Чтение онлайн

Проснулся я от близкой стрельбы. Да она всех подняла, выходили на опушку и смотрели на пожары на горизонте. Как раз там откуда мы пришли и откуда дивизию ждём. Я тоже вышел, препоясываясь на ходу, сапоги уже натянул. Сканер всё показал, а тут воскликнул удивлённо:

— Парни, так это наших бьют. Немцы похоже с боковой дороги вышли и встали в оборону. Чёрт, да их там не так и много. Два взвода с двумя пушками, броневик пушечный и два бронетранспортёра с пулемётами. А ещё четыре грузовика дальше скрыты.

— Надо нашим помочь, ударим с тыла, — решил Понамарев.

— Товарищ лейтенант, давайте я зарисую схему засады кто где. Чтобы знать, похоже я тут один хорошо в темноте вижу. Грузовики целыми захватим, а броневик гранатами подорвать, мой пулемёт его не возьмёт. А к месту сблизимся я грузовик буксировать буду, чтобы все вместе. У меня ещё пять осветительных ракет есть, трофейные. Это поможет, когда сблизимся. Мне-то без разницы. Что ночь, что день.

— Нормально, идём нарисуешься.

Похоже лейтенант так без подготовки в бой не желал кидаться, недавний бой явно отрезвил его. Я на листе блокнота быстро накидал местность, наложил как немцы встали и как наши. Там уже два броневика горят, один с разбитой башней отползает. Грузовики горят. Сержанты изучали схемы построений позиций противнике, каждому Понамарев дал свою задачу. Вполне толково, кстати. Пехота моя, остальное их. Распределив осветительные ракеты, я объяснил, как запускать, дальше погрузились, оставив раненых в роще. Один будет охранять двух тяжёлых, и мы покатили к засаде. Из-за стрельбы рёв движка моей бронемашины не слышали, оглушены были, поэтому отцепили грузовик и разбежались. Бойцы и сами по вспышкам видели где цели. Дальше я работал чисто по пехоте, пушки, и бронемашины на разведчиках. Тот даже трёх бойцов отправил к стоянке грузовиков, уничтожить водителей и взять их целыми. Одну машину, а то и две, точно собирался себе забрать взамен «полуторки». А так работали здорово, по мне броневик начал лупить, у него автоматическая пушка оказалась. Звон так и стоял, отвлёкся на меня и сгорел после связок гранат. Их у разведчиков было много, ящики в кузове как лавки использовали. Я так понял, с какой-то разбитой машины забрали. Себе тоже две взял, «РГД-33» с осколочными рубашками. Пусть будут. У всех бойцов гранаты, и те их активно использовали. Да и наши опознав при осветительных ракетах призёмный силуэт моей танкетки, а она у наших одна, сообразили, что происходит, и повели бойцов в атаку. Встретить огнём их было некому, так и соединились, когда мы уже дело сделали.

Порядок навели быстро, собирали раненых, кстати с десяток пропустили в темноте, я показал где, и их подобрали. Грузовики трофейные сразу в дивизию забрали, нам шиш, хорошо «полуторка» не на ходу и её бы отобрали, раненых нужно грузить, даже один «Ганомаг» завести смогли, тот на ходу был. Пушки тоже прибрали, и двинули дальше. Разведчики, что особо потерь не понесли, кроме шести раненых, пять легко, это просто везение, ночной бой он такой, непредсказуемый, устроились там же на «полуторке». Снова мы в дозоре, но уже в ночном. Забрали наших раненых из рощи и дальше. А так комдив выразил нам благодарность, мы здорово выручили. Наши решили, что немцев тут много и стали отходить, поискать обходные пути. Правда, в этот раз далеко нас не отпустили, чтобы если что, могли прийти на помощь. Ну или если мы попадём в засаду, уже дивизия поможет. А так по дороге шло изрядно подразделений, что-то много, тут похоже не только наша дивизия, видел тягачи, что тяжёлые гаубицы тянули. Смешались все, но шли в одну сторону. Вот только одна проблема, у меня из боезапаса полтора диска осталось. Новый бой уже вести не с чем. Забив в блок запоминания сканера патрон нужного калибра, и запустил поиск. У-у-у сколько патронов потеряно, но одиночные, даже несколько штук, меня не интересовали. Больше всего светились бойцы на броне моей бронемашины и «полуторки», которую я продолжал буксировать, с тревогой прислушиваясь к движку. «Т-38», вообще довольно капризные и честно ломаются, а тут с такой активной эксплуатацией и без нормального обслуживания, то что она ещё в полной боевой, можно назвать чудом. Нет, я до идеала ту довёл, но с того момента прошло немало времени, в баках уже меньше половины топлива. Расход бешенный, особенно с буксировкой, но пока, едем.

Ещё новость, на дивизию вышли другие разведчики разведбата, и в передовых порядка шла одна из разведрот. Ей кстати тоже досталось, когда на немцев наткнулись. Так вот, теперь в дозоре не Понамарев старший, что в кабине «полуторке» так и катил, а командир первой роты старший лейтенант Бочкарев. Он как раз сел на место командира, а мне пришлось вести бронемашину. Причём, отделение Сергеева согнал, те пешком с дивизией шли, с ним были его бойцы. А тут сканер показал в стороне шесть машин, две из которых легковые. Нашёл потому что кузов одной ярко светился. Полный патронами к винтовке «Мосина». Я изучил и понял, отстойник захваченных машин. Или диверсанты действовали или местные бандиты, рядом никого, поэтому и не определился, так что стал нажимать на педаль тормоза, чтобы задний красный фонарь сработал, и начал притормаживать. Шофёр тоже тормозил, там тормоза в порядке, чтобы грузовик нам под зад не наподдал.

— Сержант, в чём дело? — спросил старлей.

— Брошенные машину вижу. В стороне, справа, дистанция километр, укрыты среди деревьев. Силуэты рассмотрел. В одной кажется ящики с патронами, а у нас с патронами голяк.

— Как ты в этой темноте что-то видишь? — пробормотал тот. — Так, проверим, только быстро, чтобы успеть в дозор вернуться.

— Товарищ старший лейтенант. Кажется, это не просто брошенные машины, а отстойник захваченных.

— Даже так? Понял, проверим.

Тот своим бойцам приказ к бою передал, и бойцам Понамарева тоже. Так что мы съехали с дороги и светя своей единственной фарой, а что, она тоже магией усилена, ей и снаряд нипочём, покатил к отстойнику. Как подъехали, бойцы сразу рассыпались. Бочкарев тоже ушёл, а я сразу занял его место. Свистнув двум бойцам лейтенанта, велел пару ящиков мне на броню принести, и те сделали. Так что вскрыл, как и цинк, и стал набивать патронами диск. Да один и набил, как велели вернутся в дозор. Причём, Бочкарев остался со своими бойцами. То, что это отстойник, он и сам убедился, все машины на ходу, подготавливали выгонять из укрытия, у двух уже моторы работали. Похоже тот своей роте хотел их забрать. Ну-ну, комдив отберёт, факт, раненых многие несли на носилках. Техники приходилось двигаться с общей скоростью. А отправить вперёд нельзя. Уже отправляли, те кто выжил и вернулся сообщил о засаде. Почти два десятка грузовиков с ранеными сожгли, больше и не рисковали. Часть бойцов Понамарева перебрались ко мне, в кузове машины стало свободнее сидеть, так и покатили. Управлял с места командира, потому как на месте мехвода сидел боец-разведчик, и по одному снаряжал диски. Сам из ниш брал пустые, и возвращал полные. Патроны ему ссыпали в пустой вещмешок, что у того на коленях лежал, оттуда и брал. Чуть позже снова до полного насыпали, но боекомплект теперь у меня полный, пока так в дозоре и шли. До рассвета часа два, когда я, снова мягко притормаживая, чтобы водила сзади отреагировал, встал. Ко мне в люк заглянул младший сержант Акаев, командир отделения.

— Гена, что там?

— Впереди мост, автомобильный и двухпролётный. Немцами захвачен.

— Ты уверен?

— Они думают в темноте я не увижу, как тела убитой охраны носят. Сам посуди. Это подозрительно, когда одни советские бойцы носят других, в окровавленной форме. До моста около километра.

— Понял.

Тот сбегал и доложился лейтенанту, кстати, многие бойцы, пользуясь остановкой, на обочину сходили, до ветру, как говорится, а я широко зевнул, спать очень хотелось. Тут Понамарев ко мне забрался, и спросил:

— Сколько их видишь?

— Бинокль можно?

Тот скинул ремешок с шеи и протянул мне. Это больше для виду. Сканер всё показал, как и кучей сваленные тела в камышах. На самом деле переноску я не видал. Больше для разведчиков озвучил.

— Десятка три наблюдаю, они свободно бегают, готовятся к бою. Там земляные укрепления и пара деревянных «ДЗОТов» с пулемётами. Фару нашу видят, как и то, что мы встали, но думаю их больше, и они готовы нас встретить… О, в стороне у посадки грузовики укрыты, раз, два… вроде ещё один, не уверен.

— Чёрт, это много на нас.

— Ну в принципе не особо. Я же их вижу. Предлагаю вам двинуть к ним своим ходом, по обочинам сблизится. А я подъеду в наглую и начну выбивать, я же их вижу, прорежу. Выбью оборону с этой стороны, на мост подняться не рискну, переплыву в стороне и там прочешу, а вы уже добьёте.

— Справишься или нет, спрашивать не буду, ясно что ты словами на разбрасываешься. Добро. Выдвигайся, а мы за тобой.

Дальше раздались команды, бойцы стали готовиться к бою, боезапас уже пополнили, тут не только мне пару ящиков закинули в кузов грузовика. Так что отцепили буксирный трос и разгоняясь я пошёл к мосту, взведя затвор пулемёта. В бой я шёл один. И сблизился довольно быстро, двигался километрах на тридцати в час. Противник насторожился, но изображал настоящую охрану, вышли пятеро, с фонариком, подавая сигнал к остановке, я и остановился, и задумался. Что-то не так. Дело в том, что в блиндаже на другом берегу, молодая девушка перевязывала раненых бойцов, их там около десятка. Диверсанты редко использовали девушек, хотя и используют. В основном как медовые ловушки. Эта на такую ловушку точно не похожа. Обычная русская дивчина, в форме ефрейтора. Открыв люк, я крикнул:

— Старший ко мне! Остальные на месте. И смотрите, вы у меня на прицеле.

— Кто такие? — спросил капитан, подходя.

— Разведбат Сто Двадцать Пятой.

— Не свисти, нет в нашем батальоне такой бронемашины. Я комбат Павлов.

— Младший сержант Фёдоров. Утром не было. Эту бронемашину я лично отбил у немцев сегодня днём, за это был повышен в звании, поставлен ею командовать и переведён в разведбат.

— Фёдоров… Фёдоров. А ты не тот Фёдоров, который с комендантскими подрался?

— Не помню, я после контузии память потерял. В воронке очнулся. Тогда на одной злости и танкетку захватил и батальон спас, его к реке прижали. А так, когда пытались память пробудить, про тот случай рассказывали. Вроде со мной был. Ладно, для проверки. Кто такой Бочкарев и его имя?

— Командир первой роты. Зовут Аркадий.

— Да? Ну имя не знал. А Понамарев?

— Взводный из второй роты. Зовут Саша.

— Верно, давайте документы проверю, и считайте верю, что вы комбат.

Документы тот мне протянул, правда и мои потребовал, в свете фары изучил, убедился, что те свежие и я за его подразделением числюсь. Так что сообщив что бойцы Понамарева по обочинам подкрадываются, тот послал бойца, которых те знали, встретить и опознаться. Сам покинув бронемашину, встав к левой гусеницы доложился, что и как по дозору. Понамарев уже спокойно сюда шёл, всё же наши, так что я скатался за грузовиком, шофёра подхватил на пути, зацепили тросом, и отбуксировал к мосту. Переехал на другой берег и сразу за ним встал на обочине. Сообщив парням, те сюда подходили, что купаться иду, ну и оставив часть вещей на башне, направился к берегу. Парни, решив, что это хорошая идея, присоединились. Так что я искупался, слушая одного из сержантов Понамарева. Тот по собачьи вокруг меня плавал. Оказывается, это наши отбили мост у диверсантов, их двадцать два было. Бой тяжело дался, потери есть, но мост снова наш. Даже раненых допросили. Те просто пришли и заняли его, охраны не было, сбежали. Ну а пока купались, достал «Вальтер», и рукояткой, под водой, опустившись на дно, плавать я уже умел, научился, стал бить себя по коленной чашечке, и только с третьего раза, пока я пускал пузыри, шипя от боли, прошла инициация. Вот так убрал пистолет обратно в аурное хранилище, выбрался на берег, и быстро сплёл детскую сетку, Дар я пока плохо контролировал, была утечка, и довольно улыбнулся. Думаете это всё? Пока ждали дивизию, я отогнал танкетку с грузовиком на прицепе к машинам батальона, их пять стояло в посадке и плюс пулемётный броневик и поставил там. Так отбежал, и достал Хельгу.

Пришлось знакомить её со своим новым телом, так что расстелил спальник, и мы отлично зажгли. Признался, что погиб и прошёл перерождение, у меня новое тело и новый мир, но где мы, обещал рассказать позже и сразу всем трём. По сути заездил её, но давление сбросил, так что вернулся и окунулся в речке и вскоре спал у своей бронемашины, а вокруг спали и бойцы Понамарева. Пользовались свободной минутой. Разбудили нас уже через час, я на трофейные часы глянул, определился, уже светало, быстро собрались, и на дорогу, причём все. Там комбат уже доложился комдиву, штаб впереди шёл, сразу за боевым охранением, так что весь наш батальон, тут и рота Бочкарева, на переполненных грузовиках, двинул вперёд, и благополучно дошёл до города. Тут были наши части, так что устроились пока в роще, у входа в город. Послали машину обратно, сообщить, что дорога свободная, и спать. Как-то всё урывками, но что есть. Уснул быстро.