Чтение онлайн

На подходе я стал скидывать скорость. И повернул, отчего корабль по инерции ещё шёл к «Оборо» левым бортом, чтобы те видели его во всей красе. Плюс, поднятым мной големом спускал флаг, да, он ещё был на флагштоке. Так что я уже переоделся в свою форму, стоял у лееров, рядом с трапом на мостик, и облокотившись локтями о перила, с интересом наблюдал как подходит мой миноносец. С борта корабля меня уже опознали. Там сверкало сразу несколько биноклей, и я расслышал крики «ура» от матросов, да и офицеры были возбуждены, хотя так проявлять свои чувства не стали, это не положено. Так что миноносец смело подошёл к левому борту броненосного крейсера, где уже был заранее спущен забортный трап. Собственно, я и стоял рядом со входом. Вот пока матросы швартовали корабли, мой толстяк уже остановился, граф через рупор спросил:

— А где «Иосино», господин капитан?

Взяв свой рупор, всё же ветерок мешал нормально общаться, и сообщил:

— Этот же вопрос я задал вчера вечером китайским диверсантам, когда проснулся. Днём он ушёл, а в бухте только этот толстяк грузился припасами и углём. Китайцам без разницы кого захватывать, сумма оплаты одна, пять тысяч рублей. Так что команда уничтожена, и я получил этот корабль. Да, я на борту один, граф, поднимайтесь, поговорить нужно. И поделитесь половиной команды и всеми офицерами. Мне они нужны.

Сначала я показал где разместиться матросам, и трём офицерам, им отдельные каюты, все с вещами были, дальше один из мичманов формировал вахты, в котельное матросов отправлял, в машинное, на мостик, чтобы вели наблюдение, а я с графом уединился в каюте командира корабля. Я уже начал обживать её. Точнее побывал, осмотрелся и вышел. А тут расстелил карту на рабочем столе кабинета, и указал на бухту Порт-Артура, сообщив:

— Фарватер блокирован. Японцы брандеры использовали. Наша эскадра заперта.

— Как так? — спросил шокированный граф.

— Сам не знаю точно, прочитал в записях капитана «Токива». Блокировали нашу бухту в ту ночь, когда мы за «Иосино» гнались, к Чемульпо. Я брандеры не видел, видимо за горизонтом были. Пропустили, стороной прошли. Не удивлюсь, что со стороны английской базы, ближе к корейским берегам мы бы увидели, дымы точно. В общем, вести наш трофей в Порт-Артур смысла нет, да и не нужен он там. Значит, вам задание такое, как закончится погрузка угля, благо команда уже работает, бегом до Шанхая. Там правдами и не правдами забираете сто матросов, и офицеров, сколько дадут, с «Маньчжура», и выходите сразу в открытое море. Чуть позже обговорим ваши действия, если там всё ещё японские боевые корабли будут. Знаю, что будет тесно, часть на открытой палубе держать придётся, но мы следом пойдём, встретимся вот тут, в десяти милях от берега, так что недолго вам пассажиров катать. Тут верну вам матросов, и сформирую команду из моряков с «Маньчжура». После этого идём во Владивосток, усилим крейсерский отряд. Бункера полные, угля хватит. Пройдём ночью Корейские проливы и до наших. И нас будут ждать, это сто процентов, японцы знают, что Артур блокирован, остаётся только Владик, не удивлюсь что и адмирал Того будет, но пройдём. Темнота скроет. Пока же, это всё. Сейчас я напишу рапорт по захвату «Токива», передадите нашему консулу в Шанхае, а он передаст рапорт в столицу и в Порт-Артур, Макарову. А теперь готов вас выслушать, как у вас охота прошла?

Граф хоть и задумчив был, но охотно описал как вёл поиск на транспортных коммуникациях противника. Результат его действий девять потопленных грузовых судов с грузами, идущими в Корею, два из них войсковые, перевозили пехотные части, здесь тот потратил по торпеде, и два порожних. Я объяснил тому что такое грузовой тоннаж, потому он и их топил. В основном кормовым орудием. Почти весь боезапас к нему вышел. Кстати, надо пополнить из запасов «Токива», на борту такие пушки были. Были попытки их найти, но те уходили. Вот такой результат их работы. Если по-честному, просто повезло, да и граф использовал во всю отличные скоростные характеристики «Оборо». Кстати, рапорт с подробностями рейдерских действий «Оборо», тот тоже мне передал. Вот так задумчивый граф ушёл, и начал командовать погрузкой угля, ещё два матроса по два снаряда носили и спускали на «Оборо», пополняя боекомплект. Там дело уже шло. И как-то быстро распространилась информация о блокировании нашей базы, и матросы подходили узнать, и офицеры, я подтверждал эту информацию. Сам узнал из записей капитана «Токива». А он участвовал в подготовке операции и сопровождении брандеров, потому корабль действовал в отрыве от отряда адмирала Камимиры, и хорошо опустошил свои запасы. Также часть перегонных команд потопленных судов высадил в Чемульпо. Шёл на соединение со своим отрядом, а я перехватил, так что записи можно сказать от первого лица. Повезло, что тот вёл дневник на английском. Думаю, просто тренировал навык, чтобы не забыть. У него хватало записей и на японском.

Рапорты я написал, и приложил к ним и рапорт графа, и вскоре «Оборо» отошёл, и разгоняясь, пошёл на двадцати пяти узлах в сторону Шанхая, матросы же осваивались на борту броненосного корабля. Вахты по десять матросов и офицеру, так что пятеро в котельное, машинист в машинное, и рулевой с офицером на мостик. Плюс двое наблюдателей. К орудиям просто некого ставить. Если что, подниму големов, и буду делать вид что сам веду огонь. Разберёмся. От земли, с которой поднимал големов, я корабль почистил. Вот так «Токива» шёл на пятнадцати узлах следом за «Оборо», что уже давно скрылся за горизонтом. Маршрут я проложил, по нему и вёл корабль вахтенный офицер. Этих тридцати матросов едва хватало на перегон, три вахты вместо четырёх, придётся ребятам постараться, но думаю сможет всё сделать. Так что я отправился отдыхать, вахтенный офицер сейчас командует. Поднимут, если что, и вскоре, приняв душ в капитанской каюте, да тут такое новшество было, уже спал на кровати. Сам застелил свежее постельное, было в запасе в шкафчике, не хочу тем, коим капитан ранее пользовался, и сразу уснул. Едва голова коснулась подушки.

Вообще до Шанхая мы дошли без проблем. Часть ночи прошли, и ближе к трём часам утра в условленном месте встретились с «Оборо», опознавшись световыми сигналами. Так что миноносец, переполненный русскими моряками, подошёл к правому борту, куда спускали забортный трап. Граф первым взбежал на палубу, и доложился. Взяли с канлодки сто шестнадцать матросов и кондукторов, четырёх офицеров. Также в Шанхае было интернировано три русских гражданских судна, я о них и не слышал, граф кинул клич и почти пятьдесят добровольцев набрал, включаю двух офицеров по Адмиралтейству. Так что шесть офицеров, из них четыре мичмана, и двое по Адмиралтейству. Поручик и прапорщик. Прапорщика назначил штурманом, поручика старшим машинной команды, он и был судовым инженером, остальные офицеры вахтенные. Также граф сообщил, что рапорт мой консулу передал лично, да и всего пять часов пробыл в Шанхае, как закончил, принял людей на борт, некоторым стоять в коридорах пришлось, даже места присесть не было, и на выход. В общем, порядок. Причём его людей я не вернул. Ну они уже узнали этот корабль. Да все военные корабли одинаковы, только небольшие изменения есть, поэтому вести смогут без проблем. Мы же двинули прочь, я назначил одного мичмана, по фамилии Раос, старпомом. Велел сформировать четыре вахты, и палубную команду матросов, привести корабль в порядок. Боцман был среди матросов с «Маньчжура». Так что моряки с «Оборо» обучали новичков как управлять системами корабля, а мы шли прямиком к Корейским проливам, и уже светало, когда довольно далеко от Шанхая убежали, обходя дымы на горизонте. Ближе к обеду мы снова сошлись бортами с «Оборо». Вернул в его команду матросов, так что на борту сто шестьдесят девять матросов и кондукторов и шесть офицеров. Хоть что-то. Были и артиллеристы, так что всё же расчёты я сформировал, три для стопятидесятимиллиметровых орудий. Будут бегать от орудия к орудию и стрелять. Главный калибр, на носу и корме, взял на себя.

Если вы думаете, что это всё, то ошибаетесь. Пять дней мы шли до Владивостока. Днём укрывались в отрытом море подальше от транспортных маршрутов, уходя от дымов, днём шли к Владивостоку. Так Корейские проливы прошли ночью, там была сеть поисковых судов, в основном вспомогательные крейсеры, и также ночью я видел с помощью плетений ночного виденья дымы на горизонте, не ошибся, тут похоже все крупные корабли японского флота, рассмотрел и броненосцы, шли цепью, прожектора постоянно работали, те сюда и два десятка миноносцев и эсминцев стянули, рыскали. А мы проскользнули у самого берега. «Оборо», добежал до фарватера, опознавшись с сторожевым судном, принял лоцмана, и обратно. Нас уже встречали. О захвате «Токива» трубили газеты всего мира уже пятый день. Да я и без лоцмана сам провёл корабль, и наконец «Токива», под салюты кораблей крейсерского отряда, уже светало, встал на двух якорях в бухте. Мы были дома. Дошли. А там и завертелось. К тому же ещё и японцы поприветствовали нас, видели, как мы заходили, светомаскировку уже не держали. Начали обстрел бухты и гавани, и городу досталось. Это они так свою ярость и злость выплёскивали.

«Оборо» покинул рейд Владивостока после почти трехнедельного тут пребывания, мы возвращались в Порт-Артур. Там фарватер уже почистили, и Макаров даже дважды выводил свои силы для тренировок, потеряв одно призовое судно, коим проверяли фарватер, шесть подрывов на тайно поставленных японцами минах. Даже бочки в трюме не спасли, выбросился с трудом на берег. Был бой с силами сдерживания, и наши крейсера, включая броненосный «Баян», нагнали и потопили два старых бронепалубных крейсера японцев, из тех что «Симы», остальные ушли. Неплохая победа. К вечеру наш флот вернулся в Порт-Артур. Это всё я узнавал из сводок. Теперь по мне. Я не долго командовал «Токава», написал прошение о снятии с командования и переводе в Порт-Артур, там штаб направит меня в другое место. Просто тут во Владивостоке болото, а в Артуре основное движение. Да и «Токава» ещё когда введут в строй. Костяк команды есть, ещё около трёхсот набрали. Идут тренировки, однако ждём около двухсот пятидесяти матросов с Чёрного моря. В пути были. Ну и главное, контр-адмирал Иессен, временно разместил свой штаб на «Токава», и совсем продыху не стало.

Что по мне, то был проведён хитрый план, думаю тут сам Император Николай так решил. Мне за захват броненосного крейсера, в чём никто не сомневался, дали капитана второго ранга, правильно, так и должно быть по правилам русского флота. И тут же наградили орденом Святого Георгия третьей степени. А так как по статуту такого ордена полагаться его носителя повышать в звании, то меня повысили до капитана первого ранга, и всё согласно правилам русского флота. Были конечно и недовольные из ретроградов, но с решением Императора никто спорить не смел. Да и большинство считало, что я всё заслужил по праву. Просто восемнадцатилетний капитан первого ранга, а мне восемнадцать исполнилось в апреле, это нонсенс. Да что это, по решению Императора, за захват «Токива», я был возведён в баронское достоинство, став, капитаном первого ранга Александром Земсковым, фамилию мне не меняли, бароном Порт-Артурским. И меня зачислили в императорскую свиту. И всё это оформлено, новый патент, уже на аристократа, а бароны к ним относятся, также был выслан из столицы со специальным посланником. Чуть позже получу, сейчас же я отбыл тёмной ночью из Владивостока. Это официально, но на самом деле, в Порт-Артуре я не скоро появлюсь. Сейчас шло выполнение моего основного плана, лишить японцев броненосцев, а два лучших, это флагман «Микаса» и второй броненосец, «Асахи», захватить. Вообще я просто думал их всех взорвать, дальше наши легко блокируют все подходы к корейским берегам, и японские армии быстро без доставленного снаряжения и припасов встанут, а потом побегут. Победа куётся на море. И это было ясно. Было интересно, что англичане дальше устроят, а я уверен, что те не останутся в стороне.

Планы я поменял из-за добровольцев. Да, ещё когда я захватил «Оборо», стал известным по всей России, и многие добровольно выехали на Дальний Восток, с желанием служить именно под моим началом. От обычного пастуха из казахских степей, до дворян из столицы, и я никому не отказывал. А узнав по пути о захвате «Токава», и что я иду во Владивосток, меняли направление. Так что пока я осваивал корабль, командовал введённым в состав флота, а потом и крейсерского отряда Владивостока «Токава», в Владивосток начали прибывать первые добровольцы. И как-то прилично, за две недели почти пять сотен. И из них почти четыре десятка дворян, в основном молодые парни, оформил их гардемаринами, это возможно. И я поначалу принимал их, те принимали присягу, надевали военно-морскую форму, с нуля учились военной науке. Гардемарины состояли при морских офицерах и те тоже с нуля учили их. Осваивались на борту «Токава», а тут их всё больше и больше, и у меня в голове сразу стал расти план. Это же какой людской резерв. Так что на тот момент я уже триста добровольцев принял, причём было девять офицеров, из которых только трое моряки, пусть и по Адмиралтейству, пятеро чистые армейцы и один полицейский чин. Я и их пускал в дело, тем более трое артиллеристы, двое пехотинцы. Так вот, я вывел из команды тех добровольцев, что считались моими людьми. Именно под моим командованием желали служить. И пусть те продолжали жить на борту, их активно учили, но в команде они больше не числились, хотя в составе флота состояли и имели воинские звания. Некоторые даже получали чин старшего матроса. Не важно, главное у меня под рукой почти шесть сотен добровольцев было, и группками они всё прибывали, я всех брал, кроме совсем молодняк. Те кто младше семнадцати, заворачивал, и отправлял по домам, поясняя каждому причины. Кроме троих сбежавших из дома шестнадцатилетних дворян, что получили чины юнг. Аристократы.