Чтение онлайн

Мадлен достался огромный и сильный противник, равнодушно оглядевший свою рану и насмешливо и жёстко усмехнувшийся ей в лицо. В следующие пять минут Мадлен почти забыла, зачем она здесь, полностью поглощенная сложным боем с Тенью, тоже сумевшим ранить её в незащищенную броней часть тела.

??????????????????????????

Сражающиеся не сразу заметили, как в нескольких метрах от них раскрылся портал, и из него высыпали ещё пару десятков Теней, а следом вышел хмурый и сосредоточенный принц империи Оливар Варниус.

Противники очнулись только в тот момент, когда поняли, что полностью окружены вновь прибывшими Тенями принца, вооруженными до зубов. В это же время Тень, столкнувшийся с Мадлен, воспользовавшись её изумлением, изо всех сил швырнул Фурию в стену полицейского магмобиля. Чтобы удержаться на ослабевших ногах, Мадлен вцепилась когтистыми лапами в металлическую стену мобиля. Когти, проехавшиеся по стали, издали жуткий скрежет. Одновременно с ним Тени, сопровождающие заключённых и пока ещё оставшиеся в живых, издали торжествующий рёв, поняв, что к ним подоспела подмога, и теперь преимущество явно на их стороне. Именно этот шум и услышали с другой стороны заключённые и их освободители.

То, что увидела Бердайн и все те, кто шёл за ней, на мгновение повергло всех в ступор. Если бы лицо Верховной Фурии не было столь бледно словно восковая маска, то она побледнела бы ещё больше.

Еления встретилась потрясённым взглядом с холодным взглядом принца Оливара, сразу же нашедшим её беспокойными глазами, Май — с колючим взглядом принца Роланда, вышедшим вслед за отцом из портала, который за ним схлопнулся.

— По-моему, мы слегка припозднились, — обманчиво лениво протянул Роланд. — И без нас нашлись охотники остановить кортеж с заключёнными.

Принц Оливар мрачным взглядом оглядел побоище, потом внимательно осмотрел всех присутствующих и тяжело вздохнул.

— У меня письменный приказ императрицы проворачивать обратно, — произнёс он, найдя взглядом Бердайн. — Тени должны были его исполнить.

— Очень интересно, — процедила та в ответ. — Суд Ровении выносит приговор об осуждении заключённых и направлении их в Тюрьму Пустоши, а императрица не только своих людей отправляет охранять государственных преступников, но и своей писулькой изменяет приговор?

Оливар поморщился, в холодных серых глазах появились досада и раздражение.

— Бердайн, к чему этот спектакль? Ты не ребёнок, и я — тоже. Тебе же всё ясно давно? В принципе, как и всем тем, кто помог тебе сейчас. Отдай девочку, забирай парня, и все будут довольны.

Черные глаза ямы полыхнули огнём, в них отразилось бешенство, которое в данный момент испытала королева фурий.

— Все будут довольны, если ты и твой сынок сдохнете, — прошипела она скрипучим старческим голосом. — Отродья демоницы! — она дёрнулась в сторону принца, но Еля вцепилась в ее когтистую лапу и повисла на ней.

— Пожалуйста! Нет!

— В данный момент большая вероятность, что сдохнете вы все, а мы заберем девчонку и спокойно исчезнем, — усмехнулся Роланд, впиваясь взглядом в хрупкую фигурку, повиснувшую на Верховной. — Ваше величество, — встретился он взглядом с яростным взглядом Фурии, — теперь силы явно не равны.

— Не равны, — спокойно произнёс Май, — даже учитывая то, что у вас Жнец душ, и у нас Жнец душ.

— Жнец душ? — Оливар недоверчивым взглядом уставился на хмурого Мая, потом на сына. — Ты?! — перевёл он изумлённый взгляд на Роланда — из них двоих он явно не был Жнецом душ.

— А ещё ваш сын — Великий мудрец Невидимой Ровении, которая много лет уничтожает «пустышек», — вдруг с ненавистью процедил Рон Аверин. — Но вы, вряд ли, и этого не знаете, да, ваше высочество?

Однако потрясённый взгляд принца Оливара сказал всем наблюдающим за ним, что он ничего не знал.

Поняв это, Май сделал шаг вперёд, вставая ближе к принцу. Тут же несколько Теней направили на него магические пистолеты.

— Семь кедровых орешков, ваше высочество, — громко и чётко поговорил командир боевой пятерки, а его друзья осторожно подошли и встали рядом. — Символ «невидимок», много лет несущий смерть невинным неодаренным подданным Ровении, который они получали в конвертах перед тем, как их жестоко убивали.

— Заткнись! — в бешенстве процедил Роланд.

— Семь пустых орешков без ядра по числу тех родственников, которых ваш сын ненавидел: ваша первая жена, ваши три дочери и три внучки, — не останавливался Май.

— Пристрелите этого пса! — с ненавистью приказал Роланд Теням, а парни из боевой пятерки подобрались и закрыли собой командира.

— Нет! — в свою очередь громко и твёрдо приказал принц Оливар. — Пусть говорит.

Тени застыли в нерешительности, не зная, чей выполнять приказ.

— Не слушай его, отец, — повернулся Роланд к принцу, который мрачнел и чернел лицом на глазах. — Чего только не наговорят осуждённые для своего спасения. Лучше его пристрелить. Скажем, что напал и угрожал нашей жизни.

— Или чего не наговорят трусливые псы, знающие, что расплата близка, — жестко усмехнулся Май, у которого совсем не было страха в глазах и который уже растолкал друзей в стороны, снова выходя вперёд.

На месте недавнего побоища фигуры замерли в напряжении.

— Это правда, Оливар, — Бердайн холодно смотрела на принца, даже с некоторым непонятным ей самой сочувствием. — Твой сын настолько ненавидит «пустышек», что создал преступную империю, члены которой жестоко расправлялись с такими же неодаренными людьми, как твои дети и внуки. Наверное, рано или поздно он добрался бы и до них.

— Нет, не добрался бы, — язвительно отозвался младший принц, насмешливо смотря в чёрные глаза Верховной.

Роланд понял, что скрывать то, что он возглавляет Невидимую Ровению, уже не получится, и его неожиданно раскрыли перед отцом немного раньше времени.

— Мне было интересно наблюдать, как они старели и умирали, а ты отец страдал и ничего не мог с этим поделать, несмотря на титул, деньги, власть и магию.

Принц Оливар пошатнулся словно от удара, а лицо Роланда стало невероятно жёстким с болезненно горящими глазами на лице.

— Семь пустых кедровых орешков, — словно сомнамбула повторил Оливар. — Нита, Рута, Мирайя, Наина… три внучки. Семь женщин, дороже которых для меня никогда и никого не было. Ради которых я забыл, что такое жизнь, сон… Ты… — Оливар внимательно смотрел на сына. — Ты настолько ненавидел их?

??????????????????????????

— Как тебе сказать, отец? — лицо Роланда на мгновение все же скривилось от ненависти. — Больше всего на свете я ненавижу твою первую жену Ниту и твоих «пустышек».

— Я отдал тебя Оксии, подсознательно понимая, что она может вырастить из тебя чудовище…