Чтение онлайн

— Спал, — пояснил я тому, натягивая сначала нательное бельё, потом форму, сапоги, ну и встал, застегнув ремень с портупеей и надев фуражку.

Заодно свернул лагерь, старшина уже быстро меня оглядел, к дороге двинул, так что незаметно прибрал тент, по нему нас похоже и нашли. Хотя я вровень с ростками пшеницы сделал навес, но цвет не совпадал. Так что сидор за спину, шинель накинул на изгиб левой руки и вышел на полевую дорогу, где было с десяток бойцов старшины. Трое уже дальше ушли, а на горизонте видно колонну стрелков, шли к нам по этой полевой дороге. Похоже какая-то отступающая часть. Вот и спросил у старшины, поправляя левой рукой лямки сидора:

— Какой полк отходит?

— Остатки дивизии, — поправил тот меня. — Едва тысяча бойцов, вот и дивизия. Я дальше, у меня приказ вести разведку по пути движения, оставлю вас с бойцом, там комдиву и сообщите кто и откуда.

Старшина уже проверил мои документы, направление на службу в Четвёртый мехкорпус, вернул и козырнув, поспешил следом за своими бойцами, оставив со мной самого молодого, но видно, что уже тёртого разведчика. Ничего, подождали, пока колонна не подойдёт, почти сорок минут стояли. Мы с разведчиком чай с бутербродами заглотили, тот голоден, в дивизии проблемы с припасами, жадно поел. Впереди какой-то полк дивизии, едва несколько сотен штыков, пока обоз не пошёл. Тут же и штаб дивизии. С пролётки спрыгнул моложавый генерал-майор, усталым взглядом осмотрев меня, и спросил:

— Кто такой?

— Техник-интендант первого ранга Савельев, направлен Главным управлением тыла РККА, в Четвёртый мехкорпус, в службу снабжения.

— И где этот корпус?

— Не знаю. Сообщили что где-то у Тернополя, но добраться не получилось. Несчастный случай с самолётом. Я из Москвы самолётом летел, и он упал, загорелся.

— Это как? — удивился тот, подошедшие командиры штаба, при этом части дивизии и обоз шли дальше, тоже стали слушать.

— Я спал и многого не видел, но со слов очевидцев, штурман крутил в руках гранату, ручную, и она взорвалась, оба погибли, он и пилот. Начали искать кто управлять самолётом умеет, выяснилось, что только я. Проверил, а управление повреждено, штурвал не реагирует. А парашюта только три. В салоне полтора десятка командиров, один генерал. Так я посоветовал на троих надеть парашюты, остальные ремнями пристегнуться к ним, и прыгать. Я пока с управлением боролся, глядь, а никого и нет, спрыгнули. Пришлось думать, как спастись. Убавил мощности моторам, отчего самолёт стал снижаться, планируя, обложился в хвосте мешками с почтой, и так самолёт плавно и плюхнулся на поле, на брюхо по сути. Развалился, но я смог из горящих обломков выпрыгнуть. Вот, уже вторую неделю добираюсь до своих. По тылам у немцев пошукал, добыл немалого, надо будет передать в мехкорпус, когда его найду, а пока вот на пути. Танк добыл, хочу найти танкистов, и на нём через передовую к нашим. Пока такие планы, товарищ генерал.

— Ясно, — закончив изучать мои документы и направление, передал их подполковнику, как я понял, это начальник штаб дивизии, и добавил. — Оформи к нам снабженцем. В Семьсот Девяносто Первый полк. ПНШ.

— Товарищ генерал, я вообще-то мехкорпус не просто так направлен, имею знания и возможности снабжать части бронетехникой и всем сопутствующим. Там своя специфика. А стрелки — это стрелки, тут любой справиться.

Я не хотел в эту дивизию снабженцем. Нет, неприязни или чего такого не была, просто я настроился именно в снабженцы механизированных частей, там своя специфика, да и добытое именно больше им нужно, а тут такой финт. Даже уже начал жалеть, что не повезло, раз с этими окруженцами встретился.

— Выполнять! — гаркнул вдруг генерал, отчего-то разозлившись.

Пришлось молча козырнуть, что оставалось делать, я был не в том положении чтобы дальше спорить. Да и видно, что генерал не из тех что терпит подобные возражения. Из самодуров, как я понял. Начштаба дивизии отошёл к своей пролётке, там писарь, начали оформлять меня. Генерал же, попив воды, боец-ординарец в кружке подал, и уже спокойным тоном спросил:

— Где танк?

— Какой танк, товарищ генерал-майор? — стоя по стройке смирно, позволил я себе поднять в удивлении одну бровь.

— Который ты нашёл и снарядил. Сам сообщил.

— А вы, извините, кто?

Тот в недоумении был, как и часть командиров, но ответил:

— Комдив, я же уже представился.

— Хорошо, вы комдив, вот и командуйте своей дивизией дальше. А я полковой снабженец, мой командир, начальник штаба полка, я ему подчиняюсь. Прикажет танк в штат полка передать, передам, если по штатам в полку танки числятся. Но только полка. У вас вон свои снабженцы вижу стоят, двое, добывать технику и снаряжение для дивизии, это их работа.

По мере того как я говорил, головы командиров поворачивались ко мне, и с удивлением изучали, как будто какую неведомую птицу высокого полёта. Четыре пролётки на которых они двигались, стояли у обочины, ожидали, а дивизия шла дальше. Почему я голос подал, да всё по той же причине, я не желал тут служить. Я больше принесу пользы как снабженец именно механизированных частей. И что лучше, держать в полных штатах танковые дивизии или задрипанную разбитую стрелковую часть? Нет, наши конечно пока не умеют применять танковые и механизированные части, тупо кидают на убой, в лоб, думая, что сила силу ломит, а уже столько техники потеряли, что не по себе становиться. Уже выгребают из центральных областей запасы, но скоро снабжать их будет нечем. Кроме той части, где я буду служить, и немцы от этого понесут потери, и немалые. Всё же наши командиры учатся воевать, получая реальный боевой опыт. Поэтому я не видел себя в стрелковых частях, от слова совсем. Поэтому проще разругаться с командованием дивизии, получить назад свои документы, и расстаться. По-хорошему, или по-плохому, как получиться, но я желаю разбежаться с ними. Нечего мне тут ловить. Что-что, а с этой встречей мне не повезло, это факт. А вот генерал орал так, что уши закладывало. Чего ему не понравилось в моих словах, не знаю, но факт остаётся фактом. Ну и генерал, явно поймав псих, серьёзно так осерчав, принял решение не просто оставить меня в дивизии. У меня сняли звание. Нет, я не стал техник-интендантом второго ранга, коим Сашка был до моего попадания в его тело. Я стал старшиной, и меня оформили в первую роту первого батальона того же полка, ротным старшиной.

Документы не вернули, выдали временную справку, что я назначен на такую-то должность, так что один из командиров заставил бежать бегом, нагоняя дивизию, и до штаба полка. На телеге ехал штаб, там оформили, а потом познакомили с ротой. В этой роте восемнадцать бойцов, командует ею сержант. А так как я стал старшим по званию, то и принял роту. Так и шли, по пути я сменил форму на красноармейскую, но не пришивал петлицы со старшинской «пилой». Получу красноармейскую книжицу, тогда и сделаю. Кстати, я особо и не расстроился, звание вернуть проблем нет, легко, но вот генералу отомщу. Так что познакомился с ротой. Уже темнело, как раз встали на десятиминутный отдых, вот построил уставших бойцов, и познакомившись, запоминая их, спросил:

— Итак, бойцы, в чём нуждаетесь?

— Сутки уже не жрамши, — подал голос один из бойцов.

— Курева нет, и патронов, — добавил второй, с густыми усами. Кстати, из недавнего маршевого пополнения тот, около тридцати пяти лет.

— Добро, всё будет. Через минуту подходите ко мне, встаёте в очередь, сержант, командуй там, и получите пищу и табак.

Я отошёл к обочине, снял сидор, у меня попрёк груди ещё скатка шинели, тоже без знаков различия, и положив сидор рядом, достал первую буханку хлеба и стал финкой нарезать куски, вскрыв три трофейных банки с фаршем, мясо готово к применению, стал кусками укладывать на хлеб. Как раз и бойцы начали собираться. Первым трём выдал, те жадно впивались в хлеб, когда я посмотрел на четвёртого, и с удивлением спросил:

— Ты ещё кто? В моей роте таких бойцов нет.

— Я из третьей.

— Рад за третью роту, что у неё такие бойцы. К своему старшине иди, и требуй выдать питание.

— У нас нет старшины! — раздался почти крик души.

— Меня это должно волновать, боец? Нет старшины, идёшь дальше по инстанции до штаба полка, пока не выдадут всё что полагается. Я получал довольствие только на бойцов своей роты. Если выдам тебе, не получит кто-то из моих бойцов. На тебя мне плевать, без обид, а за своих бойцов я отвечаю, чтобы были сыты, обуты и всё имели. Кругом, боец.

Из очереди вышло ещё четырнадцать бойцов, а вообще бойцов вокруг хватало наблюдали как выдаю пайки красноармейцам моей роты, всем выдал, сержант последним был. Так что схарчили те за милую душу. Ну и выдал каждому по коробку спичек и пачке трофейных сигарет. Даже тем, что не курил, раз положено. Тиснул коробку из немецкого грузовика, офицерское курево. Это что успел, дымила половина колонны, мои бойцы поделились с другими. Тут как раз сигнал к движению, так что построились в колонну, я возглавил свою роту, сержант Карбин, замыкал, следил чтобы никто не отстал. Чуть позже, уже окончательно стемнело, я чуть отстал, подходя к бойцам, и выдавал каждому по двадцать патронов. Чтобы хоть что-то было. В роте всего один ручной пулемёт, его владельцу выдал сотню патронов. Потом диски снарядит. Вот так и шли. А чуть позже меня выдернули из строя и в штаб полка, к командиру. Исполнял обязанности комполка капитан Брагин, до этого тот был комбатом, командовал третьим батальоном, но потери в боях страшные и пришлось замещать.