Чтение онлайн

Действовал я немедленно: своих нужно выручать. А так как, подняв дрон, я сразу надел лыжи и двинул следом за ним, то к моменту обнаружения общего отряда находился уже недалеко от наблюдателя. Вскинув автомат, короткой очередью прибил его к земле, потом дал вторую, в три патрона, добивающую. Звуки выстрелов, по моей задумке, должны были насторожить немцев, чтобы те отвлеклись и перестали издеваться над нашими.

Дрон по-прежнему висел над немцами, высота метров триста, и я продолжал наблюдать за ними. Те замерли. В деревне, думаю, тоже тревога поднялась. Девчонку швырнули одному из солдат, крепкому такому, и тот начал её вязать. Хотя какая она девчонка? Судя по бёдрам и заднице, уже вполне женщина, хоть и молодая. Что-то в ней знакомым мне показалось, но чёткость картинки оставляла желать лучшего, да и мешали свет костров и пар, поднимавшийся от котла.

Я побежал к стоянке немцев, делая полукруг, потому как половина их, с офицером, уже направились к наблюдателю на опушке, а остальные заняли оборону – явно страховались. Меня порадовало, что пленных они не трогали, а ведь могли и прибить, чтобы не мешали.

Слегка подумав, я изменил планы. Пожалуй, к месту стоянки пока не стоит идти: немцы разделились, вот и буду бить их поодиночке. Если начну с группы в лагере, то эти, что к опушке идут, быстро прибегут, а чем больше стволов, тем хуже для меня. А вот если первыми отработать этих, оставшиеся в лагере будут слышать бой, но вряд ли без приказа покинут стоянку. Решено, сначала бью группу с офицером.

Дрон висел над ними, сопровождая. Сверху, в голом, без листвы лесу, их было отлично видно. Я приготовился, и, когда они приблизились, кинул шесть гранат – пять ручных Ф-1 и одну противотанковую. У меня их всего десять, от таких гранат и сами гранатомётчики получают контузию, что уж с теми бывает, кому она под ноги подкатилась? Троих, по сути, разорвало, ещё двоих – отбросило: то ли убиты, то ли тяжело контужены. Остальные гранаты разорвались под предупреждающие крики немцев. Кто просто упал, кто за дерево встал. Тут и загрохотало.

Я же под шумок срезал очередью пулемётчика со вторым номером, а дальше стал бить до опустошения магазина по остальным немцам. Результат – десять убитых или тяжелораненых и девять вполне активных, хотя и среди них раненые есть. Упав за дерево, я тут же откатился: ель, за которой я стоял, затряслась от попаданий. Немцы неприятно быстро пришли в себя и садили из всех стволов, плюс у них был второй пулемётчик, который залёг и поддерживал своих, пока другие охватывали меня по флангам. Вот гады, они же меня так завалят. И я ошибся, это СС, а не вермахт.

Поглядывая на экран планшета, я видел всех немцев. Подняв над укрытием автомат, срезал одного из них во время его перебежки от укрытия к укрытию. Немец рухнул и не шевелился. Почти сразу надо мной засвистели пули пулемётчика. Потом он замолк: видимо, менял «улитку». Лёжа на спине с планшетом на груди, я поднял автомат и дал короткую очередь – пули прошли выше. Сместив прицел, я дал вторую. Пули выбили ледяную крошку рядом с пулемётчиком, тот залёг и начал отползать, но от следующих попаданий задёргался – я попал. Остаток магазина я выпустил по подхватившему пулемёт второму номеру, серьёзно ранив его.

Закончив с пулемётчиками, я раскидал гранаты по немцам, обходившим меня по сторонам, и пошёл на прорыв, срезав двоих. Затем снова залёг: в мою сторону не прицельно работали один МП и два карабина. Матерясь, я достал «Вал» и заставил их замолчать. Пришлось побегать: добил раненого второго номера, потом зачистил подранков и подобрал все три гильзы от «Вала»: я из него только три пули выпустил.

После этого я побежал к основной группе. Немцы явно забеспокоились, слыша частые одиночные выстрелы: что они могли означать, им было понятно. А если посчитать, то этих одиночных было ровно столько, сколько их камрадов ушло в эту сторону… Но тяжело мне дались эти немцы, глупо отрицать очевидное, по краю прошёл.

Пока я добирался до немцев, пока готовился к бою, те в тревожном ожидании чуть до истерики себя не довели. А готовился просто. К стволу дерева привязал трофейный «МП», а к спусковому крючку – бечёвку, разматывая которую, отполз метров на десять. Потом приготовил СВТ: хватит «Вал» использовать, и так патронов мало. Это я ещё про дрон не вспоминаю, а ведь ресурс у него не бесконечен, и если так активно эксплуатировать, то сомневаюсь, что его до конца войны хватит, а мне хотелось бы, чтобы и после войны он у меня был.

Приготовив винтовку, я потянул за бечёвку, и пистолет-пулемёт дал короткую очередь. Наших зацепить я не боялся, они на дне оврага. Пули взбили фонтанчики земли и снега рядом с одним из солдат, и немцы радостно оживились: ну хоть какая-то определённость, их обстреливают! Они тут же стали активно отвечать. Но я успел снять четырёх, прежде чем немцы обнаружили мою позицию и начали подавлять её сосредоточенным огнём. Вот чёрт! Нет, СВТ – это вам не «Вал», вспышки выстрелов которого не видны.

Я поменял позицию и оружие и продолжил выбивать немцев. Те активно стреляли, видя, как их товарищи падают, и создавали нужный шум выстрелами да разрывами гранат. Одного немца, собиравшегося убить пленных, я снял выстрелом в затылок. Всего я сделал двенадцать выстрелов из «Вала», выбив большую часть немцев: отличная была позиция, всех видел. А трое из них сдались, подняв руки и отбросив оружие. Спрыгнув с дерева, я связал этих троих, спешно обыскал их, после чего сбегал и добил подранков.

Добравшись до пленных, первым делом развязал чернобровую – да, это опять она. Да и мужчина в исподнем, покрытый коркой льда, оказался знакомым мне военврачом. А немцы были действительно из СС – егеря. Не удивлён: эти любят издеваться, истязать и пытать.

Сунув руку в котёл (вода горячая, но терпимая), я снял его с огня и вылил воду на врача, чтобы лёд на нём растаял. Чернобровая тряслась от холода, быстро надевая форму, а я стягивал с военврача мокрое исподнее и, сняв с убитых немцев шинели, укутывал его в них. Девушка, одевшись, стала помогать. Потом выдал им оружие, спустил дрон (он пока больше не нужен) и сбегал собрать гильзы от «Вала». Из двенадцати нашёл только десять: как ни искал, двух как не бывало. И времени искать нет.

Вернувшись, я взял на закорки военврача. Его бил озноб, чернобровая уже влила в него целую фляжку спирта, и тот мигом опьянел. Его срочно нужно в тепло. Чернобровая конвоировала немцев. Так мы и пошли.

На подходе к деревне я выпустил на опушке световую ракету. Оказалось, обозники уже заняли позиции, тревожно вслушиваясь в звуки лесного боя, вот и встретили нас. Ко мне тут же подбежали два обозника, один в форме, другой в гражданском. Они приняли у меня военврача и побежали к строениям: я велел отнести его в баню, которая как раз была натоплена.