Чтение онлайн

Настю от воспоминаний о Лахти невольно передёрнуло.

— Эл, а если у Секача остался тогда кто-то? Кто-то, решивший за него посчитаться?

— Я перебил всю его кодлу, — напомнил Ворон. — Кому мстить?

— Тогда кто?

— Не знаю, Дэини, — Эливерт вздохнул тяжело, сцепил руки в замок, невидящим взгляд уставился в окно. — Я за эти дни перебрал всю свою жизнь: по годам, по дням, по часам. Я каждую морду вспомнил, которую когда-либо обчистил и обжулил. Не знаю. Орлех обещал Ферлааду всё выложить — дескать, тот поможет. Фрейя сказала, вольница уже взялась за поиски… Мне бы только след нащупать, а дальше я сам…

Глаза у Эла блестели лихорадочно, а лицо застыло будто каменное.

— Я всё равно их найду. Землю перерою, в Бездну снова спущусь, но найду! И этих сукиных сынов найду, и того, кто их отправил. Клянусь памятью Вириян! Дэини, я их вот этими руками порву, голыми руками! Они за каждую слезу моей дочери заплатят! Собственные потроха жрать будут!

Эливерта затрясло так, что сквозь его яростную речь, Настя отчётливо слышала, как у него зубы стучат.

— Они убили мою жену, они спалили мой дом, они хотели мою девочку заживо сжечь! Из-за этих тварей она теперь каждую ночь кричит так, что у меня душа разрывается! Они даже собаку мою убили. Проклятье! Я обещал быть рядом, беречь их, защищать! И не уберёг… Я ничего не смог! Ничего!

Он посмотрел на неё в упор, и из серых прозрачных глаз наконец хлынули слёзы.

— Дэини, что я мог сделать такого? Что и кому? Если всё в этой жизни не просто так… За что это?

Настя никогда не видела Эливерта плачущим. Гордый, язвительный, сильный. Сложно было представить, что он способен слезу пустить.

А вот так! Надрывно, горько, мучительно, скрючившись, сжимая голову руками, будто раздавить её пытался.

Настя от жалости и ужаса сама заревела тотчас.

— Иди сюда! — судорожно всхлипнула Дэини.

Обняла, словно малое дитя, и он покорно уткнулся ей в плечо, захлёбываясь в этом безграничном горе.

— Дэини, я не могу больше! Просто больше не могу! — горько шептал он сквозь слёзы. — Сдохнуть хочу! Ты бы слышала, как она кричит по ночам! Я с ума сойду… Не могу больше! Не могу…

— Тише, тише!

Настя гладила его по спине, по голове, баюкая в своих объятиях. Первый раз утешала его она, а не наоборот, первый раз видела таким. Она сама заливалась слезами, но чувствовала, как вместе с этими бессильными злыми выкриками из него выходит губительный яд скорби и отчаяния.

— Поплачь, родной! Я с тобой. Слышишь? — приговаривала Настя шёпотом, сквозь судорожные всхлипы. — Я с тобой, родной мой! Плачь! А умирать тебе нельзя, никак нельзя! Как же мы без тебя? Граю, как? Тише… Я с тобой! Слышишь? Ну, тише, тише…

Кайл, Наир и Граю подошли к дому, обсуждая что-то громко и возбуждённо. Должно быть, встреча с оленёнком всё-таки состоялась.

Настя скользнула им навстречу с крыльца и предостерегающе приложила палец к губам. Троица сразу затихла.

— Уснул папка твой, — шёпотом пояснила она малышке. — Давайте ещё погуляем! Пусть отдохнёт…

— Пусть! — отозвалась Воробышек столь же тихо.

И они на цыпочках отошли подальше.

— Эливерт теперь почти не спит, — вздохнула Граю совсем по-взрослому. — Из-за меня. Я ночью просыпаюсь. Мне снится, что маму опять убивают. А он всегда рядом сидит. Ну… чтобы я не боялась… Потом бывает чуточку подремлет. Совсем со мной измучился!

— То-то я смотрю, от него одна тень осталась, — Настя поймала вопросительный взгляд Кайла, состроила гримасу — дескать, потом, всё потом. И снова обратилась к девочке: — Граю, Эл сказал, что ты пока с нами поживёшь… Я очень этому рада! И Кайл тоже. Правда, милый?

— Да, папка меня не хочет с собой брать злых дядек искать, — сердито поджала губы девочка.

— И меня тоже. Придётся тут нам его дожидаться, — усмехнулась Дэини, хотя в горле до сих пор комом стояли слёзы. — А ты уже познакомилась с дочкой Фрейи? Нет? Мальчики, как так? А ну-ка идём все к ним в гости! У Бретты, знаешь, кто есть? Настоящая ручная белочка.

— Ого! — просияла Граю. — Здорово!

— А Наир пока к сестрице своей сходит. И попросит её какое-нибудь зелье сварить от ночных кошмаров, да? Чтобы Воробышек наш крепко спал по ночам… — Настя улыбнулась лэгиарну и добавила уже совсем тихо: — Прямо сейчас пойдёт и попросит, пока его друг Ворон ноги не протянул от этих бессонных бдений!

Эливерт выполз на крыльцо, присел рядом с Дэини. Вид у него был сонный и помятый, но уже куда более живой.

Вифриец покосился на Рыжую, боднул её плечом слегка.

— Спасибо! Полегчало… — Он посмотрел по сторонам. — А доча где? И все остальные? Как-то я вас так нагло из дома выселил на полдня… Совестно даже.

— Выспался хоть?

— На неделю вперёд.

— Они пошли опять оленёнка кормить, — ответила Настя. — А мы сейчас к Миланейе сходим.

— Зачем это? — хмыкнул вифриец.

— Затем, — сердито бросила Рыжая. — По ночам спать надо. Ты себя этак загонишь. Пополам скоро сломает. Тебе ещё силы понадобятся — неизвестно, куда путь заведёт.

— Да я ожил уже. Всё. Честно! — Эл снова покосился на Настю. — Я больше не буду так тебя пугать.

— Ты меня не пугаешь, — вздохнула она. — Мне просто очень больно, потому что я вижу, как больно тебе. Всё равно пойдём! Она для Граю какую-то штуку сделала, чтобы ей кошмары не снились.

У Эливерта сразу изменилось выражение лица.

— Ладно, пойдём!

Но вопреки сказанному он остался на месте, не сводя глаз с её лица.

— Что? — смутилась Дэини.

— Я, оказывается, соскучился до безумия. Мне вас всех не хватало просто ужасно, даже твоего рыцаря. А уж тебя… особенно! Как славно, что я сюда вернулся…

Она вместо ответа только провела по его щеке кончиками пальцев, пробежалась осторожно по линии шрама, потом сжала его руку, поднимаясь стремительно.

— Пойдём!

— Не томи уже, Дэини! — не выдержал Кайл. — Выкладывай, что разведала…

— Ничего нового, — Настя невозмутимо разливала по кружкам чай. — Кроме того, что мы и так уже знали, Элу ничего неизвестно. Он собирается искать убийц. Вот и всё, что он мне сказал. Ну и за Граю попросил приглядеть.

— Как так? — удивился полукровка. — Есть же у него предположения какие-то, план…

— Милый мой, ну какой план? Ты что, сам его не видел? Я вообще не понимаю, как он до Лэрианора добрался…