Чтение онлайн

Сердце сделало остановку. Мир стал чётче, когда Райхо вознёс короткую молитву всем богам сразу, концентрируя оставшуюся силу. Зажатое в сильных пальцах, ядовитое жало медленно приближалось к глазу. Хотя губы старого Хэпт-тана под смаггом и растянулись в злобной ухмылке, глаза оставались холодными, а взгляд острым что лахир ассасина.

Но Шабран Мудрый на этот раз смертельно ошибся, недооценив жертву, и слишком рано отпраздновал победу.

Никогда в жизни Райхо не использовал дар так быстро.

Огонь вырвался наружу, оплавляя песок вокруг, превращая его в обжигающую жидкость. Только боги помогли стерпеть Защитнику невыносимую боль, не умерев на месте и не потеряв сознания. Усмиряя пламя, последовал не менее обжигающий холод. Тысячи осколков и порванные цепи, впились в обожжённое тело, когда, напрягаясь так, что рвались мышцы, Райхо смог-таки вскинуть руки. Оплавленный и застывший острый осколок, бывший ещё несколько мгновений назад мириадом песчинок, прошил голову Хэпт-тана насквозь, войдя под подбородком и показавшись из макушки – Защитник использовал остатки дара, чтобы насколько можно усилить удар.

К счастью, выпавший из мёртвой руки скорпион ужалил тело убитого Хэпт-тана, а не полумертвого Райхо. Из последних сил ему удалось подтянуться, буквально выцарапывая себя из спёкшегося песка. На этом сознание его покинуло, оставив смутный образ приближающейся фигуры прямо позади неприглядной картины развороченного черепа и отчаянную мысль, что всё было зря…

Вынырнув из пришедшего не ко времени воспоминания, Хэпт-тан встряхнулся, отгоняя липкие остатки пережитого много лет назад ужаса. Тогда он почти поверил, авантюризм довёл-таки до гибели, но все сложилось иначе.

На смену недоверчивому и чересчур проницательному Шабрану Мудрому, пришёл его преемник, обменявший жизнь Защитника на маленькую ложь о том, кто на самом деле убил прежнего Хэпт-тана второго по могуществу клана сагалийских ассасинов. В результате Райхо выходили. Сила и умелые лекари подняли на ноги, казалось бы, безнадёжного больного, а Нашрат Весёлый встал во главе клана вместо Шабрана Мудрого. Через некоторое время Райхо без труда получил звание асс-пта и занял место правой рукой Нашрата, всеми силами стараясь заслужить доверие прочих кланов, а заодно намертво, привязывая к себе нового Хэпт-тана…

Передохнув в одной из пустующих келий, Райхо принялся за работу. Отчего-то ему не верилось, что убитый им утром асс-пта сам узнал путь по склону наверх. Кто-то его надоумил. Ассасин отправился проверять поселение у стен, где жили семьи слуг – те частенько привечали родственников, ведь работы в Ордене было полно, потому и новым людям особо не препятствовали, а если гость оказывался достаточно трудолюбивым и расторопным, то у него был шанс задержаться больше разрешённых трёх дней, а то и получить постоянное место. Правда, новичкам не дозволялось заходить на территорию самого Ордена, но отсюда в первую очередь стоило начать поиски – слухи, порой, бывают полезными.

Наблюдая, как стройная фигурка Кирраны покидает келью, бесцеремонно оставив его в одиночестве, тин Хорвейг усмехнулся: «Гляди-ка, и с сундуком уела!»

Взгляд снова зацепился за скромные синенькие колокольчики в маленькой глиняной вазочке. Отродясь в его келье цветов не водилось. Одеяла, и то были не всегда. Настоятель любил наказать за потерю самоконтроля, порой Пасите неделями приходилось обходиться без них. Повинуясь порыву, Защитник подошёл и присел на край каменной постели.

«Жёстко, – он скривился, устыдившись, что обмяк телом, привыкнув к удобствам. – А ведь когда-то и здесь спал, как говорится, без задних ног. Не замечая ни холода, ни твердости камня. – вернулась назойливая мысль, не дававшая покоя со вчерашнего вечера: – Каково девчонке тут будет по осени? А тем паче зимой? Сдюжит ли? Достанет ли умения обогреть себя? – В том, что у Киры силы хватит, тин Хорвейг не сомневался: – Но надо подучить».

Раз Кира сама справилась с замком на сундуке, то пора приступать к упражнениям с силой. Но не сегодня. За завтраком ему рассказали про утренние приключения курсанта Кирраны, и, сожалея, что пропустил такое зрелище, тин Хорвейг согласился с Раэком, отменив вечернее занятие.

Кира, узнав, что вечер свободен и тренеровки с Паситой сегодня не будет, даже обрадовалась. Можно со спокойной душой сходить в баньку, как рекомендовал Раэк. Да и старый лекарь, посмеявшись в седые усы, над тем, зачем девке такая наука, все же поинтересовался нет ли у неё красок и тоже послал в баню. Охотница и сама желала понежиться на горячих деревянных полках. Каждый знает, как полезен добрый пар.

Как словом, так и делом.

Неожиданно придя в благостное расположение духа, Кира разлеглась на теплом полке, вдыхая горьковатый аромат берёзовых дров, смешанный с более тонким липовым. Поддавшись влажному жару, задубелое после дурной ночи тело размягчилось, расслабилось, наконец. А вместе с тем и что-то внутри разошлось, отпустило. Пришла уверенность, она ко всему привыкнет, со всем справится.

«Вот и сундук отпирать уже обучилась, так потихоньку-полегоньку с силой и совладаю».

Вошла крепкая белотелая банщица с огромными грудями, каковых Киррана ранее в деревне ни у кого не встречала. Отвечая на её изумлённый взгляд, снисходительной и вместе с тем понимающей улыбкой, женщина сказала, цокнув языком:

– И что же ты такая худенькая, деточка? Кожа да кости! Оно и посмотреть не на что. Курсанты зелёные, и те мимо пробегут – не заметят. Они же, господа Защитники, любят, чтобы девки-то попышней, да пофигуристей рядом крутились. Ты бы ела побольше, авось кто и тебе дитёнка заделает – будет тогда и почёт, и до старости накормлена-напоена.

Кира хмыкнула, и поправила съехавшую на глаза слишком большую валяную шапку, но не стала перечить. Похоже, банщица приняла её за служанку из тех, кто приезжают работать в надежде на милость Киаланы. Та, в подтверждение догадок, продолжила: – Хотя что это я? Раз за тебя словечко замолвили и прямо сюда послали, знамо, всеж-таки ухажёр нашёлся. Это ведь для Защитников банька-то. Слуги в другом месте парятся, пояснила она, плеснув на камни воды.

Пространство окуталось белесыми клубами, заставив сощуриться. Мягко скрипнула дверь и потянуло холодком, но всего лишь какой-то миг: «Видать, банщица что-то забыла», – предположила Кира, но тут зашуршал веник, обдал мелкими брызгами, прошёлся вдоль тела окропляя влагой, и Кира зажмурилась в предвкушении, невольно улыбаясь и повернув голову на бок. Горячие веники прижались к стопам, медленно поползли вверх, постепенно ускоряясь. Вернулись вниз, огладив натруженное тело, и двинулись вспять, теперь уже по бокам. Взметнувшись к потолку, прихватили горячего воздуха и плотно прижались к пояснице, прогревая и расслабляя затёкшие мышцы. Кожу пощипывало: «Знать, берёзовые с крапивою».

Тем временем веники снова взлетели и прижались к бёдрам. Обработав все важные места на теле, перешли к лёгкому постегиванию. Кира едва не застонала от удовольствия, даже губу прикусила: «Это с подружками в бане не грех и поорать, а тут неловко как-то». Хлёсткие концы, тщательно обработав спину, постепенно спускались все ниже, не пропуская ни частички кожи.

– Давай, не жалей! – как-то сам собой вырвался возглас, но уж больно знатная банщица попалась, так пускай знает, что можно не нежничать.