Чтение онлайн

– Да!

Я слышала радость в её голосе. Тяжело вздохнув, позволила миранцу себя лечить.

Сквозь пелену сна я слышала голоса.

Миранец и моя Юла.

Она что-то весело рассказывала ему. А мужчина вставлял короткие фразы.

Попытавшись открыть глаза, только тихо замычала.

Боль.

Лицо словно покрывала маска. Стопы кололо иглами.

– Тихо детка, - тут же раздалось надо мной.
– Что-то рано ты очнулась.

– Юла?
– слабо выдохнула я, желая узнать как она.

– Врать не буду - малышка слабеет, - шепнул Сунир, - но я прокладываю новую трассу. Одна дозаправка и мы летим на Оюту. Всё в порядке, Криста. Отдыхай.

– Больно, - пожаловалась я.

– Я знаю, но ты ведь у меня такая сильная девочка. Терпи. Всё хорошо восстанавливается, кожа уже новая.

– Мне очень больно, Сунир, - его слова меня не ободряли.

Тёплые губы коснулись моего виска.

– Папа, а ты скажешь маме о её волосиках?

Я замерла, Сунир, кажется, тоже.

– Что?
– выдохнула я.

– У тебя сильное обморожение головы, я больше всего боялся воспаления. Но нам удалось этого избежать...

– Сунир, говори.

– Кожа сильно пострадала. Роговица глаз...

– Да, скажешь ты или нет?
– простонала я.

– У тебя волосики выпали, мама. Папе пришлось всё обрезать. Это смешно. Голова похожа на яичко, - сдала миранца Юла.

– Я уродина теперь, да? Слепая и лысая, - мне хотелось заплакать.

На душе стало ещё хуже. Мало того, что всё тело просто разрывало от боли, так ещё и это.

– Криста, волосы отрастут. Показатели регенерации отличные. К тому времени как ты встанешь, всё будет в порядке. Зрение максимально сбережём, а на Оюте я найду тебе лучших врачей. Это такая глупость. Всё уже отрастает.

– Юла?
– я знала, что дочь врать не станет.

– Ты похожа на Шика?
– тихо пробормотала она.

Поковырявшись в памяти, я вспомнила мальчишку, о котором говорит дочь. На его голове всегда красовался ёжик.

– За что меня так?
– тихо взвыла я.

– Прости, - я снова ощутила его поцелуй, - я знаю, что виноват. Но, детка, всё это ерунда по сравнению с тем, что могло случиться. Я всё приведу в норму. И волосы тоже. Ты бы и не узнала об этом.

– А ты сам?
– я вдруг вспомнила, что он, вообще, был снаружи катера и бежал к кораблю.

– Обморозил ноги, руки, лицо. Но ерунда. Тебе досталось больше всего. Юла, вообще, без последствий.

– У папы хвостик лысый, - сдала Сунира моя мелкая.

– Корми её хорошо, - открыв, наконец-то, глаза увидела лишь силуэты.

Это так пугало.

– С ней всё хорошо, детка. Главное, сейчас ты.

Я ощущала его прикосновения. Он что-то крепил на моём запястье. Ноги снова пронзила острая дергающая боль. Зашипев, я попыталась согнуть колени и поняла, что не могу. Сунир, сообразив, в чём дело, быстро размял икроножные мышцы, облегчая мои страдания.

– Так больно, - мне хотелось выть от беспомощности.

Моё бедро обжёг укол.

– Спи, Криста, - прошептал миранец, - я буду рядом и больше не оставлю и никогда не рискну тобой.

Моё сознание тихо затуманивалось.

– Я видела тебя в тот день, когда ты пришёл в бар на Энцеладе, - вдруг вспомнила я.
– Ты стоял у торгового центра. Высокий, широкоплечий. Всё женщины сворачивали

шеи, глазея на тебя. Я тогда подумала, неплохо было бы захомутать такого, как ты. Сильного, уверенного в себе.

Сейчас эти воспоминания казались из другой жизни. Нереальной и такой чужой.

– Значит, я тебе действительно нравлюсь?

– Ты именно тот мужчина, которого хочется любить, - мой язык заплетался.

– Так люби, Криста, - это он выдохнул мне на ушко, согревая дыханием.
– Я тебя очень прошу - люби.

– А ты?

– А я, кажется, всегда тебя любил. Никогда не думал, что такое может произойти со мной. Но я уже не отпущу тебя. Может это жестоко с моей стороны, но я не дам тебе уйти.

– Удержишь силой?
– промямлила я.

– Врать не буду, да! Я просто порву соперника.

Я улыбнулась.

– Всегда хотела, чтобы рядом со мной был сильный несгибаемый мужчина. Я устала барахтаться сама. Выдохлась.

– Это последняя передряга, в которой ты побывала. Я тебе обещаю. Впереди только хорошее. Я никогда больше вами не рискну.

Ощущая его прикосновения, я позволила себе медленно погружаться в сон. Да, мои чувства к нему не появились мгновенно, но они есть и будут только крепнуть. Я хотела любить его. Всем сердцем стремилась к этому пусть и несовершенному мужчине.

– Сунир, - мой шёпот казался глухим и хриплым, - посиди со мной, пока я не отключусь.

– Конечно, ничего больше не бойся.

Несколько дней пролетели как в забытье. Сунир постоянно крутился возле меня, снимая боль.

Подёргивание в ногах стало слабее и вполне терпимее. Кожа на голове страшно чесалась. Миранец объяснял это быстрым ростом волос. Юла подбадривала меня, как могла, и рисовала мне позитивные рисунки.

Это странно, но теперь, кроме розового цвета, в её каракулях стал проскальзывать жёлтый, оранжевый, зелёный. Я не знала с чем это связано, но полагала, что всё же это хороший знак.

***

Через неделю с моего лица сняли затвердевший регенерирующий гель.

Подняв меня на руки, Сунир отнёс в душевую и усадил на пол. Отрегулировав воду, осторожно вымыл мне подросшие волосы.

Я четко не видела картинки перед собой, и от этого откровенно было страшно.

Ощупывая свои стопы, замурованные в геле, пыталась пошевелить пальцами, но это причиняло боль.

Руки миранца скользили по моему телу, и непонятно было - моет он меня или ласкает. Шершавая рука, замерев на груди, чуть сжала её.