Чтение онлайн

– Есть накрытие. Ещё два полных залпа туда же.

Мины разрывались в верхних ветвях, редко кто пролетал свободно до земли, но и этого хватило, множество осколков облаками усеивали всё вокруг, так что диверсантам хватило. Следующие два залпа окончательно закончили с ними. Трое только отбежали и упали ранеными. Один всё полз, волоча ноги, явно в шоке. Через полчаса подойдут цепи прочёсывания истребительного батальона, и обнаружат их.

– Прекратить огонь! – подбегая, заорал какой-то капитан-артиллерист, с красным лицом выпивохи. Или давление высокое.

– Огонь прекращён, – сообщил я. – Вы вообще кто?

Расчёты действительно проводили осмотр миномётов, готовясь проводить их обслуживание после стрельбы. Сам я писал письмо командиру батальона, в каком месте накрыл диверсантов, чтобы сократить время прочёсывания, рядом стоял посыльный от батальона. При мне их трое было, верховые, другой связи не имелось.

– Капитан Краснов, инспектор от артиллерийского управления штаба фронта. Меня послали проверить как вы командуете ротой.

– Не доверяют? – усмехнувшись, спросил я, изучая приказ, что имел Краснов, он действительно инспектор.

– И правильно делают, как я вижу.

Тот начал снимать стружку, указывая на множество ошибок. Ну и остальное. Самое интересное, тот свернул позиции, мы погрузились на машины и вернулись в Брянск. До него двадцать километров было. Капитан ехал на штабной «эмке», ему временно выделили. Ну рота сразу в казармы, я приказал принять обед, время позднего обеда было, и дальше по распорядку, а мы с Красновым в штаб фронта. Если проще. Капитан меня подсидел, он только из госпиталя, а тут неплохое и тихое место, вот ему кто-то из штаба фронта и помогал. Тот командующему артиллерией фронта исхаял в устном пояснении, как я плох на роте, но оно и ясно, я пулемётчик. А не миномётчик, поэтому меня сняли с командования, и роту получил этот самый Краснов. Зиновьев, что с нами был, пытался возражать, но ему слова не дали. Лично я без возражения встретил это решение. Что не делается, всё к лучшему. Тем более бонус я получил, старлеем стал. Новое назначение скорее порадовало, чем огорчило. Направляли меня вовсю ту же Сто Тридцать Вторую стрелковую дивизию, командиром пулемётной роты в Шестьсот Пятый стрелковый полк. Дивизия вырвалась из окружения и соединилась с войсками, сейчас во втором эшелоне спешно доукомплектуется личным составом и вооружением, так что опытные пулемётчики там нужны, а я себя опытным считал.

Я снимал квартиру рядом с казармами и жил там. В принципе ничего забирать мне в распоряжении не нужно, но я всё равно посетил казармы для официальной передачи командования Краснову. На этом всё, тот принял подразделение, а я покинул территорию казарм. Двинул быстрым шагом в сторону южного выезда из города. Дивизия недалеко от города Севск, надеюсь попутную машину поймать. Там регулировщики работали, они и помогли, посадили на попутную машину от Политуправления, газеты везли, так что сидя на пачках газет, держась за дугу, да дождь мелкий пошёл, дорогу сразу развезло, мотало, но машина крытая, на пачки газет особо не падали капли. Хм, одну пачку незаметно прибрал. Пригодится. Газета на фронте всегда в дефиците. В кузове ещё трое было, два политработника и боец-фотограф, они не видели, как я это сделал. Воспользовался моментом. Сам я тоже в шинели, похолодало, в гимнастёрке одной не походишь. Всё вокруг уже жёлто-зелёное, осень активно берёт природу вокруг в свои руки. Я кстати не обедал, но пока машину ждал утолил голод кашей, и чаем с бутербродами. Каша от поварихи из Вологды. Молочная, пшённая, а бутерброды мои, сам булки нарезал, масло и пластинки сыра сверху. Вкуснятина. Колбасу пока экономил, всего один круг из пяти использовал. При том дефиците что вокруг стоит, я живу как принц. Да, я так считал. Кстати, Афанасьев поинтересовался, отчего меня снимают. Так и объяснил, подсидели, Краснов решил отжать подразделение и у него получилось. Я всегда честен с людьми.

До самой темноты в дороге были, тут уже сухо, дождь полосой прошёл, меня высадили, и старший политрук, что в кабине сидел, приоткрыв дверь, махнул рукой в сторону дальнего леса:

– Там деревня, найдёшь свою дивизию. Бывай.

Козырнув в ответ, я махнул рукой в прощании, и поправляя лямки сидора, направился по тропинке в сторону леса. Дорога туда тоже наверняка есть, но меня высадили у тропинки, и она вилась в нужную сторону, так что проблем я пока не видел. Когда тропинка слилась с укатанной полевой дорогой, пошёл по ней, и там в тени леса обнаружил пост, армейский. Меня проверили, довольно грубо, даже досмотрели сидор, что уже беспредел. Но командовал на посту капитан, и он из моей дивизии. Так сопровождающий до деревни довёл, где и был штаб. Меня быстро оформили, сам полк тут же на опушке обустроился, так что ввели в штат. Вот только роты нет. Семь бойцов и я, без вооружения, лишь личное. А в таком виде дивизия вырвалась из окружения. Да от полка осталось едва триста бойцов и командиров. Сейчас восемьсот, и то потому что несколько маршевых рот приняли, но и этого мало. Я с бойцами успел познакомиться, там всего один сержант был, младший командир, как дивизия срочно сорвалась, и колонной по той дороге, по которой я пришёл, пошла на Брянск. Ночью. Похоже немцы двинули, а дивизия не боеспособна. Тут соглашусь, воевать нечем. Из ротного имущества две повозки, и всё, и то раненых и имущество полка перевозят на них.

Обдумав появившуюся вдруг идею, обмозговал её, целых пять минут на это потратил, и оставив бойцов роты на сержанте Крутилине, побежал вперёд, нагоняя штаб полка, он чуть впереди был. Мне комполка нужен.

– Товарищ майор, разрешите обратиться?

– Ты кто?

– Никитин, сегодня прибыл, принял пулемётную роту первого батальона.

– А, вспомнил, был такой с медалью. Герой, да?

– Да, товарищ майор.

– Что хочешь?

– Пулемётов нет. На складах старьё осталось. Разрешите своими силами пополнить роту вооружением. Есть пара идей. Дней пять мне понадобится, но двенадцать станковых «Максимов» добуду. Может и зенитную установку, но для роты. Приказ письменный нужен. И ещё, товарищ майор, когда я вернусь, вы наверняка попытаетесь отобрать часть добытого, мол, передайте в другие батальоны, там ничего нет. А мне, бл*ть, нас*ать есть или нет, пусть их командиры жопы от лавок оторвут и достанут всё что им нужно. Я достал, и они смогут. Поэтому, если прикажите, уверен попытаетесь, я всё что передать потребуете, утоплю в реке и мне похрен на последствия. Моё это моё. На моей шее в Рай не въехать. Это всё что я хотел сказать. Да, где вас искать потом, тоже сообщите.

Майор меня внимательно выслушал, и банально послал на хутор бабочек ловить. Если проще, добро он не дал, велел вернуться в ротную колонну. Ха! Не удивлён что мы отступаем, с такими-то командирами. Я себя не хвалю, может я ещё хуже? Но вот такие мне не нравятся. Хм, похоже мне не нравятся люди, что стоят у меня на пути и мешают моим планам. Да, так оно вернее. А добыть вооружение я собрался с немецких пунктов сбора, уйти к ним на территорию, големы помогут всё провернуть. Ещё и роту до полного пополню за счёт освобождения пленных. Даже жаль, что ничего не вышло. Однако я вернулся обратно, пришлось в стороне одного голема поднимать, да темно так, что ничего не видно и тучи низкие. Определив где рота, ночное заранее голема использовал, присоединился, снова приняв командование, голема деактивировал, и мы так и шли. Я хоть и потренировался пока миномётчиком был, но после госпиталя для меня такой марш-бросок всё же вышел тяжёлым. Мы всю ночь двигались, ещё под дождь попали, я на шинель накинул плащ-палатку, полегче было, но отмахали за ночь почти на семьдесят километров. Дивизии они очень тяжело дались, но утром втянулись на улочки небольшого городка. Командиры указывали какие здания занимать, городская баня готовилась, помывка будет. Похоже мы тут задержимся. Это действительно так и было, штаб дивизии вышел на связь с штабом армии, и начали снова поступать пополнения, вооружение. Старьё. Даже в мою роту, на второй день как прибыли в городок, а было второе октября, и то до тридцати бойцов довели, четыре младших командира теперь, ротный старшина появился, и главное, два станковых пулемёта. Это были «Гочкиссы». Пулемётов больше доставили, но распределили так, чтобы все пулемётные роты хотя бы по паре машин получили для изучения. И патроны. Обратно повозки наконец получили, есть на чём патроны и пулемёты перевозить. Два расчёта сформировал. Они изучают это оружие. Пока порядок.

Так всё и шло до четвёртого октября, роте ещё три «Гочкисса» дали, людьми пополняют, когда меня срочно вызвали в штаб дивизии, минуя штаб полка. Посыльного прислали. А я как раз дежурным по полку был, пришлось передать дежурство. Заинтриговали, так что поспешил к зданию, что штаб занимает.

– Лейтенант, вас отзывают, – ошарашил меня начальник штаба дивизии. – Вот приказ и направление. У старшины получите продпаёк в дорогу. Отбыть немедленно.

Честно говоря, удивил, так удивил. Думал комполка слил, мол, вооружение и пулемёты достать смогу, но похоже командованию на это плевать, государство обязано обеспечить, вот и ждут, когда оно сделает это. Просто это единственное что пришло в голову, никаких косяков за собой не видел, как и причин меня так срочно вызывать. А тут вон оно что, на другое место службы направляют. Это кто так мной заинтересовался, что такие переводы легко оформляет? Надо бы отблагодарить. И это не в хорошем смысле. Мне в дивизии нравилось, ротным быть, а тут выдёргивают с нагретого места и в холодную ночь пинком. Это кому такое понравится? Ну не мне точно. И не в командировку, на время, а полный перевод, выводят из личного состава дивизии. Точно «отблагодарю» того, кто принял это решение. Не сразу, сначала узнаю куда это меня дёрнули. Пока известно, что в штаб нашего фронта, там к какому-то полковнику Пахомову должен прибыть. Получил сухпай, сдал роту старшине, средних командиров в роте пока нет, и меня на попутной машине, а из штаба дивизии шла, интенданты ехали, направили куда нужно. Не в Брянск. Штаб фронта уже в другом месте. В последнее время дождей много было, ночью шёл, даже меня пытались привлечь толкать машину, когда пару раз капитально застряли, но я демонстрировал справку от врача, и ждал в стороне. Так и ехали.

Выехали мы в час дня, я и пообедать успел, два часа в дороге, скоро стемнеет, час, полтора, когда тональность машины изменилась и та остановилась. Странно, ей ещё час ехать, это точно. Штаб фронта в маленьком городке устроился, вроде того, что наша дивизия заняла. Тент у заднего борта откинули, там два бойца, и командир НКВД, лейтенант госбезопасности, судя по шпалам. Бойцы с новомодными «ППШ» были. Лейтенант быстро и насторожено осмотрев всех, кто был в кузове, а кроме меня ещё трое, и скомандовал:

– Покинуть кузов для досмотра и проверки документов.

Ясно, на посту нас остановили. Это не патруль, стационарный вроде. Понятно я сразу напрягся, что мы, что немцы любят ложные посты использовать. Поэтому убрал вещмешок, документы и даже пистолет в хранилище, покинув машину одним из последних, внимательно изучая пост. Встал к левому борту машины, тут все кто ехал плечом к плечу стояли. Да не понятно, наши или нет, с виду как настоящий пост. Впрочем, это немцы оказались, наставили оружие, быстро разоружили по одному, документы забрали. Только насчёт меня ругались, пустой, но узнав, что я перевод получил, закивали, такое может быть. И нас под охраной, шесть человек, повели вглубь леса, «Зис» взревел за спиной движком, и шум мотора начал удаляться. Возможно из-за машины нас остановили. Сейчас ножами отработают, и уедут на грузовике. Я готов был, в любую минуту големов вызвать, они этих диверсантов на раз раскатают, но пока не спешил. Пытался понять, что им надо. Хотя у пленного выясню, нечего тянуть. Три голема поднялись с разных сторон, а тут почва не только листвой покрыта, но и мхом, и казалось это сама земля изверглась. А големы способны двигаться, глаз не уследить, правда долго я их в таком темпе держать не могу, максимум минут пятнадцать, но всех вражеских солдат те уничтожили. Интендант третьего ранга, старший в нашей машины, заорал:

– Бежим!

И они рванули в разные стороны. Ну-ну. Я прибрал два «ППШ», с запасными дисками и патронами. Да всё ценное с противника, даже документы вернул убежавших, и поспешил следом за машиной. Големов я деактивировал сразу как уничтожил диверсантов, нечего время тратить. Их семеро было, нас сопровождало. А всего на посту насчитал двадцать два. Наверное, самолётом доставили. У всех форма НКВД. Ещё не отучились её использовать. Отстойник, куда грузовик отогнали, был недалеко, в километре, так там я пост големами взял и отстойник навестил, всего одна машина, только начали работать. На машине доехал до ложного поста, тела убитых диверсантов в кузов, и покатил в сторону штаба фронта. То, что в лесу те пятеро бродят, меня не волновало, наткнутся на наших, опознаются. Главное диверсантов всех положил. Добрался. Пришлось изрядно рапортов писать в Особом отделе. Как взял, как отбились, где пять оставшихся с машины. И всё такое. До полуночи мурыжили, чуть не поэтапно наши и мои действия вели. Похоже утром поедем к месту схватки. Те семь тел, которые нас вели, как лежали в лесу, так и лежат. Это остальных в кузов машины закидал для опознания. Причём изрешетил тела из «ППШ», а то травмы не совместимые с жизнью, а это след. Их кстати ловили, второй день как к нам в тыл забросили. А один из группы сбежал и к нашим вышел. Он и опознавал. Заодно выяснил для чего меня в штаб фронта вызвали, да ещё переводом. Мата не хватает.