Чтение онлайн

– Я натренируюсь! Вот посмотришь.

Выудив из кармана несколько монет, я сел рядом с пацаном на корточки.

– Курить можно только магам, – щелкнул я пальцами и вверх взметнулся огонёк. – Простым людям ни хмеля, ни табака брать в рот нельзя. Потеряешь силу. Рожей кривой будешь, да и во рту словно насрал кто. Щас пойду прополощу и травой заем. Нас же поддерживает магия. Лечит, спасает, защищает. Тебя как зовут?

– Валерка, – улыбнулся он.

– Вот держи за труды. Купи еды или ещё чего, а табак стороной обходи. Хорошо?

– Ладно, – полез он чесать затылок.

Я кивнул и вскочил на лошадь.

– Бывай, Валерка.

– Спасибо, дядька! – прокричал он, убегая в сторону ярмарки.

Тяготы ненадолго отступили и губы поддались улыбке. Всё равно он будет пробовать курить, сколько не говори, что вредно и плохо. Чтобы урок был наиболее доходчив, нужно показывать его на своём примере.

Хоть и пришлось бродить по лесу спешившись, а первые два камня я разместил довольно легко. На поиск более точного места уходит немало времени, особенно если таковое оказалось в диком овраге, который даже зверь стороной обходит. Когда уже выбрался, грязный, мокрый и отплёвывающийся, то подумал, что так даже лучше – камень сохранней будет.

Второй тоже попал в глушь, уже лесную – тут его быстро заплетут растения и скроют деревья. От магов, конечно, такое не укроешь, но сколько из них, право слово, знает о камнях концентрации?

Третий камень нужно расположить в императорском заказнике. Наступил тёплый вечер, и я мог оставить это на завтра или даже ночь, но для меня нет никакого труда попасть в заказник, причём даже не придётся обходить егеря. Статус и бляха решают.

Этот лес уже чистят. Ехать легко, и до места добрался быстро. Вязы и дубы перемежаются соснами, но конкретно там, куда указывают часы – едва ли не поляна. Охотничьи облавы обнаружат камень в два счёта.

Натужно выдохнув, я плюхнулся наземь и закурил. Идея пришла неожиданно – если один из концентраторов удалось опустить в глубокий овраг, то почему бы и этот не закопать?

Пришлось ехать за лопатой. Таковая нашлась у егеря. Мы немного поболтали, удобно усевшись на веранде. Жена накрыла на стол. Потом выкурили по трубке из моего табака и, уже по крепким сумеркам, я вернулся к месту. Камень предательски светится во тьме – оказавшись на конце луча уже формирующейся фигуры, да и просто напитываясь разлитым эфиром. Из глубин прозрачного кристалла появляются потоки фиолетового сверкающего тумана, и ближе к лучащимся граням они растворяются, словно в воде. Игра света завораживает.

– Извиняй, братец, но придётся тебя закопать…– выдохнул на последнем слове я и вонзил лопату в мягкую почву.

Вскоре сокровище уже было надёжно сокрыто под тремя штыками земли. Оценив силы, я решил отдать лопату завтра, а сегодня ещё и на перекрёсток загляну. Но только после короткого отдыха.

Лагерь оказался в целостности и сохранности. Накормив всех, в том числе себя, я развёл костёр и растянулся перед ним. На глаза быстро пала полудрёма, полу-медитация. Боевая практика восстановления перед боем. Пусть, впереди просто поездка и не такая уж большая яма под камень.

Мой Зверь разорвал веки и мгновенно привёл тело в высшую готовность. С другой стороны костра стоит человек. Вижу его глаза так, словно они мерцают красным. Высокий, широкоплечий. Запах ауры кажется очень знакомым.

– Кто ты? – хрипло выдохнул я.

– Мой брат был убит тобой. Его звали Аука.

Перед глазами мелькнули картины того кровавого боя. Медленно поднимаясь, говорю:

– Я не хочу драться с тобой.

Воин действительно сильный, но мериться силами нам смысла нет.

– Почему ты думаешь, что можешь выбирать?

– Потому, что мы не враги.

– А кто же? – донеслось из-за костра. Лица я не вижу до сих пор, а значит вокруг воина есть какая-то магическая завеса.

– Если ты хорошо знаешь брата и знаешь, где произошло наше сражение, то можешь сам ответить на этот вопрос.

– Кто-то должен ответить за его гибель.

– Единственный, кто по праву нёс бремя ответственности, ныне принял всю её тяжесть. И упокоен в земле. Я знаю где.

Вскоре он скрылся во тьме. Его Зверь хитрее и сильнее моего. Подойти так близко может лишь великий воин, но сегодня ему точно не победить. И я надеюсь, что больше нам встречаться всё же не придётся.

О дальнейшем отдыхе речи быть не может, потому я снарядил лошадь и снова выехал. Взгляд брата Ауки чувствуется где-то на границе, но сейчас я уверен, что он будет только следить.

Коробку разобрал уже в яме. Ночь ни ночь, а свечение кристалла кто-нибудь, да заметит. Пришлось хорошо потоптаться, слой за слоем засыпая землю. Лишнюю откинул под куст, а поверх свежей ловко набросал мягкой дорожной пыли. Для надёжности походил туда-сюда по набросаному, повторил верхом, и уж когда спокойствие совсем должно было обосноваться в душе, из мрака вышел пошатывающийся мужик. Вообще говоря, он показался мне мелким духом камня, коих всегда полно у дороги. Оказалось, что пьяница упал без сил, перебрав на ярмарке и только сейчас проснулся.

– Му-му-мужик… а т-т-ты чего д-делаешь тут? М-м?

– Бляхи не видишь, деревня? – картинно рыкнул я и прищёлкнул пальцами, высекая огонь.

– Ой! Ма-ма-ма… мои глу-у-у-о-обочайшие извин… извин… извенения! М-м-ма… м-милостливый г-господин.

Я выяснил, где его дом. Магически снял часть опьянения и велел скорее возвращаться. Уже более связно, он ещё раз рассыпался в извинениях, потом в благодарностях, и поспешил восвояси.

– Фух! – выдохнул я, с радостью осознав, что остался только один камень.

Погода наконец испортилась и утро выдалось хмурым. Хорошо, что хоть без дождя.

Птицы поют менее звонко, но всё же не теряют боевого духа. Я приготовил на огне завтрак, выкурил трубку и снова забрался на лошадь. Очищенная после работ лопата уже приторочена к седлу.

Егерь принял как старого друга, пусть я и взялся отказываться, но усадил за стол и велел попробовать рябчиков, коих поймал час назад. Я едва пальцы не проглотил от удовольствия. Осоловел, в животе образовалась приятная тяжесть, словно не волк я, сточивший когти о каменные вёрсты, а зажиточный дворянин в городском доме. И тысячи душ денно и нощно трудятся, чтобы угодить.

Поклонился хозяйке и хозяину перед уходом. Дал слово, что не забуду и как-нибудь ещё зайду. Лошадь тоже не бедствовала и успела поесть зерна. Так что, к реке мы поехали довольные. Ей, конечно, в воду не лезть, но это уже не сильно меня расстраивает.

Место дикое и свидетелей быть не должно. Я всё равно долго приглядывался и уже потом подтащил к заросшему крепким камышом берегу, найденное неподалёку бревно. Шуганул змею, а минут через десять, после череды манипуляций с ремнями и бичевой, камень оказался надёжно подвешен. Дно стремительно ушло из-под ног и вот уже конструкция заработала как надо.