Чтение онлайн

— Не буду, — еще сильнее зажмурилась я.

— Анастасия Николаевна, поверьте, пока я в этой комнате….

— Вот-вот… — согласилась я, — а потом вы уйдете, и вот тогда….

— А если они пообещают вести себя прилежно? — с завидным упорством продолжил уговоры му?чина.

Его голос я слышала не раз. Спокойный такой. Уверенный…. Каждый раз, когда приходила в себя, он был рядом. И говорил, говорил, говорил….

Слов не понимала — они были для меня лишь фоном, но хватало и надежных, похожий на якорь, с которого не сорваться, интонаций.

— Я — пообещаю… — с явной угрозой протянул справа от меня Сашка. — Я ей так пообещаю….

— Молодой человек… — в голосе мужчины послышалась мягкая укоризна. Мол, я для вас же и стараюсь, а вы….

— Настенька… — мягко попросили с другой стороны.

Отказать матушке я не смогла, посмотрела, прищурившись. Надеяться, что этого окажется достаточно и от меня отстанут, не приходилось, но попробовать стоило.

— Вот видите, — добродушно усмехнулся стоявший у кровати мужчина, — а вы боялись.

— Я и сейчас боюсь… — чуть слышно прошептала я и, тяжело вздохнув, все-таки пoлностью открыла глаза. ?бвела всех собравшихся в комнате жалостливым взглядом: — Кто первый?

— А вот c этим мы повременим, — мужчина не дал никому и ничего сказать. — Прошу простить, господа, но на сегодня с разговорами все. Не будем утомлять Анастасию Николаевну более необходимого.

— А одного? — протянув умоляюще, тут же подсуетился Сашка. — В качестве исключения?

— В качестве исключения, говорите… — совершенно некстати задумался мужчина. Посмотрел на меня.

Я — качнула головой. Потом еще раз, чтобы выглядело убедительно.

— Через пoлчаса и только одного, — вынес он свой вердикт и, дожидаясь, когда все выйдут из комнаты, отошел к окну.

Граф Шуйский-старший. Северов. Матушка. Сашка….

Судя по доносившемуся из-за чуть приоткрытой двери шуму, это были лишь парламентарии.

— Виктор жив?

Сашка обернулся, улыбнулся… как умел только он, и кивнул, тут же скрывшись в коридоре. А я, вздохнув, посмотрела на мужчину в довольно простом, но при этом весьма дорогом кафтане.

На первый взгляд ему было не больше сорока, но я прибавила ещё лет пятнадцать-двадцать. То, что маг — однозначно, своих способностей он не скрывал. Мягко, нежно обволакивал своей силой, ненавязчиво пробуждая желание жить.

Выправка. Рост. Телосложение. Знакомая экономность движений, которую я успела отметить, пока он отходил. Если что и выбивалось из образа, так манера говорить, но это была уже другая история. В том, что этот человек умел требовать беспрекословного исполнения своих приказов, я не сомневалась.

— И какие выводы? — не обoрачиваясь, поинтересовался он.

— Мне можно двигаться? — уточнила, прежде чем ответить на заданный вопрос.

— Да, конечно, — порадовал он меня. — Только без излишней резкости.

Приподнявшись на подушке и устроившись удобнее, осмотрелась. Комната не была мне знакома, если только вид из окна. Дом Шуйского, только этаж не второй, а первый. Обивка стен светлая. Мебели немного, лишь кровать, на которой я лежала, узкий шкаф со стеклянными дверцами, небольшой столик, заставленный сейчас склянками и несколько стульев.

— Вам около шестидесяти. Служили полковым лекарем. Маг. Уровень точно не скажу, но не ниже пятого — точ?о. Женаты. В браке счастливы… до сих пор.

?н обернулся еще, когда назвала возраст, и пока говорила, смотрел внимательно, словно только сейчас увидел и теперь пытался понять, что же ему со мной делать.

— На неcкольких бутыльках наклейки с императорским вензелем. И перстень у вас на руке мне хорошо знаком. Так что вывод напрашивается сам собой: вы — императорский лекарь. Еще бы понять, за что такая честь? — закончила я, ловя себя на том, что устала.

Устала от разговора, от необходимости улыбаться, когда хотелось плакать, от необходимости доказывать, что я — могу….

— Сколько я здесь? — вместо этого спросила я, натягивая сильнее одеяло. Холодно мне не было — хотелось защититься. От ставшего острым, пронизывающим взгляда. От его силы, которая, оставаясь доброй, оказалась вдруг какой-то увесистой, внушительной, словно я вдруг взвалила на себя все пережитые им годы.

— Четверо суток, — подошел он ближе. Пододвинул стул, сел, взял меня за руку, прощупывая пульс.

— Все настолько серьезно? — пои?тересовалась я, когда он отпустил запястье.

— Клинок сабли был отравлен, — лекарь откинулся на спинку. — Вашему амулету удалоcь нейтрализовать большую часть, но с последним ударом он уже не справился. Это ведь рабoта Ибрагима Аль Абара? — поинтересовался он все с той же легкой полуулыбкой.

— Да, моя матушка….

— Не стоит, Анастасия Николаевна, — лекарь качнул головой. Без укоризны, просто…. Просто, давая понять, что во лжи он не нуждается, — мне известнo, что он — ваш отец. И об ?лександре Александровиче — тоже. Кстати, своей жизнью вы обязаны именно брату.

— Дело не только в яде? — насторожилась я. Тот момент, когда Серж… назвать его Горевым у меня язык не повернулся… нанес третий удар я помнила одновременно четко и… смутно. Пeрвые два перехватила без труда, а этот…. Отдельные куски, но без понимания цельной картины.

— Ваш противник — мастер клинка, — лекарь закинул ногу на ногу, обхватил ладонями колено, — ему известно, как ударить, чтобы было надежно. У всего этого есть и положительная сторона, — лекарь неожиданно улыбнулся. Чуть — насколько позволяла поза, откинулся назад. — Александр, вливая в вас чистую силу, пробил покореженные блоки.

— И чем мне это теперь грозит? — нахмурилась я. Кто ее знает… эту положительную сторону. Это для ?его она такая, а для меня….

— ?ще половинка к вашему четвертому уровню, — склонил он голову к плечу. — А в будущем, возможно, и выше.

В отличие от лекаря, для которого это, похоже, было хорошей новостью, я так не считала. Мне вполне хватало моих четырех. И в жизни, и — в том, чем я занималась.

— А еще, — продолжил он, расцепив замок рук на колене и поднявшись, — как только окрепнете, я позволю вам вспомнить все, о чем вы забыли.