Чтение онлайн

Андрей тоскливо вздохнул. Эх, если б у Малька не было старшего брата! И если б Зита не была грачкой. Грачиков положено бить – они на Кавказе вон что творили! Зиту любой может нагибать, и все одобрят и поддержат. Что, одному драться со всем двором?! А так бы он, конечно, защитил!

– Понятно, – пробормотала Зита. – Значит, сама. А как? Вы же по одному не ходите, только толпой.

Андрею почему-то стало стыдно. Но сестра больше этой темы не коснулась, спрашивала про устройство города, про стереокино, про номерные города атомного пояса «Сила Сибири» и про многое другое. Глупенькая, ничего не знает. Не то что он! Он аж в седьмом классе, и учится не ниже семерочки! Город – номерной! Закрытое поселение под куполами, на вечной мерзлоте, промышленный спутник атомной электростанции на десять тысяч мегаватт! Построен после революции по программе промышленного освоения Дальней Сибири! А стереокино сейчас сама увидит, чего там понимать? Демонстрационная площадка с кольцевым проектором Левановского, любой пацан знает. Что? Ну, спросила! Да социализм наступил после революции Ферра! Социализм с русским лицом! Это всем положено знать! Куда делись остальные национальности? Ну, дурочка! Какие еще национальности?! В России – русские, чего непонятного? Не, есть, конечно, и другие, но они на материке живут, общинами, с русскими не пересекаются. А в номерных городах только русские, в их второй школе, например, только Зита грачка, больше никого!

У кинотеатра кружил детский водоворот.

– На премьеру попали! – сказал Андрей. – «Спортсменка, комсомолка, красавица» – во фильм! Про девчонку, в нее сознание мужика из будущего перенеслось! Как навела шороху на всю страну!

Сестра вздрогнула и посмотрела на него испытующим взглядом.

– Проходи быстрее! – поторопил он. – Надо своих искать, из-за тебя отстали!

Они искали свои места, когда в зале погас свет, и поразительно красивая девочка с демонстрационной площадки требовательно заглянула Андрею в глаза – и в душу. Взвилась щемящая мелодия, зазвучал детский отчаянный голос:

– Защити меня, папа! Унеси на руках в даль светлую!..

Он еще крепился, когда героиня росла и взрослела, когда с окровавленным лицом рубилась в хоккей, спасалась от пуль снайперов. Но когда она расстреляла все предательское правительство, упала, уставилась широко открытыми глазами в небо, когда небо медленно закружилось под ту же пронзительную мелодию и зазвучал далеко-далеко детский хор – он тайком вытер злые слезы. И мысленно поклялся, что вырастет и перебьет всех отродий рода человеческого. Неважно кого. Всех.

– Ну как? – возбужденно спросил он сестру на выходе. – Во фильм, да? Как она стреляла! Бах, бах! Олимпийская чемпионка!

И мысленно повторил, чтоб на забыть: «Снежана Михалкова-Усманова. Снежана». Фамилия и имя удивительной девочки, сыгравшей главную героиню. Он представил, как приезжает в Москву, идет по улице, случайно встречает ее – и у него сладко защемило сердце.

– Сильный фильм, – озабоченно сказала Зита. – Очень. Меня после него убьют.

Андрей посмотрел недоуменно. В последний месяц сестра уже не раз его удивляла взрослыми рассуждениями. Шесть лет, а как скажет – не сразу поймешь. Вот как сейчас.

– Над девочкой надругались носатые черноволосые парни, – объяснила она рассеянно, оглядываясь. – И убили. Потом главную героиню ударил клюшкой в лицо кто? По фильму – Ринат. Татарин, наверно. И в конце она стреляла в кого? По фильму – в Кунаева, Шеварднадзе, Рашидова, Алиева прежде всего. То есть в нерусских. В книге, кстати, вовсе не так. Специально поменяли. Это, Андрюша, называется «разжигание межнациональной ненависти». Качественное разжигание, гениальное. Еще и музыка за душу берет… Слышал, как пацаны на сеансе орали? А у нас во дворе только я грачка. Маленькая и беззащитная…

Она привставала на цыпочки и усиленно крутила головой, словно искала кого-то. Потом резко потащила Андрея вбок сквозь толпу выходящих из кинотеатра подростков, чуть присела – кудряшки стремительно метнулись туда-сюда – выпрямилась и припала к его руке.

– Андрюша, отведи меня домой, – слабым голосом попросила она. – Я, кажется, ногу подвернула.

Андрей сделал пару шагов и обернулся. Толпа на мгновение раздалась, и он увидел, как кто-то плавно падает на асфальт. И лицо у него почему-то – белое-белое. Потом он узнал его. Младший Мальцев.

– Андрюша, я стоять не могу, – жалобно попросила снизу Зита.

Он переборол любопытство, подхватил сестру под локоть и повел домой. За их спиной возбужденно зашумели, потом издалека донеслась сирена реанимобиля.

– Ну вот, из-за твоих каблуков самое интересное пропустим! – не выдержал он.

– Самое интересное уже произошло, – сказала девочка слабым голосом. – Не ругайся, Андрюша. Давай медленней пойдем. Мне легче, и ребята с нашего двора нагонят и расскажут, что там да как.

Он поворчал и зашагал еще медленней. И их действительно нагнали.

– Младшего Малька на пику посадили! – с удовольствием сообщил какой-то мальчишка.

– Кто?!

– А неизвестно! Я рядом шел, и он шел, и все шли, а он потом раз – побелел и упал! Молча! Болевой шок! Ему спицей в ногу как дали! В толпе! И не заметили, кто! Во дают!

Мальчишка с чего-то радостно заулыбался и убежал.

– Гады! – с чувством сказал Андрей. – Наверно, химмашевцы! Найти бы уродов и самих так! Верно?

Зита не ответила. Она с каменно неподвижным лицом смотрела вперед. Там несколько взрослых парней расспрашивали мальчишек о том, что случилось. И среди них – старший Мальцев, здоровенный парень в полицейской форме.

– А если он найдет, то убьет! – злорадно сказал Андрей. – И ему ничего за это не будет! А знаешь, почему? Не знаешь, вы это в пятом будете проходить! В России – безусловная правота полицейских! Они всегда правы, потому что нас защищают! И еще у них оружие! Найдет и как даст из «зубра»!

– Ничего не будет, – задумчиво повторила Зита. – У них оружие…

Андрей почему-то забеспокоился.

– Э, ты о чем думаешь? – подозрительно спросил он.

– О чем? – очнулась Зита. – А… Ни о чем. Честно. Просто мне кажется, что сегодня я что-то сделала не так. Сильно не так. Вроде и вариантов других не было, а сердце почему-то щемит. Как будто я ошиблась. Или свернула не туда…

И она снова бросила ничего не выражающий взгляд на старшего Мальцева. Андрей невольно поежился.

– =-=-

Она дождалась, когда ванная окажется свободной, быстренько переоделась там в ночное и забралась под одеяло. Своей комнаты нет, приходилось вот так: переодеваться в ванной, спать на надувном матрасе в углу проходной комнаты. Не очень удобно: телевизор полночи в ухо бубнит, по ногам ходят, родители над головой ругаются – но и не страшно. А вот что страшно…

«Мзиури». Запал прадеду в память девчоночий ансамбль, крепко запал. Настолько, что помнит теперь Зита про них все. Много думала о них и сделала вывод: нужно успевать жить! У девчонок из «Мзиури» было удивительное детство: были возможности, был талант, безграничные силы юности – и они воспользовались шансом! Так и у нее – то же самое! Память прадеда в полном распоряжении, весь его огромный жизненный опыт! Ну и что, что память о прошлом? Жизненный опыт не устаревает, люди в целом те же самые! Надо пользоваться, потому что преимущество – пока маленькая. Станет взрослой – сравняется со всеми. Кстати, точь-в-точь как «Мзиури». Выросли, и кем они стали? По сравнению с детством – никем. Ну, актрисы, ну, певицы, врачи и телеведущие… там, в Грузии. Где всех жителей – на один хороший миллионник. А в детстве по империи гремели. Следовательно, надо успевать жить здесь и сейчас. Чтоб потом не плакать об упущенных возможностях. Надо, а как? В стране жуткий национализм, а она – нерусская! Не дадут! Не, в семье она устроилась неплохо, исправила ошибку прадеда, но всю жизнь в квартире не просидишь.