Чтение онлайн

Вегард хмуро оглядел остроконечную угрозу. Его грудь поднялась от глубокого вздоха и натужно опустилась. Нервно сплюнув кровь, он поднял руки.

– Победа твоя, малец.

Я кивнул и двинулся навстречу. Наши руки сошлись в рукопожатии.

– Благодарю за бой, Вегард.

– Ну, – хмыкнул он, – должен же был я посмотреть, кому отдаю внучку. Вернее убедиться, что именно тому, кто ты есть.

Я безошибно понял, что он имеет в виду. Вегард безусловно узнал во мне сына Крузенштернов.

С Сигрюнн нам ещё день не давали нормально побыть наедине. Всё из-за языкового барьера. Людей, знающих свейский, достаточно много, но доверием Александровского рода ни один не пользуется. А вопросы обсуждались действительно важные: дипломатия между монархиями, торговые и военные взаимоотношения. Напрямую проговаривались пункты союза. К общественным нормам главы родов присовокупили секретный договор, с подписями, печатями и клятвами. Пусть, я и “бил” в уязвимые места, в надежде получить желаемое, но всё же удивление взяло сильное – на такую серьёзность и глубину намерений даже не надеялся.

Вечер второго дня, с момента приезда свеев, завершился окончанием переговоров. Освободился я усталым, потому запоздалую встречу было решено перенести на утро.

У Снежаны на этот счёт нашлись свои соображения. Оказалось вдруг, что тот самый бал, прийти на который я легкомысленно дал обещание, назначен на следующий день и, если мы хотим успеть, – а мы ещё как хотим! – нужно выезжать сегодня же.

Нет покоя в наших лесах. Я тут же организовал круглый стол для обсуждения. Пока мы пытались втиснуть квадратное в круглое, Марина озвучила гениальный план: Снежана, формально, едет на бал со своей подругой из Шведского Королевства – Сигрюнн. Я буду охраной тела и чести молодой дворянки, Марина её гувернанткой, а для Сигрюнн на роль сопровождающей прислуги найдут ещё одну-две девушки. Я ухмыльнулся, представляя в каком цветнике окажусь.

О том, что с нами едут две элитные куртизанки, мы узнали только в экипаже, да и то, когда отъехали от Петергофа на несколько вёрст. Огнёвка смеялась от собственной шалости так, что началась икота, а мне предаться смеху мешали сомнения, что Снежана такое одобрит.

Одна из спутниц обжигает глаза природным медно-рыжим цветом волос, броским и запоминающимся лицом, шикарными формами тела и очень горячим темпераментом. Мы чуть было в экипаже не начали предаваться утехам, оставив в чреслах тяжёлое томление.

Вторая куртизанка олицетворяет собой золото. Светлая и лицом, и волосами, дородная телом, весёлая нравом и крайне легка в общении – с ней можно брать крепости, не то что раскрепощать потаённые желания.

У петергофской Мадам действительно работают не самородки даже, а скорее бриллианты лучшей огранки. Всё же дворянская кость – это женщины разной степени красоты. Их сущность в одарённости и факте благородного рождения. Если дочка оказалась крайне одарённой, но лишённая красоты или любой другой привлекательности, кроме магической, то всё равно от женихов отбоя не будет. Для лучших публичных домов такое неуместно. Ночные бабочки должны быть прекрасны и умелы.

Голова у Марины столь искусна на выдумки, что могла бы стать основой безжалостного коварства. Мир спасся от страшного зверя, когда юная магушка решила лично не участвовать в удовлетворении кровавых страстей. На полыхнувшее, словно пожар в сушняке, возмущение, Марина возразила Снежане, что будет интересно посмотреть на лица тех из высоких господ, что бывают у Маман частыми гостями. По борделям и любовницам ходят все, но признаться в этом не готовы. И потому, не устроить ли нам такую забаву?

Всей честной и не очень компанией, мы расположились в грандиозной резиденции Александровых в Санкт-Питербурге. До восторженных ахов дело пока не дошло, ибо хозяйка дома продолжала возмущаться нашими спутницами. Стоит отметить, что воспитание у них отменное, как и чутьё. Своё почтение выразили грациозно и умело. Пока Снежана бушует, себя ведут кротко. Как верно заметила Марина, уговаривая снежную принцессу, – это не портовые шлюшки, чтобы поддаваться презрению и отвращению. Они знакомы с телами очень благородных людей.

Этот аргумент Снежану весьма развеселил. Отсмеявшись, она пригласила всех в гостиную.

Сегодня на ней нежно-жёлтое платье с тёплым жилетом из плотной ткани. Волосы собраны в замысловатую, высокую причёску.

– Итак! – начала речь она, стоило каждому утолить первый голод. – Завтра у нас бал. Все роли уже распределены, но я хочу повторить, что вести себя достойно и правильно – это очень важно. Никого не бить, – посмотрела она на меня. Дальше взгляд достался Марине: – Если хотите вступить в беседу, то сначала убедиться, что это позволительно и не излагать всякие провокационные вещи. Бал очень публичный и требовательный к манерам. И вы, девочки, – теперь она уже посмотрела на куртизанок, – своих посетителей сильно не вгоняйте в краску, а новых ищите крайне сдержанно. Пылких мужчин там хватает, если вдруг похоть затуманит им голову, то ответственность за тайну близости возлагаю на вас. По роду профессии должны уметь.

– Согласился на свою голову, – проворчал я, оценив перспективы времяпрепровождения.

– Мне тоже пришлось отказаться от любимого розового вина, – выразительно посмотрела она. – Знаешь, как неудобно перед подругами теперь? Так что жду от тебя полной самоотдачи.

– Как хорошо было бы, если под этим ты бы подразумевала мордобой. Дать какому-нибудь ухарю по дворянским мордасам – этому я бы отдался со всей страстью.

– Игорь! – возмущённо воскликнула Снежана. – У тебя совсем нет манер. Ты хуже, чем мой грум.

Под общий смех, я пожал плечами.

– Прости, моя нежность, это я перед аскезой на балу душу отвожу. Там постараюсь быть молчаливой тенью рядом с тобой, отрывая руки всякому, что решит коснуться.

– Ну, – вздёрнула она подбородок, – мне приятно твоё внимание. Только есть церемониальные обязательства, так что придётся позволять им некоторые действия. Ах… как бы мне хотелось плыть на большом корабле и не знать горя. Быть свободным пиратом и безумствовать на всех ведомых морях.

Её лицо приняло красивый мечтательный вид. Я залюбовался. Рассказывать о том, какие пираты на самом деле не стоит, а вот хорошей историей пренебрегать будет грешно:

– А давайте я поведаю вам о пяти котах, ставших символами дружбы между ярлами? Это случилось, как раз после морского нападения на один из богатых прибрежных городов.

Глаза графской дочери вспыхнули голодным огнём. У остальных выбора особо не осталось, Сигрюнн же я шепнул, что буду рассказывать про Сигурда Мягкосердечного, который за всю жизнь загубил уйму людей, прослыл грозой всех норвежских и свейских земель, грабил деревни и города по всему побережью Балтийского моря, добирался до тёплых стран с обратной стороны материка, но однажды проявил мягкость. Для свейки эта былина знакомая, причём в настоящей, жестокой версии, а вот для нежных ушей Снежаны я её умягчу. Сигрюнн сдержанно улыбнулась и кивнула.