Чтение онлайн

Вот так дальше и начались трудовые будни отдыха. Всей улицей моё прибытие отмечали в саду участка, наградами хвастался. Про медаль ещё не знали, я не говорил. И там меня познакомили с невестой, хотя вроде после потери памяти я был уверен, что всё заглохло. Мы даже не переписывались. Та кстати в пединститут готовилась поступать, уже экзамены сдавала. В Казани будет учиться. Ну знаете, красотка каких поискать, такая и самому нужна. На самом деле на вид славянка, и не поймёшь, что татарочка. Впрочем, там какая только кровь не намешана, так что не удивительно. И вечерами мы гуляли. Можно сказать, знакомились заново. Ну вот по душе та мне пришлась, даже поговорить было о чём. Это после того как я с тачкой навоза бегал по огороду, чистя коровник, и остальные постройки, помогал снимать урожай. Да меня тут реально за батрака считали, свободные руки появились и их до предела загружали. А в коровнике такое впечатление год навоз накапливали. Так что после работы долго отмывался в речке, туда бегал, и уже в форме на свиданку. Пару раз драки были с сельскими парнями. Ну опыт я получил отдыха тут на селе. Это было в первый и последний раз, когда меня сюда заманили. Больше не приеду, пусть других батраков ищут. Лучше как и другие десантники устроюсь в Москве. Что по поводу Дины, так звали девушку, то ещё наши отцы сговорились, мол, отцовское слово нельзя нарушать. Тем более поймали нас на сеновале. Ну чтоб я да не соблазнил не особо искушённую красотку? Да та и не против была.

Там как-то так закрутилось, что уже через два дня сыграли пышную свадьбу. Нас зарегистрировали. Знаете, а я ведь и не против. Отличные столы были, курица и говядина. Тут хоть и нет опиума для народа, я про религию, мы мусульмане, но не фанатичные. Не молимся и в мечеть не ходим, но и свинину не едим. Я кстати тоже не ем. Так что когда наступил день отъезда, я покидал село не один, а с женой. С одним чемоданом и армейским сидором на двоих. Вещей у той особо не было, я прямо сказал, деньги есть, купим на месте. А покинули село ночью, распрощались с родичами, оставив их позади, довёл жену до самолёта, а там и на Брест полетели.

Осмотревшись, ночь скрывала мои действия, я оставил тело политрука, что в моих ногах забился в агонии, всё ещё хрипя перерезанным горлом, наклонившись, рядом бросил обрезки верёвок, и блок кирпичей с вделанным железным крюком, как будто всё это было нужно чтобы утопить тело советского политработника в водоёме рядом, до кромки воды было метра два. Разогнувшись, с презрением пнув того в бок, я с прищуром посмотрел в сторону патруля, что шёл в эту сторону. Чуть подсветил политрука фонариком, сразу же вырубив, на это патруль среагировал, побежали в нашу сторону, сам же рванул прочь. На велосипеде по тропинке оторвался от них. Вскоре тело нашли, и начались мои поиски, но я ушёл. А был в ботинках, гражданская обувь, и одежда гражданская. Вот так до крепости, и через лазейки что знали все старшины, ушёл в сторону своей казармы. Сегодня было двенадцатое июня сорок первого.

Ну и пока принимаю душ, тут круглосуточно, а потом в комнату в которой жил с женой в командирском общежитии, пошли на встречу, выделили, и вспоминал как этот год пролетал. Очень интересно он прошёл. Сам полёт от Алексеевска, прошёл интересно. Дина так и провела, прижавшись лицом к колпаку и жадно изучала землю внизу. Особенно огоньки городов, мимо которых пролетали. Та впервые летела. Да что это, она и Алексеевск покидала всего пару раз, в Чистополь с родителями ездила, это городок километрах в сорока. Ну детские лагеря не считаю. Так что та была взволнована. Кстати, сказал, что самолёт одолжили летчики. И да, я умею управлять, но распространяться об этом не стоит. Жена у меня умненькая, понятливо кивнула. Кстати, к этой теме действительно не возвращалась. Посадка для дозаправки нормально прошла, пока та кустики посещала, я бочку достал и самосливом заправил машину. А прибыв на место, сел на опушке в двадцати километрах от Бреста, отвёл на опушку, и достал домик. Та это не видела в темноте. Дальше зажёг керосиновую лампу. И пока та устраивалась в домике, обслужив и заправив самолёт, прибрал. Так что легли на полки и уснули. А в домике комфортно, стационарный амулет климат-контроля, летом жару убирает, и духоту. Зимой тепло будет. Можно не подтапливать буржуйку каждые три часа. Фиг выспишься. А утром на попутной машине в крепость, там в штаб полка, закрыть отпуск, успел за два часа до его окончания. И устраивать жену. Надо сказать, сюрпризом стало, что я её привёз, что есть, то есть. Впрочем, нам сразу выделили комнату в общежитии, оттуда недавно съехал лейтенант с женой, новое назначение получил, с переводом, повезло. Вообще я срочник, жена могла только в городе жить, даже не в крепости, но также и младший командир, со свободным выходом из части. В общем, решили не ломать голову и поднять меня на уровень средних командиров, от лейтенантов и выше. Это мне стоило очень дорогой броши комиссару полка, тот на такие подарки падок был, и всё было решено. Ну а дальше потекла служба.

Как осень наступила, вернулись в Крепость, уже пошла военная учёба и остальное. Много интересного было. Кстати, мне благодарность выразили от контрразведки, это про тот туннель. Его не закрыли, в том оборонном пункте теперь отделение бойцов охраняет. Взяли под контроль. Ну и с меня подписку о неразглашении, о нём никто не должен знать. Я не касался магии. Ну амулетами пользуюсь, это так, я тут про амулеты зарядки. Ещё до отпуска я зарядил все камни-накопители, что огранил маг перед уходом, запас имею. Однако я считал, что он слишком мал. У меня среди находок по Ленинграду было с пять десятков необработанных изумрудов, восемь рубинов и шесть алмазов. Договорился с ювелиром в Бресте и тот стал их гранить. Те круглыми должны быть. Хороший мастер, отлично работал. Партиями выдавал. Как заканчивал, забирал, оплачивая и выдавал новые. Так камни и заряжались. Один амулет в сейфе у меня в каптёрке и два в жилой комнате в разных углах. Дальности хватало чтобы не мешали друг другу. Ну и зима пролетела. Причём, я решил дать супруге дело. А у нас уже какой месяц длиться медовый месяц. Я той сразу сказал, работать не будешь, твоя работа это я и наши дети, ну и хозяйство, если квартира будет. Стал выдавать каждый месяц по сто пятьдесят рублей на её личные хотелки. И прямо сказал, в следующем году начнётся одна из самых страшных войн. Я конечно защищу свой любимый цветочек, но и без дела его оставлять не желаю. В общем, предложил той на курсы медсестёр пойти. Обучат как медика, именно передовой, чтобы могла обрабатывать раны, шить, бинтовать. Лубки накладывать.

Сначала с женой пообщался, та не высказала энтузиазма, ну не её это медицина. Напомнил, что у нас дети будут, а те лезут всюду, кто коленки зелёнкой смазывать будет? А тут много знает и умеет. К слову, по детям мы решили с ней не спешить, поживём для себя до начала войны. И Марту я с момента как женился не доставал, она мне просто пока не нужна, а знание немецкого я итак подтягивал, найдя других учителей. Аж двух. К началу июня уже отлично говорил, лёгкий акцент имею, который старался убрать. Война начнётся, Дину отправлю в Алексеевск. Нечего ей на войну эту смотреть, да постараюсь чтобы ты залетела, а дальше уже Марта будет под рукой. Временная замена. С этим и обратился к военврачу медсанчасти, а тот предложил её устроить на курсы санинструкторов, они полгода длятся, но на правах вольнонаёмной. Та не военнослужащая. Я прикинул и кивнул, это можно, так что Дина, соблазнив ещё трёх девчат из семей командиров, они сдружились, пошли на эти курсы и между прочим за полгода вполне всё осилили и сдали экзамены. Им даже выдали корочки о том, что те подготовленные специалисты. Дальше также на правах вольнонаёмной, то есть, без зарплаты, волонтёр, Дина помогала в медсанчасти. Без дела не сидела, нарабатывала опыт. Ну а в выходные, каждое воскресенье мы проводили в городе. Кинотеатры, театр был, как потеплело, в парке, в общем гуляли, и нам эти совместные прогулки ну очень нравились. Тоже комиссар поспособствовал чтобы я каждое воскресенье увольнительное имел. Подарками его благосклонность получил. Сам он не особо жадный до этого, но ходок. Ещё какой. Ему эта ювелирка для его дам нужна.

Я отлично все склады в округе узнал, что хранят, что там имеют. Даже незаметно проник на те что остались от польской армии, увёл незаметно пятьдесят шесть противотанковых ружей. А больше не было. Поляки их настолько засекретили, что когда Германия и Союз на них войной пошли, так и пролежали на складе. А даже сейчас это новинка. Ну и патронов по тысяче штук на ствол. Пятьдесят ружей в мой схрон, он отлично пережил зиму, а шесть при мне, с боезапасом. По пятьдесят патронов на ствол. Ну а хранилище качалось, на данный момент четырнадцать тонн с мелочью, занято из которого едва семь тонн. И то в планах многое скоро выложить. Польские склады медленно разбирают, вывозят, прикидывая что взять на вооружение, а что списать и распродать на гражданском рынке. Пока не обнаружили пропажу, успел хапнуть. С Диной мы часто на стрельбище бывали, для командиров, учил её использовать «Наган», пистолет «ТТ», «ППД-34», винтовки и ручные пулемёты. Даже станковый «Максим» освоила. А пусть знает. Ручные гранаты, тут больше в теории, хотя и держала их в руках, прикидывала как бросать. Занималась та стрельбой не одна, тут немало женщин из семей командиров, и детей, тоже выводили на пострелушки. Я ещё шашлыки организовывал, закуски. Так что отлично время проводили. Пока всё шло так, как и должно. К слову, я не писал письма Сталину и не сообщал никому о скорой войне. Нет, сообщал и ещё как, всем вокруг, пока комиссар дивизии не прижал ствол своего «ТТ» к моему лбу, и с матерными конструктами приказал прекращать это дело.

Я имею ввиду, что как знающий будущее не сообщал. Просто смысла не видел. Кто поверит? Ошибки двух десантников, что на это пошли, я видел и запомнил. А вот как данные от пленных, что сообщали о скорой войне, пару раз сшибки с бандитами у меня были, якобы от них информация, передавал. Но мне приказали заткнуться. Политработники как молитву заучили, говоря, что это провокация. Не поддаваться, войны не будет. Ну увидим вскоре, станет ясно кто прав. Так что я готовился. Да, готовился, что не помешало мне разобраться с политработником моей роты. После гибели на охоте прошлого, к нам поступил другой, тоже политрук. Но тот не из простых, полгода у нас прослужил, для закрепления опыта, кстати, неплохой командир, ему дали старшего политрука и в штаб корпуса, в политуправление перевели. Хорошая карьера. А взамен прислали этого ублюдка, что я кончил. Тот был личным помощником начальника Политуправления округом, причём, не нашего, а в Прибалтике. Что-то там произошло, слухи то об изнасилованиях ходили, то об убийствах, вот его у нас и спрятали, в апреле прибыл, и к маю тот уже освоился в нашей роте. Говнюк конкретный, всё гнобил меня, а я ещё понять не мог, с чего бы это? Начал отслеживать его, искал на чём бы подцепить и под статью подставить. А тут сканер показал, вечер уже, Дина в темноте из медсанчасти возвращалась, как тот зажал её, придавив всем телом к кирпичной стене. И шарился под платьем. Да я мгновенно озверел, правда не показал, спокойно покинул каптёрку, где заканчивал оформлять формуляры для бойцов срочников, что недавно как пополнение получили, и двинул туда. А в темноте бегом добежал, тот уже трусики стаскивал. Так знаете, что этот утырок сказал? Полуобернулся на шум, опознав меня, и приказал:

— Старшина, кругом, и пошёл вон.

Я даже хохотнул от наглости такой. Не сдержал смешок, говоря:

— Совсем страх потерял.

Подойдя я с силой нанёс тому удар по почке. Ну сознание не потерял, но обмяк, сползая по Дине. Свернувшись в клубок под нашими ногами, замер, явно в болевом шоке. Вздохнув, я дал жене прореветься, обнимая и поглаживая по голове. И шепча разные глупости. Оказалось, он уже не в первый раз ту преследует. Запал серьёзно на неё, а та боялась сказать, запугал что нашу жизнь в ад превратит. Только сегодня к серьёзным действиям перешёл, ранее только преследовал. Видимо совсем голову сорвало. Дальше я всё сделал специально, чтобы жена слышала, видеть вряд ли, тут разве что силуэты рассмотреть можно. Вот и велел ей:

— Ты иди к нам в комнату, я сейчас подойду. Мне тело спрятать нужно. Если что, ты благополучно дошла до общаги, никого не видела. Всё иди.

Сам же наклонившись, ухватив ладонью левой руки за лоб политрука, силой оттянул голову назад, и с хрустом перерезал тому горло, острым охотничьим ножом ручной ковки. И Дина это слышала. А должна была слышать, я мужчина, глава семьи и защитник. Она должна, обязана знать, что я в любом случае её защищу и вот таким негодяям точно сделаю плохо. Тело сразу убрал, крови немного плеснуло на землю, и дальше нагнав ту, сопроводил в общежитие, та себя в порядок приводила, та вообще не тургеневская барышня, девчонка у меня боевая, восемнадцать лет уже. В ноябре справили, тут просто растерялась. А я ведь учил её, как действовать и куда бить, если зажали. Та после нервной встряски в душ, а я сбегал, якобы от тела избавиться. Заодно следы крови убрал. А вот дальше, как политрука хватились, первым делом ко мне. Оказалось, я один как дурак ничего не знал, все давно приметили его интерес к моей жене. А то что у меня характер на вид мягкий спокойный, это не значит, что я нож в живот не воткну. Крутили так и эдак. Пока уже серьёзные спецы из Минска не приехали. Месяц мозги полоскали, даже в камере два дня пробыл, в управлении НКВД Бреста. Правда, потом вернули. С увольнительными по выходным пришлось завязать. Служба и дальше шла. У меня приказ о невыезде. Вот так я месяц выждал, и вот избавился от тела. Найдут ещё тёплого, в агонии бьётся, по виду в порядке. Пока версии две, что я убил и тело спрятал, и что в руки местных бандитов попал. Теперь думаю вторая версия основной станет. Будут искать где его держали этот месяц. Уже станет окончательно ясно что я тут не причём. Причём, это вот всё только сильнее укрепило нашу супружескую связь, держались мы друг друга и стояли на своей версии.

И на самом деле к пятнадцатому с меня окончательно сняли обвинения. Я же говорил, что теперь бандитов, что его якобы держали, искать будут. А сам на ночь с шестнадцатого на семнадцатое посетил Вильнюс, там штаб округа, и в своей квартире убил начальника Политуправлении Прибалтийским округом. Застрелил из пистолета. Это ему скотине за два дня в камере. Он же больше всего воду мутил, чтобы его бывшего адъютанта нашли и тех кто его похитил. А вернувшись, убил одного из тех сотрудников управления НКВД в Бресте, что меня допрашивали. Выбивали кулаками признание. До второго позже доберусь, не всё сразу. А тут сотрудник, он на ночном дежурстве был, как шёл на место постоя, зарезали и ограбили неизвестные. Ну а жена мне алиби делала. Она не знает куда я ночами часто пропадаю, говорил, что служебные дела. Вот и тут также. Второго после шлёпну, двадцать первого, на ночь, а то ещё немцы его вместо меня убьют, а этот гад от моих рук должен умереть. Приговорил ещё когда те со мной работать начали. Вон, синяки ещё не все сошли. Ну в принципе все напасти, которые были, я описал, а так служба нормально текла. Трижды бойцов собирать шампиньоны на луга посылал. Два десятка корзин набрали, мы с женой помыли и уже нарезали. А что, на кухне трижды зимой для роты варили грибные супы. Вот вместо них шампиньонами закрыл недостачу. Меня даже с роты не сняли, как служил, так и служу, видно, что вполне тянул. Тем более, когда другие старшины в отпуск уходили, их роты брал на себя. Это дважды было, роту Басова не считаю. А так снова стал увольнительные брать, даже на двадцать второе июня, воскресенье было выписано, комиссар в охотку продолжил наше сотрудничество.