Чтение онлайн

Дальше легче было и как видите, даже приятно. Да, конечно подкармливал себя, тут в госпитале еда среднего качества, мухлевали снабженец и повар, поэтому добирал своими запасами.

Впрочем, не сильно, хватало и госпитальной еды. С другими не делился, и причина банальна. Объяснить не смогу откуда, да ещё на постоянной основе.

Попрощавшись с парнями, с вещмешком за спиной, я направился в сторону рынка. Деньги есть, можно рыбкой закупиться, как и хотел. Кстати, из свежих новостей, то меня повысили в звании. Старший лейтенант я теперь. Узнал, когда тут в госпитале лежал. Из секретариата сообщили, а их уведомили из штаба нашей армии, та побитая, но вышла из окружения. Думал вернусь в её состав, а тут направление в другую армию. Хотя логично, на югах лечился и воевать тут буду. Хотя и моя армия тоже не так и далеко. Странно всё. Да, в удостоверении информацию сменили, в комендатуре города это сделали, и в петлицах полевой формы, что на мне, пусть со всеми наградами, было по три кубаря. А так петлицы танкиста, как и должно быть. Мне в госпитале, когда направление выдавали, выдали и бумагу, по сути билет на ближайший поезд, с указанием, когда тот уходит, так что два часа есть. Поезд не военный, пассажирский. Место в купе. Рынок посетил нормально, конечно наградами светил, привлекал внимание, часто останавливали, расспрашивали и благодарили, ранее я их так не носил, но ничего. Мне воблы, да ещё отличной, с икрой, отобранной, бесплатно продавец дал, восемь кило. Так что поблагодарил и двинул к вокзалу. А вот уехать не удалось. Меня на перроне, стоял и ждал, когда поезд подадут, сыскал незнакомый старлей, со стреловыми эмблемами.

– Лейтенант Ковригин? – уточнил он у меня

– Гвардии старший лейтенант, – поправил я того, причём правильно поправил, наша танковая бригада была гвардейской, и значок я носил по праву.

– Так точно, – козырнул тот. – У меня для вас приказ, направление ваше аннулировано.

Я матюгнулся, но вздохнув, пошёл с ним в комендатуру. Старлей, его фамилия Иванов, не обманул, действительно пришёл приказ на смену направления. Это кто такой мне под руку бьёт? Я уже настроился на югах воевать. Да, приказ с направлением на северный участок фронта. Если проще, то на Калининский фронт, Тридцатая армия. Более того, мой непосредственный командир тут же в Астрахани находиться. А Иванов его адъютант, то-то от меня не отходит. Это был генерал-майор Хетагуров, начальник штаба армии. Собственно, он и сейчас был начштаба. Не снят, просто серьёзно заболел и его на юг лечиться отправили. Месяц лечиться, причём в санатории рядом с нашим госпиталем. Пока же генерала отзывают, а тут ему срочно свободный переводчик понадобился, про меня и вспомнили, поймали в самом конце, на перроне по сути. Я же недоумевал, чего этому генералу надо? Помнится, эта армия на Ржев наступала, бойня там была. Меня же отвезли на аэродром, где нас ожидал «Дуглас», старый и латанный. И вот уже через час взлетели. Мне же выдали портфель, и приказали перевести документы на русский, и дать описание кратких обозначений, что делали немецкие офицеры. Надо сказать, информация очень важной была, тут и карты со свежим расположением немецких войск, похоже связника взяли. Может самолёт с офицером-связи у нас приземлили? Однако, как эти документы и карты у генерала с Калининского фронта оказались, осталось только гадать. Причём, тут частично и Ржев был, хотя и не полностью, южная часть, поэтому интерес генерала был понятен. И пока мы летали я работал, не раз подобное делал, всё знакомо. Если что интересное, а такого хватало, то Иванов относил генералу, как я заканчивал перевод.

Отдохнуть не вышло, всё время пока мы в пути были, больше трёх часов, стороной облетели места боёв под Сталинградом, я работал. Посадку совершили на тыловом транспортом аэродроме. Тут рядом штаб фронта, туда мы на двух машинах и направились. Генерал с бумагами и тем, что я успел перевести, да почти закончил, в оперативный отдел штаба, информация свежая и одна должна работать. А мне велели оформляться. Молодцы, привезли и бросили. Дежурный изучил мои бумаги и объяснил куда мне надо. Так что быстро попал к нужному командиру в звании подполковника.

– Отлично, – обрадовался тот, изучив моё направление. – Идёшь командиром роты в Сто Пятьдесят Третью танковую бригаду, Пятьдесят Второй армии. Как раз заявка на командира пришла. Меньше часа назад.

– Так я переводчик, какой командир роты?

– Переводчик? – удивился тот, и внимательно вчитался в направление. – Действительно, переводчик по специальности. Командовали бронетехникой?

– «БТ-пять» и «БА-10М», – подтвердил я.

– Значит специфику знаете, – снова придя в хорошее настроение, сказал подполковник.

На мои возражения и что я гвардеец, а бригада нет, тот рявкнул, и велел ждать в коридоре, так что оформили, в штаб бригады о пополнении сообщили, бумаги на руки получил. Сутки давались чтобы до неё добраться. Тут сто километров где-то, я узнал у дежурного, он же и машину нашёл, в дивизию что рядом с бригадой стояла, контрразведчики ехали. Так что направился искать эту попутную машину. Вот ведь вляпался. Козёл этот генерал, с собой прихватил и из-за него в боевые части попал, а тут Новгород, тоже задница. Ещё и места такие, танки применить сложно, леса, болота и низины затопленные. Вязнут и тонут они. Доехали за несколько часов, в пути пообедали, я тоже варёных яиц и сала, да рыбки астраханской на общий стол выложил. В тени одинокой берёзы встали, пообедать. Время два часа дня, те тоже поесть не успели, запарка со сборами была, вот отъехали от штаба и встали. Лучше поздно, чем никогда. Ну а там дальше по дорогам и до нужного места. «Полуторка» дальше, а мне на перекрёстке налево, как сообщила регулировщица. Тут уже леса, так что пошёл по разбитой лесной дороге, иногда доносился из леса смрад разложения. Чуть позже мотоциклист, из посыльных, подвёз, как раз в штаб бригады. Ну и оформление. Тут тоже слышать не хотели. Какой переводчик? Нам ротный нужен, и мы его получили. Тем более Герой, разве не хочешь настоящим танкистом стать? Батальон куда меня направляли, вооружён был танками «Т-70». В боях подразделение ещё не было. Отлично, я может ротой в прошлой жизни и командовал, но там тяжи, «ИС-2» были, а не эти недомерки. Впрочем, для этих мест машина вполне годиться, мне только моторная часть не нравиться, спарка из двух движков. Ненадёжная штука, что кстати, многие танкисты признавали.

Около недели я обустраивался, обживался, уже три дня как ведём боевые действия. Хотя наступать не получилось, река Волхов не давала, но били противника, что радовало. Кстати, пару раз против нас выходили испанские добровольцы той дивизии, что сформирована была именно из испанцев. Даже название имела, «Голубая дивизия». Местные не понимали почему я на это название посмеиваюсь и называю испанцами гомиками. Меня сняли с командования ротой. Причина банальна, меня вдруг арестовали, да ещё работала в контрразведка фронта. Я вообще без понятия чего им надо, косяков за мной нет, за три дня боёв ни одну из восьми машины в роте не потерял. Арестовали, моя машина как раз из боя вернулась, на пополнение боезапаса, вели прицельный обстрел укрепрайона противника на другом берегу, а тут это. Вылез из машины, спрыгнув на корму, начал вытирать потное лицо, а тут сдёрнули и упаковали. Да ловко так. Ещё коленом ударился, и сейчас болит. Ничего не объяснили, документы и всё важное изъяли, награды нет, в хранилище держу, и сначала в штаб фронта, а там и в Москву. Получается я только через двое суток после ареста узнал причину, когда следователь спросил:

– Ваше имя, фамилия, должность?

– Старший лейтенант Ковригин. Командир роты второго батальона Сто Пятьдесят Третьей отдельной танковой бригады.

– Чудненько, – улыбнулся майор. – А это кто?

Указал тот на дверь, в которую зашёл паренёк, лет двадцати, измождённого вида, но в новенькой форме без знаков различий.

– Не знаю, впервые вижу.

– А это Игорь Ковригин, сержант бронетанковых войск. Ехал по распределению из училища в Девятнадцатую танковую дивизию, да вот не доехал.

Я сам в недоумении был, поэтому пожал плечами, сообщив:

– Майор, вы же знаете мою историю. Что мехвод в бараке с пленными сообщил, после потери памяти, так и представился. Форма сержанта на мне была, документов нет. А кто я на самом деле, без понятия.

– Кто из вас настоящий Ковригин, уже известно. Знакомые из Тамбова, опознали сержанта, а вот кто вы, нам неизвестно, – обратился ко мне майор, на что я снова пожал плечами, сам без понятия.

Да я в шоке был вообще от подобной ситуации. Майор это видел, велел мне встать, и настоящий Ковригин долго всматривался в моё лицо, пока с сожалением не покачал головой.

Тот меня не узнавал, и я не из тех, кто его вырубил и с поезда при движении выкинул, с откоса катился. Он умереть должен был, но очухался с ножевым ранением, даже до больницы добрался ближайшей, где и попал в плен, как немцы район заняли.

Тот и не скрывал, что младший командир-танкист. А бежал этим летом, и даже добрался до наших, с десятком других беглецов, кому удалось сбежать. А тут началась проверка, и оп-па, такой Ковригин уже есть, и пошла проверка дальше. Ну и вот чем всё закончилось. Я под следствием. Сам в недоумении. Это в кого я попал, в диверсанта вражеского?

Весело насвистывая, я помахал рукой охране здания суда, где только что заслушал решение военного суда. Меня только сегодня привезли из лагеря, где почти год сидел, и двинул по брусчатке в сторону перекрёстка, надеюсь там добраться до ближайшей городской бани Москвы.

Я в подмосковном лагере содержался, недалеко. Шёл по обочине, всё же веселые апрельские ручейки уже во всю шумели, сорок четвёртый год вокруг стоял.

Я действительно был доволен. Был бы больше довольным, если бы до сорок пятого продержали, но нет в жизни счастья, раньше выпнули. Наконец следственные мероприятия по мне были закончены, и вот я освобождён прямо из зала суда, да ещё с сохранением звания и наград, мол, я их честно заработал. Меня до середины весны сорок третьего в подвалах Лубянки держали, а дальше перевели в этот лагерь, на год, и вот я ожидал решения суда. Долго тянули. Вообще со мной не понятно было, многие уверены, что я вражеский агент. Но может и действительно сержант РККА, что потерял память, а тот мехвод, солгал, тем более в моей службе и боевых действиях ничего плохого замечено не было, только хорошее. Да, вспомнили что я дважды по три дня пропадал из санатория в Адлере, поэтому вопросу тоже интересовались, и настойчиво. Честно скажу, особо меня не ломали, нет, физическое воздействие применяли, но даже все зубы целые. Мол, вспомнишь сволочи кто ты на самом деле. Да нечего вспоминать, не помню. Вот до лета сорок третьего следствие и шло, а потом про меня как будто забыли, пока я в лагере находился. Чего так затягивали, не знаю. Но меня через фотографию старательно пытались опознать, может кто-то узнает? Даже в газетах давали фото. Не побоялись, что если я настоящий агент, немцы узнают. Никто не опознал меня. И в зале суда всё решилось. Даже имя и фамилию оставили прежними. Да все меня под ней знали. Так чего менять, если неизвестно кто я на самом деле?

Вот так и шагал, в потрёпанной красноармейской форме без знаков различий, в лагере выдали. Бумаги в кармане, старый вещмешок за спиной. Свобода. Наверняка за мной следить будут, но плевать. К сожалению, нанять какую пролётку или машину не получилось, или заняты или далеко проезжали, так что поспрашивал у местных и те показали где ближайшая городская баня. Было седьмое апреля, пятница. Я даже с некоторым удовольствием прогулялся. Пусть в пятницу в этой бане был женский день, ничего, в отдельный зал отвели, я доплатил, он пустой, там намылся хорошо, дважды посетив парную. Я так понял это зал для начальства. После этого свежий, в постиранной прачкой бани форме, нательное бельё тоже постирали, портянки, смыл с себя лагерь, я и двинул в Автобронетанковое управление. А я за ним числюсь. Ну или числился. Два часа в бане провёл, хорошо. Время три часа дня уже было, когда на пролётке доехал до здания управления. Дальше по старой схеме, знаю её из прошлой жизни. Разве что Лубянку миномётом долбить не собираюсь, я им скорее благодарен за полтора года отдыха. Восстановление удостоверения, посещение фотографа, заселение в служебную гостиницу, форму выписал со склада, личное оружие получил. В военкомате побывал. Всё это не особо торопясь, двое суток делал. А куда мне торопиться? Документы получил, награды одел. Кстати, орден «Ленина» нужно будет сменить, на новый образец, с колодкой. Тоже этим занялся, потратив ещё сутки. Однако всё же получил направление в полк. Наверное, не угадаете. Меня направили в отдельный гвардейский тяжёлый танковый полк прорыва. На «ИС-2» воюет. Командиром роты. Полк тут, у Москвы на пополнении.