Чтение онлайн

Раздался всхлип, а затем стон. По песку, прямо на нас, сползло то, что осталось от боевиков заслона. Ната изменилась в лице, а Элина не смогла сдержать тошноты…

— Пошли отсюда.

Чер, весь бледный, выбрался на взгорок, и уже оттуда, посмотрев вокруг, сказал:

— Никого… Оно всех… Подымайтесь.

Когда девушки взобрались на вершину, я, несколько задержавшись, вытащил нож. Враги, еще живые, но уже смертельно ужаленные жутким ядом кислотного облака, практически полупереваренные этим неимоверным монстром, одними глазами молили о помощи. Кричать они не могли — взвесь выела у многих лица, на которых исчезла кожа, а рты оголились, оставив на обозрение окровавленные челюсти без языков…

— Дар, ты что там? Времени нет!

— Сейчас…

То, что я собирался сделать, не являлось пощадой. Скорее — милостью, к врагу, павшему не от нашей руки. И я чувствовал, что должен ее оказать — в отличие от того, что совершал до сих пор, когда они попадали к нам во время схваток в прерии…

Наше возвращение многие посчитали чудом. Салли, наивная в своей простоте и вере в человеческие чувства, даже искренне хотела идти и просить Сыча, чтобы он отдам им наши тела — для похорон. Сова и Череп едва отговорили ее от столь опрометчивого шага. Это касалось не столько нас, сколько понимания того, что никакого сочувствия у вожака банды она не найдет. Салли, в лучшем случае ожидала смерть — если быстро! В худшем — долгое и мучительное издевательство, насилие, которое закончилось бы все равно первым, но со всеми возможными ухищрениями, для продления страданий. Впрочем, иностранке было сложно понять особенности местного криминалитета — и Черепу пришлось даже прикрикнуть, чтобы ее удержать…

Долго отдыхать не пришлось. Переведя дух и подлечив раны, мы вновь стали нападать на фуражиров банды, вынуждая зэков довольствоваться скудными запасами, уже хранящимися в озерном селении. Но я видел — силы людей полностью иссякли! Не могло всего несколько человек противостоять целой орде наглых и безжалостных захватчиков. Вернее, могли… Но как? Больше полугода мы практически постоянно жили на ногах — а враг имел возможность сменять свои отряды, высылаемые для нашей поимки. Что до ожидаемой помощи — ее так не дождались. Долина давно замерла, выжидая, когда кто-то из сторон порвет друг другу глотку…

Рано или поздно ошибка должна была случиться. Устав от жуткого перенапряжения, я велел всем отойти в прерии, ближе к границам Низин — местности, где опасное соседство диких зверей лишь усугубляло наше положение. Но там существовала небольшая надежда на несколько спокойных дней — враг не решался заходить столь далеко от своих лагерей. Надежда не оправдалась. Грива-Грев, выследив с помощью мужчин из Озерного (да, нашлись и такие!) наше месторасположение, убедил Сыча выступить всей оравой — и теперь банда практически охватила нас со всех сторон. Так и не успокоившись от прежнего позора, он вел свою свору упорно и зло, в твердой решимости настичь и перебить тех, кто до сих пор имел наглость уцелеть от его отборных бойцов.

Мы отступали к Синей реке. Попытка оторваться, затаиться в зарослях, успеха не имела — Грев, наученный горьким опытом, прочесывал все шаг за шагом, при малейшем подозрении, или сближении, просто засыпая все стрелами. К прочему, Сыч послал гонцов в Клан — вожак решил собрать в кулак все свои силы! Череп, попытавшийся их перехватить, получил нож в бок (даже его таланта не могло хватить при схватке сразу с семью бандитами!) и чудом остался жив. В итоге, еще один отряд врага, пришедший из Предгорий, свежий и отдохнувший, практически сразу отрезал нам дорогу на юг. Другой — просочившийся в Черный лес, как я полагал, для того чтобы выйти к форту, получив сигнал, вернулся и оттеснил нас от спасительных деревьев. Все вместе, они уверенно загоняли крохотную горстку охотников и женщин в угол — к обрывистым берегам у больших сопок. Там, с неимоверным трудом, успев продраться сквозь колючие заросли, мы спустились к предательским зыбунам и, с огромным трудом преодолев без потерь плывуны, еще два дня бежали к далеким вершинам виднеющихся скал. Враг преследовал по пятам, превосходя как числом, так и желанием наконец-то расправиться с осточертевшим противником. И, беря во внимание все сопутствующие условия — возможность у Сыча сейчас для этого имелась самая подходящая. Кольцо сжималось…

Мы отступали к Каменным Исполинам. Остановившись в раздумье, возле прохода в скалы, я вопросительно взглянул на индейца. Тот, поняв без слов, отрицательно мотнул головой.

— Нет. Сова вчера видел воронов в небе — черные вестники лишь кружат над головой, и не делают попытки напасть. Ты сам знаешь — эти птицы слишком умны, и не станут рисковать понапрасну.

— Считаешь, на той стороне — засада?

— Следов не видно. Мой брат может увести туда людей, но он не знает, что сейчас происходит по ту сторону камней. Но у врага тоже есть опыт. Если мы сунемся туда — на выходе всех перебьют стрелами.

— Хао. Оставим это.

Мы устало повернули назад. Преследователи загнали нас в самое гиблое место Низин — чего я так опасался. Вокруг простирались обширные луга, слишком красивые, чтобы казаться ловушкой — но, из-за своей открытости, именно таковыми и являющиеся. Люди тихо переговаривались промеж собой…

— Они сожгут форт. Если уже не сожгли. Туча и мальчик, возможно, уже мертвы.

— Дар! — Череп, чья выносливость стала уже легендой, возник, как привидение, из-за высоких трав. Спецназовец получил в схватках столько ран, что никто не понимал, как он, до сих пор, держится на ногах. Вот и сейчас, кривясь от боли и держась за кровоточащий бок, мужчина указал на кустарник, метрах в ста позади:

— Их семь, или восемь. Зашли вперед остальных — или, авангард, или хотят первыми добраться до наших шкур. Прикончим этих — другие слегка умерят свой пыл!

— Чем? — Я угрюмо смотрел на практически пустой колчан. — В схватку вступать — крики и шум, привлечем внимание. Да и не хочу я ввязываться в рукопашную…

— Придется. — Сова поддержал охотника. — Мой брат жалеет людей — это право и обязанность вождя. Но воин должен думать о битвах и победе — иного выхода в войне нет.

— В войне? — взглянув на покрывшееся морщинами и многодневной щетиной, лицо индейца, я сдержал рвущиеся слова… Я не хотел этой войны. Но и остаться в стороне, позволив ублюдкам в черных куртках вершить произвол в прерии, тоже не мог. Была ли в том вина моего названного брата?

…Местность, выбранная для засады и уничтожения передовой части банды, находилась совсем рядом — в паре часов нашего, «волчьего» шага. Что до бандитов — они так споро идти по пескам и травам не привыкли, и это давало нам фору примерно на еще час-полтора. Достаточно, чтобы приготовиться и встретить их достойно… Пытаясь заманить преследователей, мы углублялись в прерии все дальше и дальше, вступая в те края, где хозяевами являлись стаи одичавших собак и страшных, перерожденных волков. Череп и Сова все чаще отходили от отряда, забегая вперед и в стороны, разведывая прилегающую территорию, а Шейла, памятуя о проводниках, чьими услугами пользовались уголовники, внимательно оглядывалась по сторонам. Ната, вспомнив наше столкновение с гигантской змеей, оглядывалась, пожалуй, чаще прочих. Все, посвященные в схватку с чудовищем, так же были настороже. Внезапно я ощутил знакомый и стремительно надвигающийся холодок — чувство, предупреждавшее об опасности! Более того — на этот раз оно стало осознанным… Я уже понимал, что это!

— В кустах!

Взволнованный оклик Черепа мгновенно заставил отряд замереть на месте.

— Впереди!

Он указывал на колышущиеся ветви, усеянные колючими и мясистыми плодами неизвестного нам растения. В высоких травах, почти вдвое превышавших человеческий рост, и где ветер едва мог пробиться сквозь их мощные и густые кроны, было совершенно тихо. И шум, производимый нашими шагами, вряд ли был слышен далее, чем на десяток шагов — его почти полностью скрадывал влажный мох. В таких условиях это шевеление являлось более чем подозрительным! Мы, не сговариваясь, вскинули луки.

— Стой.

Невесть откуда взявшаяся Ульдэ, остановила готовые слететь с тетивы стрелы. Она осторожно и медленно приблизилась к внушавшим опасение зарослям. Зорька закусила губы, сдерживая готовый вырваться крик, рядом нею сразу встала Ната…

— Неа… Уарр!

Этот, ни на что не похожий крик и дикий, грозный рык, вырвавшийся из зарослей, заставил Ульдэ броситься в сторону. Пять или шесть стрел, одновременно, впились в густую листву — что бы там ни было, хоть одна, но должна найти цель! Но, готовые уже встретить неведомую опасность, мы недоуменно смотрели друг на друга и на ветви кустарника, сквозь которые кто-то, или что-то, очень быстро продирался, прочь, от нашей кампании. Череп, возбужденный и стремящийся встретить врага ударом копья, ринулся было вслед, но был остановлен более хладнокровным Стопарем.