Чтение онлайн

— Это обязательно, но пока подождём. Как с танком, освоились?

— Это танкетка. Хорошая машина, боезапас бы?

— Боезапас пополним. Значит так боец, вижу ты смекалистый, да и Свиридов об этом прямо докалывает. Назначаю тебя командовать танком, раз ты его у немцев отбил, то тебе на нём и воевать. Прикажу снова присвоить тебе звание младшего сержанта. Смотри, если снова с патрулём комендатуры подерёшься, прикрывать не буду.

— Есть, товарищ генерал.

Надо сказать, обещание тот выполнил, мне быстро всё оформили, звание дали, перевели в Сто Шестьдесят Пятый отдельный разведывательный батальон. Красноармейскую книжицу забрали, где-то нашли новую, вписали все данные, как нужно оформив. В строке ВУС — командир танка, записали. Даже нашли треугольники, правда всего два. Для шинели уже нет. Мне выдали новую гимнастёрку. Моя рваная, сам петлицы пришил и треугольники закрепил, с общевойсковыми эмблемами. Так что пока велели ожидать. Больше снаряжать не будут. Мы оторваны от складов, комбинезона пока нет, пользуйся тем что есть. То есть танкетка стоит у штаба, а я сходил в медсанбат, там меня осмотрели и опросили. Врачи только плечами пожимают, физически полностью здоров, лёгкая глухота на правое ухо, я разыграл её, и чуть мутит, от контузии. Понятно, что потеря памяти от контузии, но вернётся та или нет, те не знают, разводят руками. В принципе это ожидалось, я и не собирался комиссоваться, побывал у врачей чтобы те в курсе по амнезии были. И всё, справку дали, что к службе гожусь, знания не утеряны. Когда вернулся к штабу, обнаружил у танкетки отделение бойцов, двенадцать, с сержантом. Ко мне и вышел сержант, мелкий такой и очень подвижный, с шикарными усами и хитрыми глазами:

— Здорово, ты Фёдоров?

— Я Фёдоров.

— А я Сергеев. Однофамильцы мы. Ха-ха-ха. Так, твой танк в наше отделение включили, теперь он наш боевой конь.

— Красивый у тебя пистолет, — погладил я у того деревянное цевьё карабина.

— Это карабин «Мосина», — поправил тот меня, на всякий случай отступил в сторону, с опаской поглядывая.

— Ну какой же это карабин? Самый настоящий пистолет.

— Ты псих?

— Я у тебя это сержант хотел спросить, ты псих? Ты какого хрена мою танкетку танком называешь? Если не разбираешься, то не мели языком. Бойцы, запоминаем, это пулемётная плавающая танкетка. Не танк.

— А в чём разница? — спросил один бойкий боец.

— У танков пушки.

В принципе нормально познакомились. Я открыл оба люка, пусть проветривается, снял пулемёт, и стал его чистить. Как раз ящик патронов с двумя цинками принесли, два бойца из комендантского взвода, и пока часть бойцов отдыхала в тени забора, часть помогали мне снаряжать диски, я почистил пулемёт и установил на место, зарядив. Потом внутри танка незаметно достал свою винтовку, и снова используя над гусеничную полку, стал чистить уже её. Шлемофон оставил на спинке висеть, в нём жарко, в пилотке был. Так что и винтовку успел почистить и убрать внутрь танка. Насчёт мехвода я в штабе узнавал, пока подбирают. Ну и с Сергеевым пообщался. Они с задания только что вернулись, уже доложились, где батальон не знают. А тут меня в штат батальона с техникой включили, вот отделение ко мне и направили, теперь возить их буду. Пока заданий нет, весь разведбат разогнан, ищут пути выхода из окружения, вот и мы ждём. Так что и диски зарядили, я вещи в вещмешке перебрал, действительно запасные портянки были. Сменил их. Нашёл некоторые личные документы, например, школьный аттестат за десять классов. Однако, что ж он куда учиться не пошёл, простым стрелком стал? Видимо были причины. То есть, из документов были аттестат и свидетельство о рождении, да и всё. Это всё в аурное хранилище убрал. Уже женщин хотелось, всё, пошло в этом направлении давление после перерождения, придётся до ночи ждать, когда из штаба выбегать стали командиры, и мы начали готовиться выйти в путь. Сергееву поставили задачу, я уже развернул бронемашину, на месте командира один из разведчиков устроился, и моя машина, плотно облепленная разведчиками, со всеми вещами, попылила в сторону нужной дороги. Мы разведчики, будем двигаться в дальнем дозоре, а за нами вся дивизия шла. К слову, узнавал, к моему теперь бывшему батальону отправили посыльного верхом, и два отделения бойцов. Встретить немцев, пленных, и довести их. Похоже их с нами поведут, с обозом. Вот так и двинули. А тут первый налёт, за ним мы наблюдали со стороны.

— Штурмовики работают, — сказал я, встав на месте мехвода.

— Да, зенитки не справляются, работают как на полигоне, — вздохнул Сергеев.

— Лучшая зенитка в мире, это танк на аэродроме противника.

— Ты хочешь сказать танкетка? — ухмыльнулся тот.

— Ты понял о чём я. Мы можем по полям вне дорог проехать, реки пересечь не проблема, а там сблизился и атакуешь. Пулемётным огнём бить по личному составу. И пулями повреждать моторы, и вызывать возгорания пробивая баки. Боезапас только небольшой. Может на всё не хватить.

— Возможно, — не стал спорить сержант, и сказал. — Едем дальше.

Я переиграл, бойца посадил на место мехвода, и управлял с места командира, лучше полностью контролировать машину. Пока же крикнул Сергееву на ухо:

— Имей в виду, машина перегружена. На дороге это не заметно, а будем пересекать реку вплавь, потонем.

— Сколько груза может выдержать?

— Двоих, или трое среднего роста с вещами. И то предел. Сегодня с пятью ранеными пересекал, так тонуть начали, встроенный насос не справляется. Ладно речка узкая, быстро пересекли.

— Понял, буду иметь ввиду.

На этом разговор прекратили, вот так и катили, я машинально управлял, следил за машиной, разведчики за окрестностями и небом наблюдали, я ещё и сканером всё отслеживал, а сам размышлял о том, что дальше делать. Да воевать буду, честно до конца войны, не лезть вперёд, не светится, просто воевать, особо не демонстрируя свои возможности. После войны жить простым гражданином и фронтовиком. С девчатами жить, хотя они свой контракт отработали, если согласятся продлить, продлю. Впрочем, им скоро придётся узнать неприятную новость. Мы в другом мире, и не в родном им, хотя и схожем. Теперь что по мне. Я не потерял свои запасы. Они при мне, знания инженера тоже. Буду жить, с интересом следить за развитием человечества на планете, развернув космическую станцию, думаю за Марсом, чтобы с Земли не засекли. За Луной увидят, туда спутники будут засылать. А жить буду долго, поддерживая себя магией. Станции полностью комплектные, даже есть лаборатории биокультур, как биоинженер я вполне могу из развернуть, хотя это и не моё направление. То есть, полностью свободная в продовольственном смысле. Станции однотипные, жилые, каждая может без проблем вместить по восемь тысяч человек. Если потеснится, то десять. Всё же малые. Потрачу ресурс одной станции, разверну вторую. С сильной скидкой мне продали отдельный развлекательный модуль, к любой из станций можно пристыковать, скидка пятьдесят процентов, потому что модуль устаревший на одно поколение. Станции пятый, модуль четвёртого, но он новый, со склада. Взял. Всё равно в следующих перерождениях их со мной не будет, лучше тут по полной использовать. С магией я проживу долго. После войны, уже имея серьезные знания в магии, займусь исследованиями в этом направлении. Ха, надо Дар только запустить. Там у речки я просто не успел, вылез просохнуть, думал ещё нырну, и там запущу, а тут обстрел.

Так что поглядывал по сторонам, надеюсь Сергеев, в подчинении которого я нахожусь, и сам окунуться не откажется. Катили на небольшой скорости километров в двадцать в час. У дивизии обозы, пролётки. Высокую скорость держать не могут. Грузовики тоже есть, часть штаба или раненых везли, но я не много видел. Пара машин проскочили встречных, армейцы были. Похоже тыловики. Но нашей дивизии или нет, тут частей полно, не в курсе. А двигались на Шяуляй, это дорога дальше на Ригу была. И пока не плохо. А прерывались дважды. Сначала я сканером засёк немецкого лётчика. Похоже сбитый по посадке шёл, сделал вид что засёк, хотя до него километра два было. В стороне от трассы, где мы ехали. Сержант решил, что дело того стоит. Бойцы того поймали, потом восхищались острым зрением. Сдался, сейчас связанного с собой везли. Второй раз разведгруппа, причём в нашей форме. В овраге за посадкой, я остановил машину и Сергееву, как он ко мне наклонился, крикнул в ухо:

— В посадке похоже немцы. Из оврага видел выглянули двое, один в нашей форме, другой в немецкой. Второй офицером вроде был.

А там действительно было девять в нашей форме, и пятеро в немецкой. У обоих групп радиостанции. Думаю, что в своей форме авианаводчики или разведка. Они обычно форму не меняют. А диверсанты есть диверсанты. Так бойцы спешились, укрываясь за бронёй, летуна сняли. И атаковали, используя мою танкетку как укрытие. Я же при приближении не давал им голову поднять, строчил над оврагом, и не давал в сторону уходить. Там глубина мелкая, видел их, двоих поразил, позли по-пластунски. А сблизившись, разведчики забросали тех ручными гранатами. Немцы их не использовали по банальной причине, их у них не было. Это странно, но думаю ранее использовали. Я потому в наглую и пошёл, что был уверен в результате. Сам-то в броне, а разведчиков могло и побить. Дальше наши скатились вниз и завязалась рукопашная с уцелевшими. Но наши бодры и злы, справились с теми, кто выжил. Всего двое легкораненых с нашей стороны, а противник почти весь побит, всего два подранка, их сейчас допрашивали. Связали, даже раны обработали, и на дорогу. Там с лётчиком один боец был. А я решил свой шкурный интерес, в нашей форме двое в командирской были. Вот с лейтенанта снял командирский ремень с кобурой. «ТТ» рядом с травы подобрал. В вещмешках почти сотню патронов нашёл, снял свой старый ремень, и надел новый. Сергеев лишь хмыкнул и ничего не сказал. Ещё и планшетку подарил пустую, мол, как командиру танкетки положена, а бинокль не дал, сказал взгляд итак острый.

А дальше стояли, и ждали наших. Колонна только через два часа появилась. Оставлять бойцов Сергеев здраво опасался, что те могут его с отделением не найти, а так сдав пленных, что узнали, диверсанты оказывается обоз с ранеными побили, всех в ноль. Не нашей дивизии, но всё равно. Да уж. Получили новые приказы, и дальше в дозор. Так что двинули. А через восемь километров вышли незнакомые бойцы на дорогу. Там на опушке рощи «полуторка» замаскирована была. А это разведчики из нашего разведбата, как раз они и разведывали эту сторону. Мол, немцев тут нет и сообщили в дивизию, потому мы сюда и шли. Так что соединились. Командовал тут взводный из второй роты, лейтенант Понамарев, а мы с Сергеевым вошли в его подчинение. Более того, один из бойцов Сергеева и не его вовсе, а из взвода Понамарева. Это он доставил информацию в штаб на попутной машине, а вернулся вот с нами. Я об этом только тут узнал. Впрочем, загнал бронемашину в тень рощи, замаскировав срубленными ветками, мне одолжили топорик, и пока бойцы готовили ужин на кострах, я свой котелок выдал, мне сделают, и поделился трофеями. Их с интересом изучали, ещё не видели. Были консервы, с сосисками и ветчиной, галеты, джем и плавленый сыр. Время семь вечера, через два часа стемнеет, пора ужинать, снял красноармейские шаровары, мне один из бойцов нитки с иголкой одолжил и стал зашивать прореху. Да по шву лопнули, чуть выше голенища сапог, сильно в глаз не бросается, а сейчас руки вот дошли, в общем, приводил себя порядок. При этом с лейтенантом общался. Описал как очнулся заваленный, без памяти, по сути новорождённый, и что дальше до момента как мы встретились.

— Ничего себе, — а слушал взводный, да и бойцы его взвода, чуть не открыв рты в удивлении. — Да за такое, батальон побил, батарею, пленных взял и привёл, тут на дороге дела были, Героя должны дать.

— Когда отступление идёт, награды особо не дают.

— Тут комдив наверняка приказал оформить, — уверенно ответил лейтенант, на что я хмыкнул, заканчивая шить.

Там поужинали, неплохо, похлёбка с ветчиной была, я же замер, и сказав, что хочу до ветра, отбежал, да на противоположную опушку. Сканер кое-что показал. Тут наблюдатель из наших был, кстати, действительно сделал свои дела, уже хотелось, и стремглав бросился обратно.

— Товарищ лейтенант, я там с другой стороны дорогу видел, как бандиты вооружённые встают в засаду. А там обоз армейский идёт. Как бы не побили наших.

— Это там, где посадка и развилка? — деловым тоном спросил тот.

— Да. Как раз в посадке, в ста метрах от развилки, с нашей стороны. Визуально видел около двадцати, а сколько на самом деле, не знаю.

— К бою, — последовала команда.

Для взвода одна «полуторка», это ни о чём, та переполненной была. Двадцать пять бойцов там с трудом умещались, однако и наша бронемашина не пуста, смогли ещё двоих посадить и всё. Ну и рванули в нужную сторону, я впереди. А бандиты стрелять не стали, хотя обоз уже вошёл в зону огневого поражения, явно нас засекли и не рискнули, решили пропустить. А мы сблизились, сбросив скорость, десант спрыгнул, и укрываясь за машиной, шёл следом, а я давил огнём, пока шли на посадку. Обозники спешно уводили лошадей. Потому как вся посадка стреляла. Бандитов было полсотни, я же встал, и просто начал выбивать их, гася огневые точки одну за другой, меняя диски. Первыми пулемёты погасил, их пять было, один из которых станковый «Максим». Я помнил рассказы парней, что тут воевали, как местные стреляли в спину, и поквитаться вот с этими, что повезло повстречать, очень желал. Те стали отходить, разведчики тоже давили огнём, выбивая стрелков. Да побежали. А мы стали преследовать. Я торопился, поэтому, когда Понамарев остановил нас, в живых бандитов не осталось, всех в ноль. «Полуторка» побитая пулями стояла, там шофёр возился, несколько коней убито у обозников, и у нас двое убиты и трое раненых. Так себе бой был. Один я бы чисто их побил. В одни ворота игра была бы. Это говорить никому не стал, понятно сыпать соль на рану не стоило. Лейтенант тяжело переживал гибель бойцов. Молодой он, первые потери у него. Ранеными занимались, другие телами бандитов, осматривая, снося тела в кучу, собирали вещи. Вещмешки их нашли. В общем, хорошо поработали, оружие сложили и сожгли. Уже темнело, когда я взял на буксир грузовик, там движок прострелен, и мы вернулись к роще. Дивизия пока не вышла к нам, скорее всего встала на ночёвку, но мы будем ждать. Павших похоронили в роще, раненые при нас. Ждём. Другие ждут, я лёг у покатого носа бронемашины и уснул, положив под голову шлемофон, да ремень рядом с пистолетом. Сразу вырубило, даже о девчатах не вспомнил. Очень устал, день какой-то суматошный.