еще на полметра ниже. Он продолжал удерживать Нату за ремни, но и сам через мгновение упал вместе с ней в реку. Я закричал, позабыв, что при таком грохоте никто не может меня услышать, и ни секунды не колеблясь, прыгнул вслед за ними. Ледяная вода на миг ошеломила меня. Я судорожно бил руками, пытаясь вынырнуть на поверхность и наконец, увидел перед собой черный бок собаки. Угар продолжал держать Нату, не выпуская ремней из пасти. Я схватился за его шерсть, придерживая одной рукой спадавший мешок. Нас несло течением, ударяя о попавшие в водовороты коряги и бревна. Одно такое оказалось совсем близко — я ухватился за него, подтягивая к себе собаку вместе с девушкой. Борьба с волнами продолжалась около нескольких минут — за это время нас отнесло от места падения на пару сотен метров. Неожиданно Угар, до того придерживающийся лапами за ствол, сильно оттолкнулся…

— Куда?

Угар плыл в сторону берега, унося с собой Нату. Из-за сильной волны я не мог их видеть и терялся в мыслях, не зная, что предпринять. Через минуту Угар вернулся — уже без Наты.

— Угар!

Я обезумел — где девушка? Пес рванул меня зубами за ремень и оторвал от бревна, за которое я продолжал держаться. Он плыл, широко загребая лапами, и тащил меня за собой. Я не мог даже помочь ему, захлебываясь от попадающей в рот воды. Пес вырвался на скользкий берег и уронил меня рядом с Натой…

Отдышавшись, бросился к ней. Девушка была без сознания — вероятно, расшиблась при падении, либо успела наглотаться воды. Рядом с нами, всего в нескольких метрах, в кустарник ударила молния! Запахло жженым, по телу пронеслась холодная волна: мы были на совершенно открытом пространстве, и следующая молния могла попасть прямо в нас! Я поднял Нату на руки, бросив ее поклажу собаке.

— За мной! — я не сомневался, что умный пес догадается, что от него требуется. Молнии с неба стали сыпаться, как град — одна за другой. Каждый удар грома сопровождался огненной вспышкой, и было непонятно, почему до сих пор не начался дождь. Одна молния врезалась в откос, на котором мы только что находились, и часть его, отколовшись от остального холма, стала с грохотом сползать вниз, в беснующуюся реку. Нам нужно было немедленно где-то укрыться! Угар потянул меня за собой — он обнаружил чью-то нору. В этот миг я даже не подумал, что там может оказаться кто-либо, кто не захочет делиться с нами своим убежищем. Я швырнул в отверстие мешки, затем вполз сам и протащил следом девушку. Угар замыкал наш отряд, закрыв собой сразу весь проход. Ната не приходила в себя, я положил ее голову на колени. Снаружи бушевал настоящий обстрел — глаза даже заболели от постоянных вспышек молний, вонзающихся в землю. Грохот стоял такой, что звук орудийного выстрела на этом фоне мог бы показаться лишь шепотом… Холод, усталость, нервное напряжение — все сказалось сразу. Я прикрыл глаза, желая хоть немного отдохнуть, и не заметил, как уснул…

— Дар… Дар?

Моя рука потянулась к ножу. Ната, быстро прижав меня к земле, прошептала:

— Я тебя теперь на расстоянии будить буду!

Она укоризненно улыбнулась. Я опомнился…

— Прости, солнышко…

— А что случилось? Почему так темно? Дар, я помню, что падала в воду? Где мы?

— Ага. Падала. — Я искал фляжку, так как у меня зуб на зуб не попадал… — А мы с Угаром, как истинные герои, прыгнули следом…

Она с сомнением посмотрела на собаку, потом на меня и покачала головой.

— Нет… там же высоко! Я помню!

— Угар успел тебя схватить, — я старался унять дрожь, которую выстукивали зубы. — А потом я поймал его за лапу. Не романтично, но действенно. Правда, пришлось искупаться, так как я вас не удержал. Мы выбрались и нашли вот эту дыру. А в ней мы потому, что наверху идет такая свистопляска, что черту…

— ?

— Молнии, Ната. Без всяких шуток.

— Бедняга… — она положила мне ладонь на лоб. — По-моему, давно уже все тихо. Она пошарила рукой в мешке и протянула мне фляжку.

— Пей!

Ната только охнула, видя, какие глотки я делаю…

— Все, все! Хватит! Тут два стакана!

— Да? А я — ни в глазу…

Коньяк или растирания Наты, но через несколько минут моя дрожь стала утихать. Ната выглянула наверх: гром еще продолжался, но молнии больше не сверкали. Зато начался давно ожидаемый дождь. Идти в такую погоду было бы неразумно.

— Останемся здесь…

Только ближе к ночи дождь стал стихать, и мы увидели, что небо немного прояснилось. Это уже была настоящая ночь: с просвечивающими сквозь остатки туч звездами… Промокшие, продрогшие, усталые и измученные, мы встали возле норы, наблюдая за ночным небом. Все переменилось — земля поменяла свой облик, создав новые реки и горы, взамен исчезнувших. Но звезды — они остались прежними. Тускло сияющие в непостижимых далях, равнодушно смотрящие на нас сверху вниз… Где-то в стороне от вершин виднеющихся теперь скал притулилась огромная луна — мы даже забыли, как она выглядит! Ночное светило стало намного ближе, ярче — или нам, отвыкшим от ее присутствия, так казалось? А теперь, будто слегка размытая по хмурому ночному небу, она отражала свет, падающий на эту степь, позволяя увидеть очень отчетливо настороженность пса, впервые в жизни видевшего это явление, и широко раскрытые глаза Наты…

— Жизнь возвращается, Ната!

Ната прильнула ко мне и уже сама повторила:

— Да… Жизнь возвращается. Но есть ли в ней место для нас?

Я не отвечал, надолго задумавшись, что пришлось нам преодолеть для того, чтобы стоять сейчас вот так, на берегу полноводной реки, наблюдая за звездным небом…

— Есть. И как мне кажется — не только для нас

Мы обнялись и уже вместе, не сговариваясь, стали смотреть в сторону юга, откуда неслись стремительные волны… Там, где вдалеке смыкались в темноте скалы и воды Синей реки, нас ожидал ответ на пока еще не выясненный вопрос: есть ли там те, к кому мы стремились и кого столько искали… Есть ли там такие же, как мы — живые, не превратившиеся в зверей, не потерявшие надежды и человеческого облика — есть ли там Люди? И узнать это мы могли, только продолжив наш поход…

На этом заканчиваются мои воспоминания о той поре, когда я, вначале один, а потом вместе с девушкой, учился жить в этом мире. О поре, когда нас было только двое, а жизнь и смерть каждого зачастую зависела только от того, кто был рядом.

Мы многому научились. Научились спать на голой земле, часами выслеживать зверя, обходиться самым малым, а главное — научились быть вместе. Но ни я, ни Ната, не могли даже представить, что нас ожидало за таинственной каменной грядой…

Это было -

Возвращение к Людям

Весь вечер и почти всю ночь, затмив едва показавшиеся на смутном небосводе, холодные звезды, на землю падал дождь. Стылые капли вонзались в такую же стылую почву, на выступающих кое-где камнях играли блики, а поникшие к поверхности травы стлались влажным и бесконечным ковром. На другой день, дикое, непривычное и оттого немного страшное, солнце залило степи, осветив пространство до самых скал. Все наши предыдущие походы ни шли, ни в какое сравнение с тем, что предстояло выполнить сейчас. Впереди ждала неизвестность…