Чтение онлайн

Не обращая более ни на кого внимания, он двинулся к выходу, оставив Седера злорадно ухмыляться, а Киру покраснеть от возмущения. Грохнув кулаками по столешнице, она вскочила на ноги и, толкнув стоящего на пути курсанта плечом, вылетела из трапезной. Охотница и сама не знала, что будет делать с Хансером, когда настигнет, ведь драки между курсантами запрещены, а она сейчас, как никогда, желала драки.

К обоюдному счастью, того в коридоре уже не оказалось, и Кира, не желая возвращаться в трапезную, направилась к себе в келью. Тем более что и аппетит пропал. Нога, подлеченная пожилым лекарем, больше не тревожила, но с каждым шагом в душе зрело беспокойство. Вспомнилось напутствие Паситы о том что надо получше запирать вещи. Да еще из-за похода к лекарю она так и не успела сходить в мыльню и переодеться.

«А ну как их кто-то испортит или спрячет, что тогда делать?»

Вопреки ожиданиям, в келье ничего не пропало, а, наоборот, кое-что появилось. На столе стояла маленькая вазочка, которой здесь раньше не было, а в ней букетик колокольчиков. Под вазочкой, обнаружилась записка.

«Приложи руку и используй силу, чтобы открыть сундук».

Слово «сила» изображалось руной, о которых им рассказывали на уроках рунописи. Это позволяло отличить на письме силу тела, от дара силы. Кира невольно улыбнулась, но тут же нахмурилась. Кто это написал? От кого цветок?

Устало опустившись на каменную постель, охотница снова улыбнулась – такая малость, а разом превратила безликую клетушку в почти уютную горницу. Рассиживаться было некогда, пора направляться в Южную башню – дышать вековой пылью и впитывать знания.

Не откладывая в долгий ящик, Кира решила последовать совету от неизвестного доброжелателя. Правда? не сразу поняла, что значит: «используй силу», но потом все как-то само собой получилось, стоило просто пожелать как следует, чтобы запор открылся. С третьей попытки крышка сундука, тихо щёлкнув, отошла. И вот, прибрав внутрь аккуратную стопку вещей, охотница заперла их тем же способом. Подёргала, проверяя, надёжно ли? Уж больно непривычно за порогом имущество хранить. Вернувшись в келью, быстро переоделась в ставший обыденным серый наряд. Застегнув последнюю застёжку на корсете, повернулась к выходу, едва не столкнувшись с Паситой тин Хорвейгом.

– Стучать Защитников тоже не учат? – возмутилась охотница вместо того, чтобы поприветствовать наставника.

То, что он и не в таком виде её не раз лицезрел, не имело значения. Привычка входить без предупреждения страшно раздражала, а последние сутки и так не задались. Тут уж не до благодушия и вежливости.

– Цветочки? – Пасита пропустил мимо ушей непочтительность шагнул к столу. – Ты серьёзно? – насмешка перемешалась с искренним изумлением. – Кира, я не ожидал, что ты такая… девчонка! – тин Хорвейг расхохотался, бормоча: – В моей келье цветочки, разрази меня Керун!

Кире стало ясно, это точно не его рук дело. Она вздохнула с облегчением. Да и сама бы удивилась, окажись это правдой. Но тогда кто? От кого записка? Ратиша и ребята только утром узнали, что она перебралась в курсантское крыло. Конечно, у них было время все подстроить, пока она ходила к лекарю, но отчего-то охотница в этом сомневалась.

«И это точно не Крэг, – подумалось с толикой грусти. Будь он теперь в Ордене, вот на кого бы пали подозрения в первую очередь. – Может, Владмир? – правда, неясно, как он узнал, о переезде. С другой стороны, у курсантов старшего круга много возможностей, а слухи среди Защитников разлетаются, что перья в курятнике».

– Так уютнее, – мрачно пробурчала она, нарочито неспешно забирая и будто невзначай комкая в кулаке записку, прежде, чем тин Хорвейг её заметил.

– Где ты их взяла?

– Нарвала у конюшен, – не задумываясь, соврала Кира.

– Хм, – Пасита снова снисходительно на неё посмотрел. – На-вот, – он протянул стопку одеял. – Чтобы мягче спалось. Показать, как открыть сундук?

– Не надо, я справилась, – Кира, внутренне возликовав, поблагодарила неизвестного доброжелателя.

Райхо не мог объяснить себе свой поступок. Причём, определиться, что больше сейчас вызывало недоумение – цветы или записка, тоже не мог. Уж очень хотелось как-то поддержать девушку. Показать, что до неё есть дело, чтобы не сломалась, не сдалась. Иначе Киррана уже не станет прежней, потеряет веру в себя. А если опустятся руки, то любое испытание может стать последней каплей. Уж это Райхо знал не понаслышке. Да и тяготы обучения в Ордене ничто, по сравнению с тем, что он выдержал в песках Сагалии.

Перед глазами как наяву встал огромный, угрожающе растопыривший клешни, блестящий угольно-чёрным панцирем скорпион. Кажется, капелька яда тускло мерцала на кончике чуть красноватого, покрытого жёсткими волосками жала, или это играло злую шутку воспалённое воображение, после многих часов, проведённых в песчаной ловушке? Скованный по рукам и ногам и закопанный по самую шею в колючий песок Райхо провёл на солнцепёке целый день, затем холодную, жуткую ночь, исполненную звуками, не обещающими ничего хорошего. Губы потрескались, от жажды во рту стояла горечь, а язык едва ли не до мозолей был стёрт о маленький камушек, который асс-хэпт катал во рту.

К счастью, ночные жители обходили торчавшую из песка голову стороной – так на них действовало дикое желание незадачливого асс-хэпт, который, как мог, старался внушить всему живому вокруг держаться подальше – тогда-то он и приобрёл способность пользоваться «тяжёлой» аурой, хотя ещё и сам этого не понял. Лишь дар и мощный организм тренированного Защитника позволили выжить, а сила духа и врождённое жизнелюбие – не сдаться. Да ещё вера в себя и, как ни странно, жгучее желание победить и посмеяться последним.

– Ну что, теперь ты расскажешь откуда пришёл, светлоглазый? – едва слышный, словно шорох песков, но проникающий сквозь кожу так же навязчиво, как те неумолимые песчинки, что оказываются во рту, в глазах и под одеждой, что бы ты ни делал, голос. Обрамленные сеткой морщин, жестокие, почти чёрные глаза пристально смотрели и, казалось, от них не укроется ни одна потайная мысль. Чёрный смагг [1] прикрывал от песка рот, но не скрывал улыбки.

Носком обутой в мягкий сапог ноги жилистый как плеть старик отшвырнул в сторону скорпиона, и тот разъярённо заскрежетал – отчего-то именно этот странный звук, характерный только вот для таких гигантских особей, привёл Райхо в чувство. Он понял, нужно убить старого ассасина во что бы то ни стало.

Убить немедленно.

Здесь и сейчас.

Иначе всё было зря. Все, чего удалось достигнуть, пойдёт прахом из-за чересчур проницательного Хэпт-тана.

Шабран Мудрый отошёл и ловко схватил скорпиона, удерживая опасное жало на расстоянии. Не спеша вернулся, присаживаясь рядом на корточки. Небрежно потрепал по отросшим, спутанным волосам. Светлым и, как и глаза, выдающим в Райхо иноземца.

– А, может, тебе привычнее иное имя? А, Защитник Райлег?