Чтение онлайн

— Едва ли…

Я недобро усмехнулся. Так или иначе — а какая разница, как? — люди Грева сунулись туда, куда соваться не стоило бы. Именно там и росли губительные для всего живого, эти кровожадные растения-вампиры… То, что живокорни нашли свои жертвы, мы услышали буквально через пару минут. Крики ужаса и удары топоров, которыми попавшие в жуткую ловушку уголовники, пытались освободиться от страшных, узловатых щупалец, перекрыли весь остальной шум. Встревоженные этим, прекратили перестрелку и те, кто закрыл нам спуск обратно. Но та группа, которую Грев послал на скалы, продолжала свой подъем и вскоре должна была засыпать нас камнями и стрелами сверху. Допустить этого нельзя ни в коем случае!

Я не успел отдать приказание… Ната и Ульдэ, ни боявшаяся, ни черта, а тем более высоты, как ящерицы взбирались по почти отвесным камням. Нам оставалось лишь прикрыть их от стрел, что мы и сделали, стреляя на любое движение снизу. Крики продолжались — третий отряд увяз в борьбе с растениями, и, похоже, победу в этой схватке одерживали далеко не люди… Тем временем, девушки достигли вершины и сразу развернулись лицом к противоположной стороне, туда, откуда должны появиться враги. Вскоре мы услышали, а затем и увидели, несущую смерть, работу новых амазонок! Два вскрика, два тяжелых удара о камни — два трупа, пробитые стрелами девушек упали возле наших ног. Еще два крика — и еще один слетел вниз, при падении расколовший череп вдребезги. На вершине стихло — урок пошел впрок, и остальная свора не рисковала подставлять свою шкуру под меткие выстрелы. Вместо этого они тоже стали осыпать девушек стрелами из арбалетов. Соотношение не в пользу Наты и Ульдэ — не менее семи-восьми уголовников против двоих. Но помочь им мы были не в силах — обстрел снизу возобновился с новой силой. Правильно посчитав, что, Грев, либо, выпутается сам, либо позовет, если что, оставленный им арьергард стал понемногу продвигаться вперед, вынуждая нас отступать выше на камни. Положение становилось угрожающим… Послышался треск и грохот, а затем Стопарь грузно осел на землю — упавший сверху камень точно попал ему на голову. Я похолодел — возле лежащего ничком кузнеца стало расплываться темно-красное пятно. Еще один камень разлетелся на несколько осколков возле меня самого. А после этого наверху послышался торжествующий крик:

— Кранты фраерам! Мочи ряженых!

Еще несколько камней упало возле нас, едва не сбив с ног Черепа, в тот момент искавшего себе цель. Он отскочил назад и схватился за руку.

— Что?

— Цела… — Он поморщился. — Но лук сломали, сволочи!

Второй валун с грохотом упал возле наших ног, а вслед за ним послышался дикий торжествующий клич!

— Аи!

Внизу одновременно закричало несколько человек, и среди возгласов мы узнали боевой крик индейца!

— Аи!

Сея смерть, Сова, Зорька и Бугай практически в упор всадили свои стрелы в спины не ожидавших нападения бандитов, а пока те оборачивались к новым противникам, проломили томагавками головы еще двоих. Но несколько оставшихся в живых вовсе не собирались поднимать руки… Свора бандитов кинулась в рукопашную. Я вскочил и ринулся вниз, на помощь Сове. Остальные так же бросились за мной. Камни, брошенные на наши головы, не успели достичь цели. Я, Череп и Бен с ходу вломились в гущу уголовников — в ход пошел и меч, и палица Бена, и два томагавка спецназовца…

— Сука! Глаз! Она мне глаз выбила!

Мельком я увидел, как кто-то бросил копье и прижал ладони к залитому кровью лицу. Но лучше бы он нашел иное время для зализывания своих ран — Зорька, стоявшая чуть в стороне от свалки, побледневшая от ненависти, уже вновь спускала тетиву…

— Аа…хха… — Жуткий хрип и бульканье вырвалось из пробитого стрелой горла, а затем бандит тяжело осел по стволу вниз, и на этот раз его ладони уже не тянулись ни к выбитому первой стрелой глазу, ни к смертельной ране…

— Готов! — Сова яростно усмехнулся, откидывая от себя труп поверженного следопыта. — Этот скальп — твой! Белая Сова может гордиться своей скво!

Бандиты поняли, что мы, пользуясь своим преимуществом, в итоге просто перебьем их всех, одного за другим, и ринулись скопом к выходу из завала.

— Бей!

Стрелы и дротики полетели им вслед, но, уже наученные горьким опытом, люди Грева ловко уклонялись, не подставляясь понапрасну. Навстречу бежавшим спускались другие, уже покинувшие скалы. Положение могло ухудшиться в любую минуту — достаточно Греву, или любому иному вожаку, развернуть эту стаю в цепь и бросить их на нас по верху оврага. Я понял это, едва старший из черных бросил в сторону руин тяжелый и безжалостный взгляд.

— Уходим!

Сова, не мешкая, подхватил Зорьку, пытавшуюся выбрать очередную жертву, Череп проделал то же самое с Элиной, а Ната уже скользнула невидимой змейкой вглубь шипастых и острых кустов гигантских роз. Бугай, как пушинку, вскинул оглушенного отца на спину. Вслед нам просвистело несколько запоздалых стрел, пущенных из арбалетов и луков, но ни одна из них не достигла своей цели. Грев потерял не менее пятнадцати человек, а у нас — никто не убит! Никто! Но ранены — многие…

— Славная охота!

Сова, довольно усмехаясь, протирал свой нож травой.

— Считаешь?

Череп не разделял его восторга, но индеец и не думал спорить.

— Да! — он просто не замечал усмешки изувеченного спецназовца. — Моя скво сегодня открыла собственный счет! Теперь не только твои жены могут похвастаться скальпами наших врагов!

— Нужен мне этот скальп. — Элина пригладила волосы, выбившиеся, из-под туго смотанного на голове, платка. — Тоже, еще… Украшение.

Оставив вновь соединившийся отряд, мы с Совой спешно вернулись назад — посмотреть, чем занимается вожак бандитов. Грев, как бы там ни было, в панику не впал. Он быстро собрал всех уцелевших, пересчитал, убедился, что основной костяк сохранился и их, по-прежнему, больше чем нас. Правда, из проводников четверо уже никогда не смогут стать на наш след — они остались лежать среди камней. Но и одного, оставшегося от этой короткой схватки, достаточно, чтобы опять броситься за нами вдогонку. Я помрачнел:

— Отстреливаться нечем. Все, что у нас было — осталось там. Только у твоей Зорьки еще найдется пара стрел… И это — все.

— Это не конец, мой брат.

— Нет. Но и второго боя на наших условиях он не допустит. Мы вышли в степи — здесь уже не спрячешься. Нужно снова идти к Исполинам и уходить в сторону Синей реки. Силы на стычку у него есть, а на охват, по всей Низине — нет. После таких потерь, одна надежда — Грев повернет к озерному поселку.

— Да. — Сова согласно кивнул. — Придется опять мерить ногами прерии…

В Низинах к нам присоединился Чер. Вымотанный и измученный, едва держащийся на ногах, он, тем не менее, уклонившись от объятий, сразу подошел ко мне.

— Как Бес? Где его люди?

— Пропали. Я шел за ним по всему Предгорью. Они миновали все, знакомые мне ущелья, а потом направились к осыпи, впадающей в Синюю, и там затерялись среди падающих камней. Я следил, пока мог. Они не стали поворачивать к форту. А дальше начался камнепад…

— Думаешь, погибли?

Чер пожал плечами:

— Мертвых я не видел… но и живых — тоже.

Остервеневший от неудачи, Грев-Грива гнал нас по Низинам до самой границы прерий, после чего резко повернул к поселку — для пополнения сильно поредевших рядов своего отряда. Это был не Бес, с его амбициями на лидерство — Сыч совершенно безбоязненно мог добавить к формированию своего дружка еще несколько десятков боевиков. При таком раскладе, наша участь могла стать незавидной… Однако, до поселка не близко — время, чтобы передохнуть и подлечить раны, есть. Обнадеживало и то, что бандиты до сих пор плохо ориентировались в крае, где мы исходили вдоль и поперек все тропы. Не осталось у них и проводников — Ганс, предводитель желтошкурых, потерял всех своих дружков и уже не мог успеть везде.

Стопарь, оклемавшись после падения глыбы на свою голову, хмуро смотрел на ноги — старику, при всем его могучем здоровье, все сложнее стало совершать марш броски по разнотравью. Нам, привыкшим за прежние месяцы, к подобным длительным переходам во время частых охот, все же было немного легче. К тому же — я отправил Салли и Бена к Старе! — цыганка поставит их на ноги быстрее, пользуясь своими снадобьями для лечения полученных ран. И, отпуская женщину и мулата, я благодарил небо, что у них именно такие раны! Стрелы, попавшие в них, все-таки не раздробили кости — а если бы это были пули? На самом деле, и у нас, и у наших врагов вооружение являлось практически одинаковым, с той лишь разницей, что своим мы выучились пользоваться гораздо лучше. Но и у нас оно отнюдь не являлось огнестрельным. Мы не раз слышали, о якобы имеющихся у Сыча и ближайших к нему, главарей, пистолетах и даже короткоствольных автоматах — но, ни в одной из предшествующих стычек, оно ничем себя не проявляло. Я больше был склонен доверять рассказу отпущенного нами в самом начале, зэка, об отсутствии оного. Будь иначе — мы потерпели бы поражение уже при первых мало-мальски значительных столкновениях. Зэки не располагали настоящим оружием, ходили с самодельными арбалетами, или луками, сильно уступавшим нашим, по дальнобойности и мощности. Тем не менее, это обстоятельство не сильно выручало — противник значительно превосходил числом, а упорства и злобы ему не занимать. Единственная возможность ограничить свободу передвижения уголовников по прерии, заключалась в засадах и молниеносных отходах. Имея только луки, мы и не могли поступать, по-другому. Вступать в рукопашную, против врага, при соотношении почти всегда, семь-восемь на одного, следовало только в самых исключительных случаях. Стычка в городе убедила в этом самых сомневающихся. Враг тоже это знал — и напротив, стремился к ближнему бою. Ну, а мы, уклонялись…