Чтение онлайн

— Ната, опомнись… — я нахмурился. — О чем ты? Обвиняешь свою подругу в трусости?

— Я знаю, что она смелее прочих! — Ната поджала губы, тон голоса стал жестче. — И не обвиняю ее в этом. Но вспомни нас! Когда мы, не смотря ни на какую численность бандитов, спасли ее саму! В горах!

— Я помню. И то, что только чудом остались живы, в той безумной свалке — тоже.

— Хочешь сказать, не дрогни у тебя рука, которой натягивал тетиву — и мы бы просто продолжали смотреть? — Ната мгновенно стала какой-то чужой, отчего мне стало не по себе…

— Ничего я не хочу сказать. Хотя, нет… хочу. Что происходит с вами? То ты срываешься на Линку, то она огрызается на каждое твое слово. Что случилось? И почему я про это ничего не знаю?

— Ты просто не хочешь знать.

— Ната?

Она мотнула головой и отошла прочь, не желая продолжать разговор. Я услышал шорох за спиной — Лада, вытирая слезы, выходила наружу.

— Как ты? — вопрос был довольно глупый, но я не нашел ничего умнее…

— Нормально. Жалко, что не смогу похоронить, как положено. Но, с этим уже ничего не изменить.

— С этим нужно кончать. Это опасно, Лада. Лес — не место для гуляний. Хоть волки и собаки предпочитают прерии, но, среди этих чащоб встречаются существа ничуть не лучше — рысь, или даже кабан. А что такое новый кабан, ты и без меня хорошо знаешь.

— Да, встречались… — Лада спокойно кивнула. — Отец забил однажды одного секача.

— Забил? — у меня округлились глаза, и Лада слегка улыбнулась.

— Нет, не подумай… Тот провалился в расщелину — тут много таких, после землетрясения. Ну и… очень удачно для нас. Осталось лишь добить. Отец с братьями его потом кусками прямо на месте разделывал — нам мяса на несколько недель хватило. А после стало тухнуть… Хранить ведь негде.

— Несколько недель — это тоже срок. Как удалось?

— Здесь есть ледник, — Лада сделала неопределенный жест, в сторону леса. — Вернее, пещера. Мы нашли, когда от дождя прятались. Если поглубже зайти — холодно, даже в меховой шубе. Но настоящего льда нет. Почему так — не знаю. Но мы пользовались… Вот там мясо и хранили. Отец говорил — вроде как сквозняк очень сильный, пронизывающий… может, потому и холод такой.

— Интересно… — я первый раз слышал о пещере-холодильнике, в наших условиях, когда хранение продуктов становилось довольно сложной задачей, это был прекрасный способ для создания еще одного схрона — к тем пяти, что уже были созданы как в самом форте, так и в нескольких иных, никому не известных местах. И чем эта пещера хуже?

— Покажешь?

— Я плохо помню… — Лада неуверенно пожала плечами. — Сама ходила туда два раза. Вот, если бы Соня — она чаще меня по лесу бродила с братьями, лучше все знала. А я — домоседка…

— Ну, может, попробуешь? — мне уже не терпелось разыскать эту пещеру и своими глазами увидеть своеобразное хранилище. Мясо, не мясо — но для всевозможных солений, а также многих других «сокровищ», которые не следовало держать в одном складе, оно вполне могло сгодиться.

— Хорошо. Я постараюсь, — Лада вздохнула. — Не обещаю, что смогу… все сильно изменилось.

— Попытка — не пытка. Не получится — значит, не свезло. А найдем — ты нам всем сильно поможешь. Ну, так как, идем?

— А Ната? С нами? — Лада указала на мою юную подругу, все еще стоявшую поодаль.

— Разумеется.

— А он… Пленник? И этот — из поселка?

Я посмотрел на парня. Безучастный ко всему, он так и сидел на пне, подперев подбородок обоими руками и смотря в одну точку перед собой…

— Останутся здесь! — мне не хотелось, чтобы о пещере, как о возможном месте хранения нашего добра, знал кто-то, кому это знание явно ни к чему. Тем более — тех, которых и так все сторонились…

— Одни? Сам говоришь — рыси водятся…

— Оружие у них есть. Рясоносец далеко не столь безобиден, как кажется. А твой напарник… Если не струсит — отобьется. А нет… жалеть никто не будет.

— Жестокий ты… Дар, — Лада перестала улыбаться. — Ему и так досталось.

— Я знаю, кем он был в Клане. Хоть он и не убивал, но все его считают таким же бандитом, как и тех, против кого мы воевали. Если не хуже… отношение людей к опущенным, оно… — я запнулся, не зная, как ей объяснить прописные истины. Но Лада подняла глаза — и я умолк. Столько в них было страдания и боли… не своей, а какой-то иной, отчего мне сразу стало стыдно.

— Прости. Я, возможно, ляпнул лишнего. Да и Нате обещал, вернуть ему…

— Свободу?

— Свободу? Да он и не пленник, если не слышала. Волен уйти — когда захочет. Только он не захочет.

— Понимаю. Идти ведь, некуда…

— Я обещал вернуть ему человеческое достоинство. Но, то одно, то другое…

Лада укоризненно заломила руки на груди:

— Он — человек, Дар. Как ты, как я, как все мы. Не его вина, что с ним так обошлись. А жить, с этим — это не жизнь. Мне… — она запнулась на миг, но, собравшись с духом, продолжила. — Мне, как знаешь, тоже досталось. И, если бы не ты и Сова — я уже была там… с отцом, братьями и Соней. Потому что, жить с этим — очень трудно, Дар. Но я — девушка… Женщина. А он — мужчина. Для него, оказаться в такой роли — не только унижение, это, вообще — приговор. Ты истребил банду и тем освободил его. Но свобода, без признания его, как человека — та же тюрьма. Помоги ему!

Я должен был ее ругать, может, даже сурово наказать — но, вместо этого, просто промолчал… Да, Лада поставила нас всех в сложное положение, своей выходкой, плюс — потворство Наты, знавшей об этом и не сказавшей мне ни слова. А я, так называемый «вождь», ни о чем не догадывался и лишь случайно все узнал. И теперь еще чувствовал себя виноватым…

— Кидай головню, Лада. Пора…

Обещание, данное сразу двум женщинам, следовало выполнить. И, как только я получил трепку от Стопаря — кузнец, нисколько не стесняясь, покрыл нас всех трехэтажным матом! — объявил о будущих состязаниях. Услышав такое, наш фермер потерял дар речи и вовсе ушел — он был в несказанной обиде, что никто не поставил его в известность о длительности нашего отсутствия. Его можно было понять — столько людей шлялись, невесть где, а в форте должны не спать ночами, тревожась, что и как… Мало того — Элина, метая искры из глаз, так хлопнула шкурой у нас перед домом, что ни я, ни Ната, не решались войти первыми. Вздохнув, я нагнулся и сделал шаг — девушка сидела у очага и просто плакала…

— Прости нас…

— Да идите вы, оба…

Примирение далось с трудом и совсем не так, как хотелось — меня Элина еще могла понять, а вот поступок Наты, словно это не жена вождя, а взбалмошная девчонка — нет! И трещина меж ними, и без того мне не понятная, увеличилась еще больше…

«Игры» назначались на следующую неделю. И, к моему изумлению, участвовать в них нашлось очень много желающих. Леший, которому принесли эту весть бродячие охотники прерий, кто-то из озерного, наплевав на все запреты Святоши, ну и почти все население самого форта. Такое не радовало только Тучу — старуха сразу поняла, что ее ждет изнурительная готовка и даже помощь девушек тут бессильна.

— Ты продумал план?

— План?

— Ну, да! — Ната удивленно вздернула глаза. — Кто с кем, как и вообще… Или, все будет происходить спонтанно?

— Ах, вот ты, о чем… Разумеется! Стрельба из лука — сразу скажу, что победитель известен… — я метнул взгляд на Элину, делавшую вид, что ее это не касается. — Борьба. Тут ставок не делаю — если Бугай и Леший сцепятся — еще надо подумать, кто окажется на земле. Метание ножей — явно Череп! А что еще?

— Так я и предполагала… — Ната хмыкнула, осуждающе. — Мужские забавы. Добавь — охмурение девушек, победитель — Блуд! Ловля рыбы — первенство Бенедикта! Ну а под конец — мечты о будущем — Чер и Стопарь, вместе взятые. Один о земле, другой — о пхаях! И все рады… кроме нас.